Вадим Леднев - Волк в собачьей стае

Пока он удивлялся про себя этому филологическому чуду, мальчишка еще посопел, а потом вскинул на него умоляющий взгляд:

— А ты, правда, никого в деревне не видел, кроме этих?

— Да говорю же тебе!.. — воскликнул Слава притворно сердитым тоном, словно удивляясь его недоверчивости. — Живых точно не было, — и поправился, увидев, как мальчишка судорожно сглотнул. — И тел нет! Сам что ли не видишь?!

Теха встал с земли, поддернул широкие холщевые штаны, вытер воротом рубашки лицо и посмотрел на Славу неожиданно спокойным взглядом, небесно-голубых глаз:

— Это хорошо! Значит они ушли… успели.

— А куда ушли-то? — нетерпеливо поинтересовался Слава, рассудив, что и искомый им Лека мог податься со всеми.

— Да, куда ж еще — к Ивице и пошли, — пожал плечами Теха, и рассудительно добавил. — А некоторые, так и в леса Хром-Минеса — у них там схроны на такой случай. Может, кто и в Лин пошел — но это разве что Пейко Щербатый свою семью туда увел — у них там вся родня.

"Черт! — с неудовольствием подумал Слава, — расползлись как тараканы".

— Слушай, — он решил больше не тянуть кота за хвост, — ты случайно не знаешь, вот Лека, он куда мог пойти? А то я его ищу.

— Колдун, что ли? — ничуть не удивился его вопросу мальчик.

— Ну да! — обрадовался старлей. — Колдун — да.

— Хех… — усмехнулся Теха. — Да кто же его колдуна знает? На все четыре стороны мог пойти. Или зверем обернуться в лес убежать, или рыбой в ручей нырнуть, или птицей в небо улететь. Колдун, он и есть колдун!

— Не знаешь, значит… — Слава заметно помрачнел — вновь обретенная надежда испарилась. Птицей в небо улетела подобно злосчастному колдуну. — А твои куда пошли? — спросил он уже без особого интереса.

— Мои должны были к Ивице, там Каса, отцовский брат живет.

— А Ивица, это где? — спросил Слава, просто чтобы что-нибудь спросить.

— Ивица, это там, — мальчишка махнул рукой куда-то на юго-запад, — За Каменным Бродом, два дня по Оравской дороге.

Сердце у старлея прыгнуло. Оравская дорога — это про нее говорилось в дядиной записке.

— А чего так далеко-то? Все серьезно?

Теха опять пожал плечами и кивнул на сгоревший поселок:

— Сам же видишь.

— Да действительно, — Слава осторожно взял его за рукав, с мальчишкой следовало познакомиться поближе. — Слушай, это же ваш дом?

Теха хмуро кивнул.

— Был наш.

— Тут же все сгорело, да?

Горькая усмешка в ответ.

— Ну, пойдем тогда, я тут один целый сарай нашел. Там переночуем. Ты как на это смотришь?

Мальчик подхватил с земли котомку, закинул ее на плечо, и сказал просто:

— Пошли.

*****

В котомке у Техи оказались пирожки. С мясом и какой-то травой. Рапа — пояснил мальчик. Ну, рапа, так рапа — Славе было без разницы, главное, что вкусно и сытно. Тем более что мешок с корнеплодами пришлось выкинуть. Теха сказал, что люди их не едят, так как от них случается сильное расстройство живота и пучит. А выращивают их для ханей. Хани их любят, и жрут в любом количестве. Кто такие эти хани, Теха объяснить толком не смог, но Слава для себя понял, что это что-то вроде свиней. И растят их с той же целью.

— А тебя, как зовут? — жуя пирожок, вдруг поинтересовался Теха. Посмотрел на Славу и пояснил свой вопрос. — Вид у тебя больно ненашенский. Откель ты тут взялся? С караваном что ли пришел?

— С караваном, с караваном, — покивал Слава, мальчик сам давал ему подсказку. В самом деле, не рассказывать же ему подлинную историю Славкиного попадания, еще подумает, что ненормальный да сбежит, а попутчик в незнакомом краю, ой как был нужен.

