Роджер Желязны - Миры Роджера Желязны.Том 18

Аззи собирался заскочить в Арсенал — крупнейшую европейскую судоверфь, но не успел свернуть в узкую мощеную улочку, как столкнулся с плечистым голубоглазым юношей. Тот разок взглянул на демона и тут же дружески хлопнул его по спине.

— Ба, Аззи! Какими судьбами! — вскричал юноша.

Это был ангел Бабриэль, старый знакомец по прошлым приключениям. Хоть они стояли по разные стороны баррикад в великой борьбе Света и Тьмы, между Аззи и Бабриэлем по ходу событий завязалась дружба — если не совсем дружба, то уж точно больше, нежели простое знакомство. Объединяло их и другое — оба любили прекрасную темноволосую ведьму Илит.

Аззи подумал, что Бабриэль, подчиненный архангела Михаила, прибыл в Венецию не иначе как с целью проследить за демоном и, может быть, даже проник — с помощью неведомой прежде секретной небесной науки — в его новый блестящий замысел.

Когда Бабриэль выразил свое изумление негаданной встречей, Аззи ответил:

— Я решил немного отдохнуть от адской работы, полюбоваться этим чудесным городом. Воистину, Венеция для нынешнего поколения — рай земной.

— Рад был снова тебя повидать, — сказал Бабриэль, — но мне пора к остальным. Ангел Израфил обещал на вечерней заре забрать нас домой на Небо, мы тут только на выходные.

— Что ж, если так, счастливо, — напутствовал Аззи.

С этими словами они расстались. Подозрения Аззи, что Бабриэль шпионит за ним, никак не подтвердились, и все же он гадал, что привело голубоглазого ангела в Венецию именно в это время.

Глава 3

Бабриэль всегда с радостным сердцем возвращался на Небеса — это такой очаровательный уголок, ряды беленьких домиков, ухоженные зеленые лужайки, раскидистые старые деревья и общая атмосфера ласковой доброжелательности. Разумеется, не все Небеса таковы, но это Западный Эдем, лучшая часть Рая, здесь живут архангелы и отдыхают летом Воплощенные Духовности. Воплощенные Духовности — высокие привлекательные женщины; любая из них стала бы прекрасной спутницей жизни ангелу — по райским меркам это вполне благополучный союз, именно такие браки заключаются на Небесах. Однако при всей своей красоте ни одна из них не влекла Бабриэля как женщина — его сердце принадлежало Илит. Может быть, ее прошлое афинской гетеры и младшей вавилонской блудницы и делало Илит неотразимой. Иногда казалось, что она любит Бабриэля, иногда — что нет.

Он полетел напрямик через Восточный Эдем и опустился перед домом Илит, просто чтобы поздороваться, но ее там не было. Перевоспитанный стихийный дух, одетый маленьким херувимчиком, подстригал газон — это наказание он сам наложил на себя за былую невоздержанность. Дух сообщил, что Илит повезла группу ангелочков на экскурсию по знаменитым земным святыням.

— Вот как? — сказал Бабриэль. — И какую же эпоху они осматривают?

— Кажется, она называется Возрождение, — отвечал стихийный дух.

Бабриэль поблагодарил и ушел в задумчивости. Случайно ли Аззи оказался в этой же самой эпохе? Бабриэль от природы был не подозрителен, напротив, отличался более чем ангельской доверчивостью, но суровая жизнь научила его, что, как ни странно, другие мыслят иначе. В особенности же Аззи, для которого притворство в такой степени стало второй натурой, что полностью заслонило натуру первую, какой бы та ни была. Бабриэль сомневался и в Илит, несмотря на ее искреннюю тягу к добру. Ангел не верил, что она изменила Небесам, но вдруг ей вздумалось повидать старого дружка — или, что вероятнее, тому захотелось встретиться с Илит? Если так, почему они выбрали именно Ренессанс? Или это все-таки совпадение?

Бабриэль размышлял об этом, когда перед ним открылись аллея тенистых олив и большая белая усадьба на холме, где обитал Михаил. Архангел обрезал розовые кусты перед домом, рукава белого льняного одеяния были закатаны выше локтя, обнажая сильные мускулистые руки.

— С возвращением, Бабриэль! — приветствовал гостя архангел, откладывая секатор и утирая со лба сладостный пот праведного труда. — Хорошо отдохнул в Венеции?

— Замечательно, сэр. Я воспользовался случаем усовершенствоваться в живописи. К вящей славе Добра, разумеется.

— Разумеется. — Михаил дружески подмигнул глубоко посаженными глазами.

— Я встретил Аззи Эльбуба, сэр.

— Видел старину Аззи, вот как? — Михаил задумчиво погладил подбородок. Он отлично помнил демона по их последней встрече из-за Иоганна Фауста. — И что он поделывает?

— Говорит, решил немного отвлечься от адских дел, но я подозреваю, что он разыскивает ангела Илит.

— Возможно, — сказал Михаил. — А может быть, дело в другом.

— В чем же, сэр?

— Объяснения могут быть самые разные, — загадочно произнес Михаил. — Я должен об этом поразмыслить. А пока, если ты вполне отдохнул, надо заняться почтой.

Михаил исправно отвечал на письма многочисленных почитателей не только по всему Духовному Миру, но даже и на Земле.

— Сейчас сразу и возьмусь, — сказал Бабриэль и быстро прошел в маленький кабинет в той части усадьбы, которая раньше называлась помещением для прислуги, а теперь — флигелем для желанных гостей второго разряда.

Часть третья

Глава 1

Илит особенно досадно было оказаться в шкатулке. Ее не пытались запереть с тех самых пор, как ослепленный любовью троянский царь Приам смастерил специальный ящик, куда надеялся посадить Илит, как только поймает. Но так и не поймал. А теперь Трои давно нет, нет и царя Приама, а Илит жива — и если до сих пор не сыграла в ящик, то отчасти потому, что не совала свой нос, куда не следует.

Вот что значит загордиться, сказала она себе. Только гляньте на меня. Сижу в ящике.

Шкатулку заполнил бледный мерцающий свет, озарил поля, плетни, горную цепь на горизонте. У самого уха зазвучал ласковый мужской голос:

— Илит, что ты тут делаешь? Никак попала в беду? Разреши тебе помочь.

В шкатулке стало еще светлее.

— С кем я говорю? — спросила Илит.

— Это Зевс, — отвечал голос, — я еще кое на что гожусь даже в нынешних стесненных обстоятельствах. Однако ты не сказала мне, как здесь очутилась.

— Кто-то меня похитил и запер. — Илит однажды встречалась с Зевсом: во времена греческого культурного влияния в Риме, когда пробовалась на роль стихийного духа. Зевс тогда пообещал связаться с ней позже, и она давно забыла о нем вспоминать.

— Почему он тебя не выпускает?

— Боится, что я его убью! И правильно делает! Зевс вздохнул: