Юлия Бочарова - Красная луна

— Да, — тихо произношу, не обращая никакого внимания на горящую щеку.

— Я не слышу! — настойчиво произнес он, чуть наклонившись ко мне.

— Да! — крикнула я, вскакивая с кровати и уже намереваясь выйти из комнаты.

— Стой! — рявкнул Коуэл, и я, будучи не в силах противится его воле, остановилась у выхода, затем медленно развернулась, приваливаясь спиной к двери.

— Чего ты от меня хочешь? — сухо спрашиваю.

— Ты должна успокоиться и лучше пока не выходи из комнаты, — его взгляд снова похолодел.

— Тогда оставь меня одну.

— Хорошо, — он тут же встал и подошел, — но сначала ты поклянешься, что ничего с собой не сделаешь. — Мужчина нахмурил брови и внимательно на меня посмотрел.

— Я ничего с собой не сделаю, не думай, что я настолько глупа, — спокойно проговариваю слова, — мне просто нужно побыть одной.

Отхожу от двери и сажусь на кровать. Взгляд мужчины устремляется за мной, он хмуриться, но говорить еще что-либо не собирается. Смотрит в мои печальные глаза, вздыхает, а затем выходит, закрыв за собой дверь.

Сижу на кровати и смотрю в никуда. В комнате горит зажженный Коуэлом свет, на моем письменном столе лежат еще не прочитанные книги, платяной шкаф приоткрыт и из него выглядывают развешенные платья. Перевожу взгляд на пол и бездумно разглядываю старые обшарпанные половицы.

Мой разум чист и ясен. Все мысли мирно текут в голове, и приходит осознание того, кто я на самом деле.

Хранитель. Забавно. Моя прошлая жизнь была ничуть не легче нынешней. А главное, как и в прошлой жизни, у меня никого нет. Одиночество и печаль.

Я не хотела думать, что в моей жизни больше не будет счастья, но, в то же время, пытаться радоваться чему бы то ни было, зная, что самые родные люди во всем мире, погибли из-за меня — лицемерие.

Ложусь на кровать и пытаюсь просчитать свои дальнейшие действия. Снова предстояло бороться и снова предстояло умереть. Год, два или десять. Не думаю, что, за столько столетий, посланник Тьмы не набрал силы, а я…да, а я все так же слаба как и прежде, но стоит ли повторять прошлые ошибки или возможен другой исход. Тяжело загадывать на будущее, да и не любила я этого никогда. Конечно, с возрастом многое начинаешь просчитывать, тем более помня то, кем я являюсь, но все же с тех пор многое изменилось. Мне даже стало любопытно, кем теперь являются другие хранители, если их…хм…компаньон — это я. Ох, чувствую веселое путешествие выдастся перед большой битвой, да и этот негодяй, прихвостень Тьмы, наверняка ищет хранителей уже давно. Все тяжелее с каждой минутой, особенно отчетливо понимая, что остальные хранители и их семьи находятся в опасности. И вдобавок я не знаю, первая ли моя…семья…или же нет.

От тяжелых мыслей стало как-то не по себе, перевернувшись на живот, я закрыла глаза и попыталась заснуть, но у меня не получалось. Время тянулось невыносимо долго, а спасительное забытье не желало приходить. Я чувствовала себя одинокой и покинутой, и осознание полной беспомощности не давало мне сделать хоть что-то. Сейчас я была всего лишь девушкой оставшейся со своим горем наедине, а не воином и уж точно не всесильным магом. Я знала, кто я и понимала, что следует делать, но, в то же время, не могла пошевелить и пальцем.

Когда моя апатия стала уже невыносимой, вернулся Коуэл.

— Собирайся, оставаться в этом доме больше нельзя, — он говорил напряженным голосом.

Я поднялась с кровати и, не сказав ему ни слова, подошла к шкафу, достала чемодан, и начала складывать в него свои вещи. Долго не думая, что следует взять, выбирала только самое практичное и удобное, а когда мои сборы были закончены, повернулась и посмотрела в серьезные серые глаза.

— Ты знаешь, что нам следует сделать? — спокойно спросил мужчина, делая вид, что все в полном порядке.

— Да, — сухо проговариваю, — нужно встретиться со светлым советом и забрать у них "Книгу Судеб".

Мужчина хмыкнул, похоже, именно этого ответа от меня и ожидая.

— Должен тебя расстроить, — на его устах появилась улыбка, — но у светлого совета этой книги нет.

Я напряженно сглотнула, представляя, какая катастрофа может произойти, если она окажется у посланника Тьмы.

— Ты знаешь, где она? — настороженно спрашиваю, пытаясь заранее не паниковать.

— Знаю, — тут же отвечает Коуэл, — как раз за ней я и приходил в лавку, где ты работала, но, видишь ли… — он замялся и наигранно вздохнул, устремляя свой взгляд к потолку.

— Можешь дальше не продолжать и так все понятно, — я успокаивающе вздохнула, — но если об этом знаешь ты, то возможно, что и… — продолжать я не стала.

Мужчина подошел ко мне ближе и забрал из моих рук чемодан.

— Перемести нас ко мне в дом, поужинаем, а там уже решим, что делать дальше, — его спокойный голос, заставил меня согласиться со всеми доводами.

— А ты не можешь нас переместить? — внимательно всматриваюсь в его глаза.

Он придвигается ко мне ближе.

— Ты думаешь, что я смогу и перемещать, и одновременно скрывать всплеск силы? — его бровь вопросительно поднимается вверх.

— Ладно, больше никаких вопросов, — постоянные издевательства этого типа, меня сильно смущали. Как можно так быстро меняться? Одно слово — темный.

Я его обняла, и начала нас перемещать. Через миг мы уже стояли в холле его дома.

— А знаешь, это так мило, — он все еще держал меня в своих объятьях и обворожительно улыбался.

— Что именно? — я отстранилась и посмотрела в его смеющиеся глаза.

— Ты, — он хмыкнул, — и ведь не скажешь, что в прошлой жизни мы были врагами.

— Хм, — я нахмурилась и забрала из его рук свой чемодан, — и ведь не скажешь, что в прошлой жизни ты меня убил, — холодно проговариваю слова.

Его глаза резка похолодели, но так как он был в замешательстве, я воспользовалась этим и быстро поднялась по лестнице в ту комнату, в которой уже некогда была.

Оставаться долго в одиночестве я не могла. Поэтому бросила чемодан на кровать, умылась холодной водой в ванной комнате, а затем пошла искать Коуэла. Спустилась вниз по лестнице и свернула налево, столкнувшись, нос к носу, с мужчиной.

Он напряженно на меня посмотрел, будто пытаясь разглядеть что-то в моих спокойных глазах.

— Что-то не так? — я невольно отошла от него на шаг.

— Все в порядке, — сухо проговаривает, — ужин почти готов.

Меня взволновало его поведение, хотя если вспомнить наш последний разговор, то это и немудрено.

Смотрю на него и думаю о том, что стоило бы извиниться, но, в то же время, я ведь не сделала ничего предосудительного.

В нерешительности опустила глаза и пробубнила: