Игорь Берег - Спасти обязан

Пистолет Хромова затявкал, выпуская всю обойму сквозь дверь и стены, веером. В коридоре кто-то вскрикнул. Попутчик перезарядил пистолет, потом вытащил из кармана ключ-вагонку с треугольной прорезью.

- Давай в окно и перебирайся в другое купе. Я знаю, ты сумеешь. Там переждешь. Здесь нам не продержаться.

- А ты?

- Им ты нужен. И живой. А я тут их подержу.

Действительно, ответных выстрелов не было. Я требовался живым. А вернее, те сведения, что хранило сознание моего клиента. Ведь кое-что я перехватил в самолете, после перехода. Потому и бежал из больницы.

Прошли те времена, когда окно в купе открывалось запросто, чтобы впустить свежий воздух. Это не действовало уже давно. Повернув замки, я напрягал все силы, чтобы появилась хоть небольшая щель. Хромов мне сейчас был не помощник. Направив пистолет на дверь, он ожидал дальнейших действий нападавших. От дыма слезились глаза, и кашель раздирал горло. Поняв, что ничего с окном поделать не могу - оно сидело в пазах намертво - я дернул попутчика за рукав.

- Стреляй!

Сразу поняв, что от него требуется, Хромов выпустил три пули в окно. Двойное стекло пошло трещинами и осыпалось мелкой крошкой после первого же удара ногой. По купе загулял ветер, ворвался грохот колес по рельсам. Дым тут же вытянуло наружу, стало легче дышать.

Но времени терять было нельзя. Я высунулся по пояс и, страхуясь ногами, стал нашаривать, за что бы уцепиться. Над окном шел небольшой желобок, в котором едва поместились кончики пальцев. Ничего более подходящего обнаружить не удалось. Только бы в руках клиента хватило сил удержать тело на такой ненадежной зацепке! Стараясь не глядеть вниз и забыв на время об оставшемся попутчике, я вылез наружу и повис на пальцах. Рискованный трюк и даже в своем теле без экстренной надобности не я решился бы его выполнять. Но сейчас обстоятельства были таковы, что другого выхода не было.

За спиной в опасной близости проносились бетонные столбы, рубашка вылезла из брюк и надувалась пузырем от встречного ветра, поезд раскачивало и подбрасывало. Какая жалость, подумалось мне, что сейчас уже нельзя залезать на крышу вагона! Дорога давно электрифицирована и в проводах такое напряжение тока, что лишь чудом можно избежать смерти. И глазом моргнуть не успеешь, как обуглишься. Впрочем, и здесь, на стенке летящего во весь опор вагона, мне очень требовалось чудо, чтобы не сорваться вниз.

Кряхтя и пыхтя, уже почти не чувствуя немеющих пальцев, я все же продвигался вперед. Попасть в какое-нибудь другое купе представлялось совершенно нереальным. Я не сумел бы разбить стекло ногами, да еще в столь неустойчивом положении. А открыть окно никто просто не сможет. Значит, мне нужно было добираться до входной двери. Расстояние в два купе и туалет. Слишком далеко. Я уже много раз пожалел, что отважился на это путешествие по стене вагона.

Все хорошее когда-нибудь кончается. Но и плохое тоже. Последние два метра я полз автоматически. Только сила воли (моей, а не клиента, естественно) не дала разжать пальцы и рухнуть под колеса. Просто не верилось, что руки ощущают гладкие поручни по сторонам двери и их удалось достичь. Лицо и спина несмотря на ветер взмокли от пота. Дав себе минуту передышки, я еще нетвердой рукой нашарил в кармане ключ и отпер дверь.

Хорошо, что дверь в тамбур открывалась вовнутрь, потому что ее ударом мне пришлось тут же оглушить одного из напавших на поезд. Его, видимо, оставили караулить проход в вагон. Но парень отвлекся от дела, раскуривая сигарету и получил дверью прямо по лбу. Не повезло ему.

Это был здоровенный небритый детина в «камуфле» с коротким автоматом в руках. От удара он съехал по стене и перегородил проход. Больше никого в тамбуре не оказалось. Убедившись, что громила еще какое-то время будет находиться мыслями далеко отсюда, я подобрал его автомат. Стандартный «узи» бельгийского производства, никакой экзотики. Не хотелось мне брать в руки оружие, но в купе остался Хромов, и его надо было выручать. Хотя бы для того, чтобы узнать, наконец, кто же на меня открыл охоту.

Я осторожно выглянул в коридор. А вот и они, голубчики. Двое прижались по сторонам двери в наше купе, а еще один бинтует сидящему на полу товарищу руку. Хромов все-таки зацепил его. Ну, никакого профессионализма у этих орлов! Ведь с минуты на минуту должна подоспеть охрана поезда. Или они так уверены в себе, что никого не боятся?

Можно было сразу открыть огонь на поражение и никуда бы они в узком коридоре не делись. Но как потом объясняться мне - человеку подозрительной внешности и без паспорта - кто я, откуда и почему ничтоже сумнящеся перебил этих бандюг? Превысив, несомненно, при этом, необходимые пределы обороны. Пусть уж автомат останется на крайний случай.

Собравшись, я быстро проинспектировал тело клиента. Да, завтра руки будут болеть по сумасшедшему. Ну, ничего, против этого у меня есть свои методы. Главное, чтобы они сейчас не подвели. Камуфлированного в тамбуре пришлось приложить еще раз, теперь уже ребром ладони. Пусть отдыхает, связывать его времени нет. Пойдем-ка, поговорим с остальными.

Расстояние до бандитов было минимальным. Его я преодолел в два прыжка, уже на втором свалив ударом автомата по голове того, что стоял справа у дверей. Он так и сел, уронив руку с пистолетом, прежде по-американски задранным стволом вверх. Хорошая штука «узи», увесистая. Хотя приклад «калашникова» надежнее и удобнее для таких целей.

Все дальнейшее уложилось в три секунды. Именно столько мне понадобилось, чтобы вырубить второго у дверей, а затем коленом сломать челюсть «санитарке» и отключить раненого. Тесно, черт, драться в вагонном проходе. Но и своя выгода в этом есть, противники тоже - пока еще развернутся и поймут происходящее. Не успели хлопцы, я же говорил - не профессионалы.

На хлопцев эти парни похожи были мало. Скорее - джигиты. Все, как один, небриты, мрачнобровы, а у одного даже исламская зеленая повязка на голове. Господи, да что же это с миром делается, если на территории ридной неньки Украйны чеченские боевики себя так вольготно чувствуют!

Собрав их оружие в кучу я постучал в купе.

- Хромов, это я! Ты как там?

- Что с этими? - послышалось оттуда.

- Отдыхают. Все в порядке, выходи.

- Открой сам. - В его голосе чувствовалась боль.

Я с усилием откатил дверь. Перекосило ее капитально. Под ногами хрустели осколки зеркала. Хромов по-прежнему сидел на верхней полке, направив пистолет на вход. Лицо его кривила гримаса, а правый рукав щегольской курточки заплывал темным пятном. Собаки, они все-таки стреляли по купе! А как же с их хваленой дисциплиной, когда за невыполнение приказа расстреливают на месте? Могли ведь и в клиента попасть, находись я там. Это в том случае, если действительно был приказ взять меня живым. Самолет-то пытались взорвать.