— Да, извини, забыл представиться. Зовут меня Владислав, — старлей церемонно кивнул. — А прибыл я… — чтобы такого наврать, чтоб выглядело, хоть чуть-чуть правдоподобно. Но мальчик не дал ему договорить. Он выпучил глаза и открыл рот так, что из него выпал кусок пирога.

— Ва-ла-ди-са-ла…

— Сам ты сало! Владислав. Вла-ди-слав! Понял?

— Не бывает у людей таких имен! — убежденно отрезал Теха. — Человеческий язык такое выговорить не сможет! Такие имена только у акети бывают! А ты, — он мельком глянул на собеседника, — на них не похож.

— Много ты знаешь, шкет!.. — возмутился Слава, — что бывает, а что нет. Ладно, можешь звать меня Слава.

— Са-ала… — попытался повторить за ним мальчик, но язык явно не хотел его слушатся.

— Блин, опять "сало"! А Влад, ты сможешь выговорить?

— Угу, — кивнул Теха. — Влад — смогу! — хотя прозвучало это у него скорее, как Валад.

— Ну, значит так и зови, — не стал больше придираться Слава.

Они запили пирожки, холодной водой из кадки, и Слава понял — ни фига он не наелся. Да это и не мудрено — три жалких пирожка после целого дня беготни и переживаний. Живот, раздосадованный таким циничным обманом, даже и не думал прекращать голодное бурчание. Ко всему прочему, становилось все прохладней. Теха тем временем, достал из мешка меховую безрукавку и облачился в нее. Деловито и щедро припорошил крышку клети соломой, чтоб было мягче, и улегся, сунув мешок под голову. Поворочался пару минут и затих. Слава, собравшийся пораспросить его на ночь глядя, в ответ услышал лишь спокойное дыхание. "Во, народ! — подумал старлей, с некоторым удивлением. — Ни флага, ни родины. Всю деревню сожгли, а он дрыхнет, как суслик, и хоть бы что!"

К самому же Славке, сон никак не шел, несмотря на жуткую усталость и переживания сегодняшнего дня. А может как раз из-за них. К тому же ныли стертые ноги, саднили, сбитые во время лазанья по кручам, локти и ладони. Да и просто стало холодно. "Б-р-р! Аж дрожь пробирает! Как же согреться? Хорошо Техе в меховом кожушке. А тут одна рубашонка, да и та уже изорвалась, пока лазил по горам да по лесу. Может выйти покурить? Ах да — зажигалки нет. Может в развалинах остались еще тлеющие угольки? Лезть туда неохота и так грязный, а там и вовсе измажешься сажей, как черт, и помыться негде. Эх, в ванну бы сейчас залезть, горячую. Все, курить хочу, не могу!" — Славка поднялся, и с завистью посмотрев на сопящего во сне Теху, вышел во двор.

Ночь была ясная, ни облачка. Полчища звезд заполонили небо. Слава постоял с задранной головой, ежась от прохладного ветерка. Блин, ни одного знакомого созвездия. Как штурман он неплохо знал карту звездного неба. Во всяком случае, родного северного полушария. Южного, похуже. Но и этих знаний хватало, чтоб понять — ни хрена он не на Земле. А так хотелось верить, что он по ту сторону Экватора, В Южной Америке, Австралии, у черта на куличках, но на родном голубом шарике. Что, хоть он и оказался в странных обстоятельствах, но все еще можно вернуть, и проснуться утром на своем диване, умыться, сварить кофе, закурить сигарету… Кстати, он и вышел для того, чтоб добыть огонька — покурить. Какая светлая ночь, полнолуние что ли? Слава обернулся посмотреть, на луну, и челюсть у него отвисла, в который уже раз за сегодня. Нет, Луна имелась — большой почти полный диск висел прямо над крышей сарая. Вот только был он зеленого цвета. Словно луну взяли, да окунули в банку с "зеленкой". И эта зеленая Луна разом, словно гильотина, отрубила все надежды. Ни хрена он не на Земле. Стало так тоскливо, что даже курить расхотелось.