Елена Лобанова - Реализация

Попаданка расщедрилась и приволокла не только зеркало в половину себя высотой, но и тазик воды, и мыло.

Талик глянул в зеркало. Лучше бы брился вслепую. Губы вроде похудели и стали прежними. Нижние клыки торчали наружу. Бакенбарды исчезли, но кожа отливала синим цветом, а рога завинчивались таким штопором, как будто бы он их на тёть-Зинины бигуди накручивал. Хуже всего смотрелись крылья - с редкими перьями и все в пупырышках в тех местах, где раньше эти перья были.

К окончанию бритья из Талика получился лысый демон, облезло-щипаный. Смотреть противно. Что там получилось на затылке писатель Золотов смотреть не захотел. Одна радость - гребень после бритья стал виден полностью.

Когда Талик вышел вместе с Нальдо на улицу, вернувшиеся было харирамцы разбежались быстрее, чем от самураев.

- Ничего они не понимают в демонической красоте. - Обиженно рыкнул Витольд.

- Пёрышки, цветочки, тьфу! - Поддержал его оборотень.

- Кстати, - возник опять Горгуль, - могли бы Силь один цветочек подарить. Сделали бы девушке приятное, жалко что ли?

- Какая приятность? - Страдал Бутончик, вспоминая свой новый облик. - Смотреть тошно.

- Воплощённый птичий грипп! - Окончательно испортил настроение маг. - Два дня до смерти.

Талик взгромоздился на мерина. Одно радовало: Силь всё ещё злилась на эльфа. Кавайная оккупировала конвоирского коня, и остроухий вёл его в поводу. Надо же, что любовь делает! Совсем попаданка над аборигеном власть взяла! "Я ж говорил", - тут же оживился Горгуль.

- Наль, - решил от нечего делать поговорить Талик, - а как по-японски будет "цветок"?

- Хана.

- Не понял...

- Цветок по-японски - "хана". - Раздраженно огрызнулся эльф.

- Какой интересный язык... Значит, тем самураям джедаистым настала "хана" в буквальном смысле слова. То есть, фигурально выражаясь, наступил полный букет... Интересно, какая им икебана светит за рэкет?

Остроухий тему не поддержал. Оно и понятно, у эльфа - другие заботы. Талик пустил своего мерина рысью и оглянулся, чтобы посмотреть, как конвоир будет бегать рядом с лошадью. Но тот уже сидел в седле позади насупленной Силь. Бегать пешком конвоир не захотел. Ну, и ладно.

Писатель Золотов вырвался на простор дороги из переулков Харирамы. Хотелось гнать мерина вскачь, не останавливаясь, чтобы побыстрее добраться до Инферно. Там и перья окончательно выпадут, и рога, может быть, "развинтятся". А если нет...

- Выпадут, выпадут, - заверил Горгуль, - и рога распрямятся.

- Вот, почему меня его обещания настораживают? - Озвучил общую мысль Витольд.

Талик задумался. Действительно, что-то битый герой-любовник был на удивление любезен. Но тут забурчала ещё одна сущность, которая не обладала разумом, но иногда им управляла - желудок. Писатель Золотов решил отложить размышления на после обеда, а обед устроить в таком месте, откуда Харирама не будет видна.

*Кицунэ - лисица, нэко - кошка, нэцке - резные брелки из камня или кости.

**Гормон окситоцин вырабатывается в гипоталамусе и транспортируется в гипофиз (гипоталамус и гипофиз - отделы мозга). По мнению некоторых учёных окситоцин отвечает за возникновение любви и сексуальное влечение на уровне химии мозга.

***Стаккато - итал. staccato -- "оторванный, отделённый" -- музыкальный штрих, предписывающий исполнять звуки отрывисто, отделяя один от другого паузами.

Глава 18

Чем дальше Талик удалялся от ненавистной Харирамы, тем меньше у него оставалось перьев. Сначала он всякий раз спешивался и подбирал очередное выпавшее перо, но потом передвижение с многочисленными остановками надоело и ему, и попутчикам. Выход из положения предложил Бутончик: "Вот, если бы крылья зачехлить..." Вампир ни за что не хотел задаром расставаться с перьями редкого окраса и разбрасывать их по дороге. На первом же вечернем привале Талик вытряхнул из мешка все имеющиеся у него тряпки, включая плащи, рваные рубашки, разложил их и задумался. Для его больших крыльев требовалось два чехла, а тряпок было маловато. Первой его манипуляциями заинтересовалась Силь. Как только Талик изложил план Бутончика, к воплощению этого плана в жизнь присоседились все, кроме хоббитов. Хоббитам-то было всё равно, а вот Баська и Нальдо не горели желанием застрять в здешних лесах, пока линяющий демон будет ползать по кустам за каждым улетевшим пёрышком.

Баська пожертвовал плащ и одни штаны, эльф слегка порычал, но расстался с запасной рубашкой и лёгкой накидкой, Силь повздыхала, но отдала часть своих фривольных костюмчиков. Поскольку резать и портить вещи никто не собирался, не такие уж это были и жертвы. Как только количество тряпок стало достаточным, принялись за пошив.

На живую нитку вещи сшивала Силь, а остальные путешественники мешали ей по мере сил. Нальдо потребовал, чтобы его рубашка и накидка оказались в верхней части крыльев, там, где "попадан будет их пачкать своими ногами". Баська был с ним заодно, хотя и выразился культурнее: "Там, куда грязь из-под копыт лететь не будет". Игра в "тряпичный тетрис" затянулась почти за полночь. Силь дошивала авангардные чехлы при свете костра.

Утром Талик хорошенько рассмотрел результат и обрадовался, что их маршрут пролегает по безлюдным местам, и его никто не увидит в таком не-графском наряде. Куда там кутюристым дизайнерам... Они или шубы из плюшевых мишек шьют, или платья из туалетной бумаги на моделей мотают. Необычно, но однородно. А Таликовы обновки не были похожи ни на что им ранее виденное, даже самое авангардное. В нижней части чехлов пузырились сшитые кое-как плащи, а вверху подружились самые разные предметы гардероба. Такие элементы как рукава, воротники, капюшоны - всё, что не вписывалось хоть в какой-никакой ровный лоскут, осталось болтаться снаружи. Поэтому чехол для правого крыла помахивал рукавами рубашки Нальдо, а чехол для левого - кружевным воротничком и опять-таки рукавами рубашки Силь. Баськины штаны, сшитые "по стойке смирно" эффектно выделялись светлым пятном на тёмном фоне. Особенно интересно смотрелся капюшон Таликова плаща, свисающий как раз с пояса этих штанов.

- Ну, вот, - глубокомысленно заметил Бормотун, - а говорят, что штаны с капюшоном - это шутка. Отнюдь... Грубая реальность.

Предложение Талика - вывернуть чехлы на изнанку, поддержки не нашло. Силь сказала, что вещи, сшитые на живую нитку, и так еле держатся. И вообще - ей чехлы очень понравились. А чего ещё ожидать от такого дизайнера? Сама вся в лохмотушках - там свисает, тут развевается, - другого фасона и ожидать не приходится. Зато, когда Нальдо, Силь и Баська, взялись помогать с натягиванием этих мешков на крылья, Талик почувствовал себя почти совсем графом. Графья тоже поутру без посторонней помощи не облачаются. А вот название облачения - "мешки" ни одной из сущностей не понравилось, несмотря на то, что завязывались чехлы и впрямь, как обычные мешки - сверху.