Павел Шумилов - Иди, поймай свою звезду. Караван мертвецов. Адам и Ева - 2

– Мы же не сами, нам хозяин прикажет луки взять. И мы не будем стрелять. Это для вида. Если получится.

Почти все были против, но старый кэптэн поверил ей. Всем сорока девушкам выдали луки, колчаны со стрелами, Дора выстроила их редкой цепочкой и повела к лесу.

– Чуете, бабы! Есть шанс вставить мужику стрелу в задницу! Вот это жизнь! – бодрилась Выдра, накладывая дрожащей рукой стрелу на тетиву.

– В задницу! Думаешь, тебя воин испугается?

– Выдру – нет. А тебя вблизи увидит – точно испугается!

– Не стрелять! – скомандовала Дора.

– Не стрелять, не стрелять, не стрелять! – покатилась от нее волна приказа вправо и влево.

– Не стрелять, не стрелять, – откликнулось эхо.

Цепочка девушек подошла к первым деревьям.

– Здесь воин! – донеслось с правого фланга.

– Всем стоять! Не стрелять! – отдала приказ Дора и побежала выяснять. Разведчик сидел в засаде на дереве. Видно, он не очень знал свое дело, если проспал и подпустил девушек. Теперь четыре рабыни целились в него из луков.

– Не стрелять! Опустить луки! – скомандовала Дора. – Эй, воин, слезай! Мы тебя не тронем, караваном клянусь. Иди к своим, скажи, что я говорить хочу.

Дрожащие от страха и возбуждения рабыни опустили луки. Парень спустился, бормоча ругательства, и легким бегом охотника убежал в лес. Дора отдала команду и редкая цепочка тронулась дальше.

– Дора, здесь воины! – донеслось из центра. Девушки остановились даже без команды.

– Не стрелять! – откликнулась Дора и побежала на зов. Пять воинов вышли на караванную тропу и ждали ее. За деревьями стояли другие.

– Послушайте, уважаемые, вы неправильно на караван нападаете, – с ходу начала Дора. – Поверьте мне, я много лет с караваном хожу. Нападать надо неожиданно, из засады. Чтоб никто опомниться не успел. Тогда всех в плен можно взять, никого убивать не надо. Товары забрать, а караван отпустить. А так, как вы делаете – это что получается? Вы на нас, мы на вас. Вы воины, вы, конечно, нас, девушек победите. Но сколько воинов под стрелами лягут? И много славы девчонке голову срубить? У нее даже меча нет. А потом вам с нашими воинами драться придется. От вас половина останется, и еще неизвестно, кто кого победит. Когда на караван нападают, если один из десяти погибнет, это уже никуда не годится. А из вас меньше половины домой вернется. Два каравана – и вообще никого в живых не останется. Не делают так. Давайте лучше торговать.

Посовещавшись, воины согласились с правотой Доры, караван направился в форт. Весь день и всю ночь шумел праздник. К утру две девушки из каравана получили ошейники, а на их место кэптэн взял двух рабынь из бараков.

А через два дня кэптэна не стало. Он умер в седле и упал на землю.

– Дора, патруль, – произнес медальон на груди голосом Мириам. Девушка очнулась от задумчивости и подняла голову. Патруль был еще далеко.

– Не спугните их, – обернулась она к остальным. – Они мне нужны.

– Дора, только без уголовщины, – предупредил Крис. Она не поняла, но кивнула. Главное, чтоб не помешал.

Патрульные их узнали, освободили путь и остановились метрах в пятнадцати от дороги. Никто даже не потянулся за оружием. Это был хороший знак. Не останавливаясь, Дора требовательным жестом позвала их к себе. После приказа командира патруля один воин отделился от десятки и приблизился к Доре.

– Скачи ко Всемогущему, передай, что мы едем к нему с беседой. – Кивком головы Дора отпустила патрульного, и через минуту вся десятка пылила далеко впереди.

– Греб, когда я начну разговор со Всемогущим, не вступай, пока знак не дам, – еще раз предупредила девушка.

Недалеко от орды их поджидал всадник с лицом еще более хмурым, чем у Доры.

– Мне велено проводить вас ко Всемогущему, произнес он и поехал первым. Как и вчера, вдоль дороги выстроились воины и рабыни. Дора приветствовала их поднятым кулаком в черной перчатке. Обнажить меч побоялась: вдруг не так поймут.

Проводник остановил лошака перед просторным шатром и трижды хлопнул в ладоши. Из шатра вышел немолодой человек в доспехах из толстой кожи с нашитыми металлическими пластинами.

– Долго же я вас ждал. Проходите в шатер и будьте хозяевами, – приветствовал он отряд. Дора соскочила с лошака на землю, бросила поводья подбежавшему воину. Так же поступили и остальные.

– Мое имя Дора. Это – кэптэн Греб. Рядом – Мириам, его жена. Это Крис, мой властелин. А это Рэй, мой друг, – представила она отряд.

– Всемогущий, – скромно представился собеседник. – Проходите в шатер, отдохните с дороги.

– Прости, уважаемый, давно хотел спросить, Всемогущий – это имя, звание или ремесло? – не удержался Крис. Дора обернулась и бросила на него ледяной взгляд, не оставшийся незамеченным. Крис поцеловал ее в макушку. Выбрал время!

– Все названное, и еще самый крупный недостаток, – улыбнулся Всемогущий.

В центре шатра на ковре стоял низенький столик на толстых ножках, уставленный бокалами, сладостями и легкими закусками. Все расселись вокруг. Всемогущий хлопнул в ладоши, и из–за занавески появилась рабыня с кувшином вина, наполнила бокалы. Кожа на ее лбу покраснела и опухла от свежей татуировки.

– Мудра!.. – ахнула Дора.

– Да, это она. Я очень много узнал от нее о вас. О тебе, мудрый кэптэн и грозный воин Дора. О тебе, целительница с золотыми руками и веселая воительница Мириам. О тебе, суровый кэптэн Греб. Твои слова – закон даже для Доры, а меч приводит в трепет всех лошаков в округе. Для тебя, Рэй, у меня приготовлены самые ласковые рабыни. И лишь о тебе, Крис, я не знаю почти ничего.

Мириам первая подняла бокал, отпила маленький глоток, посмаковала.

– Отличное вино.

Это была условная фраза, обозначавшая «вино не отравлено». Дора залпом выпила свой бокал. Вино было терпким, на любителя. Мудра тут же вновь наполнила ее бокал и сделала знак караванщиков «не верь».

– Вот сейчас рабыня пытается убедить вас не верить мне. А ведь почти все о вас я узнал от нее и второй рабыни, знакомой вам. Нива, выйди сюда!

Из–за занавески вышла девушка, которой Греб отрубил руки.

– Я благодарен вам за то, что вы исправили мою ошибку, не дали ей умереть. Любовь ее была недолга и изменчива. Но ненависть! О, ненависть крепка и восхитительна! Нива приносит мне каждую ночь куда больше наслаждения, чем раньше. Но я совсем заговорил вас. Так тяжело без собеседника. Какой интерес беседовать с человеком, если его мысли становятся твоими еще до того, как он их произнесет.

– Ты – телепат! – нацелился в него пальцем Крис. – Греб, с тебя два золотых!

– Что такое телепат? – спросил Всемогущий.