Евгения Гордеева - Лоцман и Берегиня

— Не обижай зайку, — сказала я.

— Зайку? Варь, ты что, сбрендила?

— Нет, гляди, какой он милый! — Андрей явно не разделял моего умиления по отношению к редкой живности, — его даже в красной книге нет, он же ис-ко-па-емое!

Ископаемое доело последний кусочек пирога и принялось жевать тряпицу.

— Фу, Баська! Это кака! Плюнь! — я пыталась выудить у него тряпку.

Андрей ошалело наблюдал, как я ковыряюсь пальцами в зубастой пасти.

— Баська! — раздался из кустов голос Рыськи. — Хвала богам, мы тебя нашли! Ну, куда ты убежал? А если бы в болоте утоп?

Рыська подошёл к нам и погладил дракончика по гладкой макушке. Из кустов вылез запыхавшийся Николай Николаевич.

— Ой, ребятки, отвели беду! Как он? — обратился он к Рыське.

— Нормально, не разозлился.

— А что было бы, если он разозлился? — поинтересовался Андрей.

— Как что, обратил бы вас в камень! Он же василиск! — ответил Рыська.

Мы так и сели с Андреем в траву. Баська облизал мне затылок, а я отмахнулась от него, как от мухи, живо представив себе два нерукотворных изваяния, застывших на веке у просёлочной дороги.

— Что ж вы его на привязи не держите? — очнулся Андрей.

— Баська ручной, он и котёнка не обидит. Но тут его Хмара поранил, вот он мог и не сдержаться, — объяснил Николай Николаевич, — местное население Баську знает, а то, что вы в лес одни пойдёте, мы не предполагали.

— А мы не одни, мы с Семёном к бабе Яге ходили, — оправдывался Андрей.

— А где ж он тогда?

— Да здесь я, — из леса бежал наш пропащий гид, — к Ржавому болотцу бегал. А что произошло?

— Баська Варвару с Андреем напугал!

— Да не напугал, мы даже подружились! — заступилась я за василиска.

— Гы! — подтвердил тот.

— А чего это тебя, сугубо домашнего духа потянуло на Ржавое болотце? — заинтересовался Леший.

— Я Глаше гостинец носил, — Семён зарделся, как молодая девица, — пирожок с грибами, она любит, — он печально вздохнул и добавил. — Явка была провалена!

— Слушай, Штирлиц, ты ж свой кусок ещё у бабы Яги съел! — удивился Андрей.

— Съел, да не съел! Я в котомку его сунул, — хитро улыбнулся тот.

— Ладно, ухажёр. Пошли. Гостей уже притомил, а праздник только начинается. Да и Баську надо поскорее подлечить, не нравится мне его рана, — леший первым зашагал по тропе.

За ним поковыляли Баська и Семён. Василиск всю дорогу гыкал, жалуясь на обидчика, а киноман пространно объяснял лешему мотивы своего поведения. За ними шли мы с Андреем и Рыська. Я снова принялась за расспросы. Теперь моей жертвой стал местный животновод.

— Баська — василиск, а Хмара кто?

— Змей Горыныч, — охотно поведал Рыська.

— Настоящий? — хотя, чему удивляться, только что василиску зубы чистила.

— И настоящий, и говорящий!

— Говорящий? — это уже Андрей удивился.

— Да уж! Говорящий! — резким тоном ответил фолк, но не к нам это относилось. — Мы его потом спросили, за что он Баську подрал. Говорит, что тот у него пищу воровал! Уже три дня.

— А что же он раньше не сказал?

— Неделю назад калхан на язык получил за болтовню непотребную. А сейчас еле-еле разговорился, как калхан сняли, обиделся!

— Калхан, это намордник что ли? — не поняла я.

— Да какой намордник! Это заклятье, — пояснил Рыська нам, несведущим, значение забытого слова. — Хотя, намордник тоже подошёл бы!

— Так вы что, их не кормили?

— В том то и дело, что кормили! Пакостит кто-то! Хмару на Баську натравливает! Хмара то постарше будет, посильнее, а Баську злить нельзя! Иначе вся селекция насмарку! Сколь уж бьёмся, чтоб василиск неопасным для живого был! Но Баська молодец! Да и вы молодцы, не струсили!

— Кабы не пирог с грибами! — у меня слегка ослабели ноги от фантазий на тему «Что бы могло случиться, если бы не…»

— Да! — вздохнул Андрей.

— Вот теперь Баську Хмара вылечит и всё нормально будет! — оптимистично заверил нас животновод.

— А как Хмара его лечить будет?

— Полижет его рану, в миг всё заживёт! — просветил нас Рыська.

— Полижет? У него что, слюна лечебная?

— А вы не знали? Лечебная, любую рану или болячку какую наружную. Лучшего средства нет!

— А что ж в сказках то его убивали богатыри? — не унималась я.

— Так это ж в сказках. Да и то в ваших, человеческих. «Отсёк богатырь голову Змею Горынычу, а на её месте две выросли!», — процитировал Рыська. — На самом деле их в плен брали. Всё из-за слюны драгоценной! При чём в прок заготовить нельзя, три минуты и целебность вся пропадает! Вот так!

— А можно на Хмару посмотреть?

— Можно, скоро уже придём.

— Куда?

— В заповедник. Все редкие животные у нас в заповеднике обитают.

Вскоре мы подошли к воротам территории, огороженной крепким высоким забором. На воротах красовалась надпись «Заповедник «Березань». Берёз, правда, не перед забором не за ним видно не было.

Семён удалился по своим делам, а остальные направились к воротам.

— Гы-ы-ы-ы! — взревел вдруг Баська.

— Не бойся, — успокаивал его леший, — Хмара тебе ничего не сделает.

Дракончик недоверчиво вошёл в ворота. За воротами, в тени плакучей ивы восседал очень похожий на Баську, но бескрылый и более крупный экземпляр фольклорной живности. Только, в отличие от буро — зелёного василиска, имел тёмно — серую с отблеском шкуру, чернеющую к конечностям. Голова и кончик хвоста имели уже иссиня — чёрный цвет, от чего змей выглядел очень импозантно. Мордой он напоминал капибару, уродливую, но относительно милую.

— Басенька, прости меня, — взревело чудище.

Грохот как от раската грома снова подкосил мои колени. Того гляди, до падучей дойдёт.

— Гы? — недоверчиво поинтересовался Баська.

— Точно-точно, мир на века! Иди, я тебя поврачую, — подбадривал он меньшого собрата, — а вы чё уставились, заняться нечем? — гаркнул он на нас.

У меня зашевелились волосы. Я готова была драпануть из заповедника прямиком в гости к Пересвету и дальше в створ 333, но кто-то положил мне руку на плечо.

— Хмара, умерь громкость. Гости всё-таки! Баська с ними подружился, — Рыська утихомиривал дракона. — Вина-то твоя!

— Ладно, — снизил децибелы змей. — Проводи их в заповедник-то, видать гости особые, раз сюда привели.

— Правильно говоришь! — и обратился к нам. — Идёмте, прогуляемся по заповедным тропам. Пройдёте ликбез по родной фольклорной фауне.

— Прямо уж, ликбез! — обиделась я.

— Ну, назови хотя бы трёх представителей заповедных животных, не считая Баську и Хмару, — предложил мне Рыська.

— Чудо-Юдо! — вспомнила я.

— Рыба-кит! — добавил Андрей.