Mona Lisas Nemo - Золотые Небеса. Полёт Одной Птицы

Девушка с обрезанными волосами в светло-зелёном одеянии принесла тарелку с медовыми лепёшками и орехами. А также бурдюк с водой, который положила у ног Шаны. И вскоре уже кружилась то хлопая ладонями над головой, то внизу, то топоча ногами со всеми.

Здесь было куда как лучше, чем в стенах Алфара, подумал Мэроу. Когда все ходили закутанные в броню, с отчуждёнными и неприветливыми лицами. В то время как здесь ему хотелось растечься по грубой шкуре и лежать греясь в тепле костра. Давно ему не было так хорошо и легко. Мысли расплылись, оставив одно ощущение лёгкости и ничего более не тяготило. Лицо вмиг просветлело.

Долго ещё продолжался неспешный разговор за трапезой. Вот уже и шкуры всем не хватало, а кочевой народ по одному присоединялся слушая с интересом то Шану, то кого-то из гостей. У лепёшек был удивительный вкус, так что трое путников наелись до отвала. Запили холодной водой и теперь с удовольствием отвечали на сыпавшиеся градом вопросы.

— Сами вы не из горда или деревни, — Шана вмиг прекратила словесный поток своих соплеменников. — Это я вижу. Вы двое далеко отсюда. Ты не человек. — Вымолвила она. — Но вы мне нравитесь и друг другу вы нравитесь, потому сейчас хорошо и тепло. Вы уже пережили вместе что-то большое и плохое. Я вижу это. Вы друзья.

— Друзья, — подтвердил Лант вместе с тем кивая Лине.

— Видно. — Шана согласно кивнула. — Друзья в этот вечер танцуют кругом. Вам тоже нужно. Если вы друзья — тогда должны танцевать. В противном случае лучше воздержаться — это особый танец. Смотрите. Она указала на тех, кто взявшись за руки кружились близко от костра, только и мелькала одежда и босые ноги, и нельзя было понять, где чьи.

Мэроу поднялся первым и протянул руки Лине и Ланту, и улыбнулся, как когда-то давно в лесу. И оба узнали эту улыбку и так же весело и легко ответили своей. Тогда Мэроу потянул их. Друзья поднялись на ноги и подхваченные общим весельем, нашли свой костёр. Взялись за руки и принялись кружиться как и все, вскоре позабыв обо всём. А кругом другие люди продолжали танцевать, смеяться и выселяться, как в самый счастливый день своей жизни.

Крепко сжимали руки — ведь только ослабь и кто-то полетит за круг в неистовом ритме. Каждый как специально пытался бежать быстрее, пока не послышался звонкий смех Лины. Каждый отклонился чуть назад. Уже и не замечая, что продолжает бежать по кругу, только и видя лица напротив: весёлые и счастливые.

Спать их уложили поздно ночью, ближе к утру. Все трое так с улыбкой и заснули на шкурах, когда бой барабанов сменился монотонными успокаивающими ударами, а костры всё ещё полыхали в ночной тиши.

— Их дети всегда лучше, — прошептал мужчина с длинной русой бородой. — Их взрослые всегда слепы и глухи.

— Не все, Кагарад, — отозвалась Шана, сидя возле него и заплетая в косу волосы спящего мальчика, во сне потирающего кулаком нос. Стихали барабаны, гнулись к земле тем временем костры. — Встречала я и тех, кто готов принимать с ними несхожих. Мало таких, но всё же они есть. К тому же они уже давно не дети. — Кинув долгий взгляд на спящих сказала Шана.

— А из этих что вырастет? — пробормотал тот, кого назвали Кагарадом.

— Нам того уже не знать. Мир узнает.

Мужчина мрачно кивнул. Взял мальчишку на руки и понес в небольшой шалаш, что стоял в центре поляны других таких же шалашей.

Только Мэроу открыл глаза — всё ещё ощущая на лице тепло костра — как оказалось, что наступило утро. Незнакомая девочка разбудив тронула его за щёку и тут же понеслась к соплеменникам, многие из которых на прощанье махали руками. Запряжённые обозами кони тронулись в нескончаемый путь, люди же кто ехал верхом, кто вереницей тянулись следом.

Теперь трое друзей очутились одни посреди большого поля, где кругом росла трава да и только. Не став долго ждать Мэроу разбудил остальных, что ещё нежились на оставленных шкурах.

Лина как всегда готовая к дальнейшему пути проснулась быстро. Лант же в этот раз просыпался неохотно. Зато когда встал, тут же взял себя в руки.

Отвязали коней. И поскольку есть ещё не хотелось, поскакали на север, когда солнце только вставало и его яркие лучи полыхали на тусклом лазурном небе.

13

Холодней

— Какой ты бледный!

Тёплое утро ласкало мягким ветром, пригревало апрельское солнце, в то время как зелёная трава ковром уводила вдаль. И таяли последние клочки облаков высоко в небе. На тех деревьях, что ещё недавно стояли голые, повысыпала листва. Другие буйно разрастались широченными кронами во все стороны. Кони мирно паслись в стороне, изредка поднимая головы на длинных крепких шеях. Прислушиваясь и дёргая ухом. Первые одуванчики проглядывали то тут, то там.

— Тебе нужно начать есть мясо, — посоветовала Мэроу Лина, хмуро всматриваясь в его изрядно побелевшее за последнее время лицо.

В прозрачном воздухе показалась маленькая точка. Стрелой она полетела вниз. У самой земли выпрямилась и взмыла ввысь. Птица вскрикнула.

Не обращая внимания на совет Лины, Мэроу беззаботно улыбнулся ей. В последнее время все они пребывали в прекрасном расположении духа: вместе с расцветом весны улучшалось настроение, новая надежда заодно с солнцем согревала изнутри. Разговоры стали куда как легче, каждый знал, зачем едет в Брасьен. Общая дорога хорошо сказывалась на путниках: засыпали они спокойно, просыпались бодрыми и с рассветом продолжали путь.

Будто всё нехорошее пройдёт в Брасьене. Там уже придётся разбираться с приплывшими из-за моря чужаками. Придётся защищать землю и людей от тумана, но не здесь и сейчас. Даже вечно серьёзный Лант позволял себе периодически дурачиться, как часто делал ещё в долине, где жил когда-то давно. Однажды он даже умудрился подговорить коня Лины каждый раз отходить от той, когда та приближалась. Конь послушно делал несколько шагов то вперёд, то назад. Ничего не понимающая Лина хмурилась и пыталась ухватить коня под узду. Ей, привыкшей жить в Илиуме и перелетать от одного города в другой на птице аре, и без того плохо сиделось в седле. А тут ещё приходилось подзывать к себе глупое животное.

Под конец, хмурясь пуще прежнего, Лина изобразила улыбку и положила на ладонь сухарь, но конь и в этот раз предпочёл посторониться.

— Лант! — Тут илия гневно обернулась и мигом подлетела к давящемуся от смеха магу. — А ну прекрати сейчас же! — разгневанная Илия грозно сверкала глазами и с вздёрнутой головой выглядела донельзя забавно.

Лант попытался что-то ответить, но так и захлебнулся смехом.

— Тоже мне маг.

— И ты, Мэроу! — не разделяя общего веселья илия прищурила глаза. Мэроу вместо того, чтобы поддержать её, сидел хитро щурясь и скрывая улыбку. — Ладно. — Многозначительно пообещала Лина и в следующий раз её спутники не досчитались одежды после купания в реке.