Игорь Берег - Спасти обязан

- Вместе поедем? Не возражаете?

- Какие возражения? - воскликнул я. - Присаживайтесь.

Он сел, аккуратно поддернув джинсы. «Привычка к костюмам», - отметил я. Впрочем, кто сейчас не носит костюмы?

- Хромов Александр Николаевич, полковник запаса, - представился он.

- Смирнов Олег Юрьевич, журналист, - ляпнул я первые попавшиеся фамилию и профессию.

- До Москвы? - поинтересовался он.

- Да, до столицы. А вы в каком роде войск служили? - не удержался я от вопроса.

- Пехота, - коротко ответил Хромов.

Вот уж на пехотного полковника он не походил - не было той небольшой рыхловатости тела, что позволяют себе старшие офицеры-пехотинцы. Так что, скорее, ВДВ. Вот там-то не все шириной плеч на комоды похожи. Это в том случае, если он действительно был армейским офицером, а не из какой-нибудь спецслужбы. Может, я просто придираюсь? Пуганая ворона куста боится...

Хромов не остался в долгу.

- Что-то вы, Олег Юрьевич для журналиста несколько э-э... как бы это сказать...

- Выгляжу неподходяще? - помог я.

Пришлось выдавать на ходу придуманную историю о том, как был в командировке, обворовали в гостинице, хорошо, хоть обратный билет сохранился. Вот и еду в том, что удалось достать.

Хромов спохватился.

- Да вы, наверное, голодный? Сейчас, сейчас, мне тут жена кое-чего в дорогу положила. - Он полез в сумку.

Я начал отнекиваться, но жрать действительно хотелось, а в вагон-ресторан идти было накладно - денег у меня было не много, в Москве могли пригодиться. Так что кочевряжиться долго не стал. На столике появилась буханка хлеба, традиционная вареная курица (но не магазинная, а домашняя, толстенная), такие же традиционные огурцы и помидоры, ранние для этого времени года, наверняка парниковые. И, наконец, возникла бутылка хорошего «Ахтамара». Как было где-то написано, «коньяка с легендой», хотя непонятно, что это значит, поскольку «ахтамар» в переводе и есть - «легенда».

Хромов путешествовать умел и предпочитал делать это с удобствами, максимально комфортно. Стаканами «от проводника» не воспользовался, а достал несколько серебряных с чернью стопок, подул в две из них и также выставил на стол.

- Прошу, чем богаты. Ехать нам еще сутки, так что лучше сразу снять все неловкости.

Я с воодушевлением поддержал его. Пить коньяк с утра - несколько дурной вкус, но не в дороге же, господа?! И мы с удовольствием опрокинули по паре стопок. Внутреннее чутье подсказывало мне, что опасаться этого человека не стоит. Впрочем, и душу раскрывать не следует.

Закусывая, я что-то продолжал врать ему о своей корреспондентской работе, о газетах, с которым сотрудничаю, поскольку представился журналистом на вольных хлебах. Был в моей предыдущей биографии и такой период, весьма короткий.

Он вежливо кивал, нарезая швейцарским офицерским ножом огурцы на дольки, задавал легкие вопросы, кое-что рассказал о своей воинской службе, но от подробностей уклонился. «Понимаете, Олег, не очень это приятно вспоминать. Живем сейчас с женой мирно, тихо. Дочь в Москве учится. К ней как раз и еду».

А вот тут у него прокол. Детей-студентов принято навещать с большими сумками, набитыми домашней провизией. И никакие папины деньги этого не заменят. Они - само собой, а мамочкины пирожки должны быть обязательно. Прежние подозрения зашевелились у меня в душе.

Но Хромов сейчас же и объяснил свое несоответствие традиционному виду папаши из провинции.

- Супруга мне сразу здоровенные чувалы для дочери навязывала. Но я отбоярился, дескать, сначала устроюсь, узнаю что там и как, а потом она их с поездом передаст. Не люблю в дороге много вещей с собой таскать. Это связывает.

Н-да, замотивировано все, не подкопаешься. Наверное, зря я так мандражирую, подумалось мне.

Вот так, в приятной беседе, понемногу попивая коньячок и закусывая, мы и ехали. Отсекли отчества, перешли на «ты». Разница в возрасте хоть и была, но не смущала. Пару раз сходили в тамбур перекурить. Хромов угощал темным «Донским табаком». Табачный дым уже не казался мне таким противным, как раньше. Тело клиента привыкало к никотину. Потом еще претензии предъявит за приобретенную вредную привычку. Да будет ли это «потом»? Вот вопрос вопросов.

Хромов ушел к проводнику за чаем и вернулся весьма озабоченным. Оказывается, на этом участке дороги пошаливали бандиты. Новая напасть. После преодоления разногласий с Украиной по поводу Черноморского флота и многих прочих, поезда на Москву опять пошли через ее территорию без задержек и таможенники уже не свирепствовали на прозрачных границах. Но поездной бандитизм не уменьшился. Периодически разгорающийся конфликт в Чечне добавлял напряжения. И хотя в поездах постоянно были группы вооруженных милиционеров, помогало это мало. В каждый вагон охрану не посадишь. Проводник сказал Хромову: «Мне что. Лягу в своем купе лицом вниз, и пусть творят, что хотят, детей сиротами оставлять не могу. А вы сами как-нибудь».

Конечно, вполне могло и обойтись, не на все поезда нападают, тем более, среди бела дня. Но мой попутчик считал, что готовыми на всякий случай надо быть. Я с ним согласился. Поэтому мы последний раз перекурили, потом закрылись в купе и налили еще по одной.

Хотелось верить, что все обойдется - мне ведь до сих пор везло. Однако надеждам моим не суждено было сбыться. В коридоре внезапно послышались громкие голоса, топот, взлетел и резко оборвался женский крик, как будто кричавшей зажали рот.

Попутчик напряженно, с побледневшим лицом, прислушивался к происходящему за дверью. Потом сунулся в свою сумку и выудил оттуда маленький плоский «ПСМ», пистолет хороший, пожалуй, только тем, что его удобно носить скрытно. Не очень серьезная машинка, хотя, если дело дойдет до перестрелки в вагоне, вполне может сгодиться - бить придется в упор.

Хромов обернулся ко мне. Кожа на его лице резко обтянула скулы, глаза сузились до щелок.

- Быстро наверх! Это за тобой!

Мне не нужно было повторять. Через секунду он оказался вместе со мной на верхней полке, прикрывая своей спиной. Щелкнул предохранитель пистолета. Все-таки он неспроста оказался со мной в одном купе. Фраза: «Это за тобой» объясняла многое. Меня вели и очень умело. Еще один сторож, как в больнице!

Но задать ему какой-либо вопрос я не успел. Раздался грохот, все купе заполнилось дымом, зеркало в двери раскололось на куски. Замка больше не существовало, но сама дверь каким-то чудом удержалась. Кто бы ни были нападавшие, они точно знали, где меня искать и использовали маломощный заряд, чтобы вломиться к нам.