Ксения Чайкова - Светлым по Темной

Времени на размышления не оставалось, я попятилась, выгадывая себе еще пару секунд, и вскинула руки в жесте отрицания звуковых мороков. Никакого результата это не принесло, рычание перечило в угрожающую тональность и дополнилось глухими звуками, больше всего напоминающими хлопанье исполинских крыльев. Кажется, я уже знаю, кто прячется под пологом невидимости…

Дальше — дело техники. Пара слов, деактивирующих невидимость полога, стремительный кувырок вперед, больше похожий на нырок в заведомо неглубокую лужу, резкое движение руками… Главное — пригнуть полову, не то милая тварюшка, с грозным рыком кружащаяся надо мной, вполне может заинтересоваться прической и попытаться присвоить ее. А я не собираюсь так просто позволить снять с себя скальп.

Резкий рывок обеими руками дал ожидаемые результаты. Я ухитрилась поймать за край и сдернуть полог невидимости, ставший благодаря моим заклинаниям полупрозрачным, и теперь могла хотя бы визуально следить за своим противником. Ну да, почти то, что я и ожидала, — грифон. Довольно мелкий — всего-то раза в два крупнее коровы — и, видимо, еще молодой — когти только-только начали роговеть, и львиные уши едва наметились на орлиной голове. Впрочем, обольщаться не стоит. Даже такой некрупный, по сравнению со своими сородичами, экземпляр вполне способен разодрать меня на клочки и благополучнейше склевать на полдник, а потом еще попросить добавки. Могучие орлиные крылья, размахом способные посоперничать с парусами императорского фрегата, уверенно держали полуптицу-полульва в воздухе, длинный хвост, украшенный на конце кокетливой кисточкой более темных волос, нервно стегал туда-сюда, а в огромных медово-желтых глазах, уставившихся на меня с нехорошим гастрономическим интересом, просматривалось горячее желание поближе познакомиться с худощавым, но наверняка вкусным и питательным телом жертвы. Клыкастый клюв хищно щелкал, посверкивая жуткими зубками, демонстрируя нежелание клацать вхолостую наряду с желанием поскорее вцепиться в мое горло.

Я невольно залюбовалась своим противником. Это вполне в духе наших преподавателей вообще и Мастера в частности — выставить против ученицы какую-нибудь редкую и красивую, но смертельно опасную тварь, которую можно прикончить только сильной магией или острой сталью (коей у меня, к слову сказать, нет). Убивать эту милую зверюшку жалко, а остановить заклинаниями практически невозможно. Впрочем, кто сказал, что я хотя бы не попытаюсь?!

Полог невидимости, который я содрала с грифона, в моих руках не развеялся, а, задумчиво помигав и потрепетав, словно бы стал немного заметным, приобрел какую-то туманную прозрачность. Я хотела было отбросить его в сторону, чтобы не мешал, но потом передумала и, скомкав до более приемлемых размеров, начала размахивать им перед собой, как прекрасная дама, приветствующая своего рыцаря, правда, вкладывая в эти нехитрые движения больше экспрессии и страсти, да еще слегка подпрыгивая от избытка чувств. Грифон, уже нацеливший в мою сторону когти, притормозил и озадаченно проворчал что-то невнятное, причудливо мешая львиный рев и орлиный клекот. Зверь недоумевал: отчего это добыча, так аппетитно размахивающая перед собой руками, исчезает и появляется вновь, то частями, то целиком? Эта загадка оказалась непосильной для грифоньего рассудка, монстр взревел и вновь бросился в атаку, хлеща хвостом и грозно разевая орлиный клюв. С клыков капали тягучие нити слюны, что отнюдь не способствовало укреплению моего спокойствия и самообладания. Страх-то какой, ведь этак и впрямь недолго каких-нибудь частей тела лишиться…

Я кувыркнулась в сторону, соображая, что делать. Можно начать боевой метаморфоз — он практически мгновенен и не займет много времени, но вот беда — в трансформированном состоянии я почти не могу использовать магию, а после него вынуждена долго отлеживаться где-нибудь в тихом местечке. Грифона-то, конечно, в боевом «состоянии я порву, пусть и не сразу, но если за ним последует какая-нибудь магическая гадость, то от нее я защититься уже не смогу. Поэтому метаморфоз лучше оставить на крайний случай. А сейчас… Пальцы привычно начали выплетать знакомый до мелочей узор, губы сами собой помогали им поспешным бормотанием, но грифон, азартно шипящий, раздразненный магическим пологом и моим мельтешением, был уже слишком близко…

Инстинкты неистребимы ничем. Пускай ты хоть трижды обладаешь способностью мановением руки воздвигать дворцы и рушить города, но если ты, к вышеозначенным положительным качествам, еще и девушка, то никакой магический дар и контроль над собой в критической ситуации не поможет справиться с естественным проявлением древних, как этот мир, чувств и эмоций. Я невольно попятилась, споткнулась, позорно шлепнулась на спину и завизжала изо всех сил. Это получилось само собой, рефлекторно, без всякой команды разума, занятого поспешной волшбой. Вопль, идущий из самых глубин грудной клетки, не желающей быть еденной каким-то непонятным гибридом, пощечиной влепился в раззявленный клюв грифона, находящийся уже в каких-то двух-трех локтях от моего лица. Голова полузверя-полуптицы недоуменно дернулась, будто я и впрямь ударила его чем-то тяжелым, и внезапно распалась на вихрь мелких искорок, осыпавшихся на меня горячим разноцветным дождем. Тело, лишенное своей основной части, как бы в раздумье покачнулось и повторило странный поступок головы.

Я растерянно встала и отряхнулась. По полю дурашливо прыгал белый кролик, поспешно намороченный мною для отвлечения грифона от моей аппетитной персоны. Выглядела я, наверное, в тот момент не намного умнее, чем себя чувствовала. Мой противник оказался не более чем мороком, созданным умелым искусником-иллюзионистом, Поверх одного заклинания, принявшего вид грифона, было наложено второе — тот самый полог невидимости, который я так лихо и успешно содрала, скрывавший не только самого зверя, но и его магическое происхождение. Вот только заклинание, при всех своих плюсах, обладало и отрицательными качествами, а именно: морок стал неустойчивым и был готов разрушиться от любого резкого звука или движения. Теоретически мне достаточно было решительно ткнуть в грифона пальцем или громко хлопнуть в ладоши, чтобы он развалился и развеялся в прах. Визг для зтой цели, как выяснилось, тоже вполне подошел. Вот дурища! Всерьез взялась с неустойчивым мороком воевать! Хорошо еще, что хоть боевой метаморфоз не начала, а то точно позора бы не обралась до конца жизни.

Трибуны наверняка орали, но я не слышала ничего, занятая поспешным наведением защитных чар. Так, главное — не перестараться с энергией Разрушения, а то заклинание может выйти из-под контроля. Нет, зрителям-то, прикрытым заклинаниями самого Мастера, не будет ничего, а вот меня разнесет на составляющие части.