Анатолий Махавкин - Леди Зима (СИ)

Капитан неотрывно следил за пассажиром и то, что произошло дальше, поразило его: достигнув стены Магистразы парень исчез. Всё остальное оставалось на местах; постройка, окружённая гнилостным мерцанием; тёмная тропка, ведущая к ней и лес, посеребрённый лунным сиянием. Пропала только человеческая фигура. Встревоженный мореход, слышавший так много историй о зловещей постройке, отбросил всякую осторожность и держа пистолет наготове, бросился вперёд. Но Джонрако не стал действовать абсолютно безрассудно, а направился именно к той тропке, по которой ступал Хапстол, рассудив, что у предшественника имелись основания идти именно по ней.

Ступив на чёрные вытертые плиты тайного пути, Собболи на несколько мгновений застыл в недоумении, разглядывая дверь в стене купола Магистразы. Потом мореход сделал шаг назад и светящийся голубым проём исчез. Шаг вперёд — появился.

— Как же я ненавижу все эти магические хреновины! — проворчал моряк и решительно двинулся к двери, продолжая бурчать, — Всё это путешествие — одна сплошная неприятность, хоть я и пытаюсь убедить своих олухов в обратном. Чёртовы волшебники, колдовство и прочая срань — кому это нужно? Пусть меня разорвут на части, если жизнь без волшебников не была бы проще! Чем всё это может закончиться? Ох, чует моя задница — ничем хорошим.

Продолжая рассуждать, Джонрако подошёл к двери и осторожно заглянул в щель, сочащуюся голубым сиянием. Поначалу яркий свет ослепил, привыкшие к темноте глаза, но потом Собболи начал различать сводчатый коридор, резко устремляющийся вверх. Чтобы убедиться в своих подозрениях, капитан отступил на пару шагов и ещё раз уставился на купол. Всё верно: снаружи постройка была много меньше, чем изнутри.

— Чтоб я сдох, — вздохнул капитан, — Впрочем, эти колдуны неплохо устроились. Хотел бы я, чтобы Чертяка вмещал груза в десятки раз больше, чем способен.

Сделав это заключение, Джонрако проскользнул внутрь, не рискнув отворить дверь шире. Тотчас же его сапоги провалились в мягкий ворс ковра, а нос ощутил странную смесь необычных запахов, от которой каждый волосок на теле моряка поднялся дыбом, хоть ничего неприятного в ароматах не чувствовалось.

Внезапно мягкое покрытие под ногами начало неприятно похрустывать. Предчувствуя недоброе, Собболи опустил взгляд и обнаружил, что шагает по шевелящейся массе, состоящей из тысяч крошечных тварей, одна отвратительнее другой. Клешни, жвалы и щупальца, сочащиеся ядом, поднимались вверх, угрожая человеку неминуемой гибелью. Стоило бежать, спасаться, но посмотрев назад, Джонрако увидел, что путь к отступлению отрезан. Ядовитые твари заполонили весь коридор, карабкались по стенам, а некоторые успели подняться к потолку и теперь готовились прыгнуть на голову капитана.

«Чем пятиться, подобно трусу, — Джонрако сжал зубы, — Лучше подохнуть, шагая к цели!» Он сделал шаг вперёд и ощутил, как мягкий ковёр прогибается под подошвами сапог. Вокруг — ни единой омерзительной гадости. Тяжело вздохнув, моряк сплюнул и покачал головой, в очередной раз помянув недобрым словом всех чародеев мира.

Теперь можно было спокойно рассмотреть картины, висящие на стенах коридора. Яркие цветные полотна изображали фантастических существ со множеством щупалец, рогов и каких-то невообразимых перепончатых гребней. Твари пучили жёлтые глаза с такой неистовой яростью, что Джонрако стало не по себе. Он даже поёжился, представив себе, как встретится с кем-то, подобным.

Не успела эта мысль полностью созреть в его голове, как одно изображение начало двигаться. Выпуклые глаза налились кровью, клыки глухо щёлкнули, сомкнувшись, а когтистые лапы сошлись на груди, демонстрируя мощные мускулы под чешуйчатой кожей. Собболи тотчас отступил к противоположной стене и направил оружие на жуткую тварь.

— Это бессмысленно! — утробно захохотала та, — Кого ты хочешь поразить своим жалким оружием, человечишко? Ты хоть знаешь, кто перед тобой?

— Да распроклятый урод, мать бы твою так! — проворчал Джонрако, не опуская пистолет, — Впрочем, сомневаюсь, что она у тебя имелась. Да, такой дряни я не видел даже с самого сильного перепоя!

— Я — Враз! — гордо произнесло существо, выпячивая мощную грудь, — Я — первое создание самого Молитара и я сумел выжить в Первой, Второй и Третьей Демонических войнах! Я стоял над поверженным Тёмным, когда мы победили его! Я — Враз Величайший и не тебе угрожать мне.

— Это легко проверить, — заметил капитан и криво ухмыльнулся, — К тому же, на всякий хитрый кнехт всегда найдётся конец с секретом.

— Ерунда, — отмахнулся Враз, — Лучше послушай моё предложение. Сейчас я оказался в неприятной, но временной, зависимости от…Впрочем, тебе совсем необязательно знать всякие мелочи, слушай дальше. Если сумеешь освободить меня, то я достойно вознагражу тебя за старания. Чтобы ты смог представить размер возможной награды, скажу одно: у меня хранится один из пяти перстней Бессмертия, которые мы отобрали у Молитара.

— Ну и чего же ты хочешь, дьявольское отродье? — Джонрако слегка опустил ствол оружия, словно предложение демона заинтересовало его.

— Всё очень просто, — Враз явно обрадовался благодарному слушателю, — Просто сними мою картину со стены и убери эту мерзкую раму.

Не успел он окончить фразу, как ожили остальные картины и коридор наполнился просьбами освободить и их. Кто предлагал мешки с золотом и драгоценностями, кто — множество молодых красивых женщин, кто — здоровье.

— А если ты не пожелаешь помочь мне, — рявкнул Враз, стараясь перекричать хор собратьев, — Я сумею добраться до тебя и заставлю пожалеть, что ты вообще появился на свет, человечек! Хочешь, я расскажу о всех пытках, которые мне известны?

— Кажется я знаю большую часть, — хмыкнул Джонрако и нажал на спуск.

Ослепительная вспышка заставила морехода прикрыть глаза, а когда он вновь обрёл возможность смотреть, стены коридора оказались пусты и лишь выжженое пятно указывало место, куда угодил заряд пистолета.

— Чёртово наваждение! — Джонрако покачал головой, — Так я и до утра не доберусь до места…Кстати, а куда я, собственно иду?

Ответа на этот вопрос у него не было. Коридор всё время поворачивал, неизменно поднимаясь вверх и по расчётам Джонрако, он уже должен был оказаться высоко в небе, над крышей Магистразы. В тот момент, когда мореход решил, будто чёртов подъём не кончится никогда, впереди показались двустворчатые металлические двери. Их поверхность покрывала искусная резьба, изображающая птиц и зверей.

Подходы к дверям охранял высокий страж, закованный в тяжёлые доспехи, полностью скрывающие тело. В одной руке охранник сжимал длинное копьё, а в другой — большой квадратный щит, опирающийся о пол. На щите сверкала, стилизованная под луч солнца, буква «М». Даже на значительном расстоянии, разделяющем их, Собболи сумел оценить исполинский рост стража и его богатырское сложение. Едва ли капитан выиграл бы поединок, сойдись они в рукопашную.