Павел Буркин - Вернуться из смерти

  Старика схоронили через два года после Кровавых топей. И теперь сам Амори использовал аргументы наставника, чтобы пробить стену предрассудков. После того, чего добилась Эвинна, сомнений быть не может. Настала пора вступить в битву за свою Империю всему народу алков. И пусть нас со сколенцами рассудят Боги. Раз и навсегда.

  Амори вошёл в просторный, но без претензий, дворец правителя аллаков. При Империи тут была резиденция наместника парганы Аллук. Парганы, даже не субы! А ведь аллаки не алхагги, отдельный народ, поклоняющийся морской богине Аликке, супруге Алка Морского! Хотя, если честно, самый южный народ Империи всегда был ни рыба, ни мясо - гнулся под того, у кого сейчас сила, поддерживал любого, кто мог дать две простые вещи: порядок и мир на как можно большей территории. Их искони кормило море, как и алков, да и в торговле...

  Как торговцы они всегда были единственными соперниками алков - но о том, как ослабить их торгашей, будем думать потом. Теперь сила явственно клонилась на сторону алков - и аллаки безропотно впустили в свою столицу флот алков. И их правитель, формально оставшийся имперским наместником, а по сути - хитрым и прижимистым, но трусоватым и угодливым деревенским старейшиной, вьюном увивался вокруг гостя. Больше всего ему хотелось, чтобы Амори признал за ним должность субардара. Он даже не понимает, что ломится в открытые ворота, подумал король, и это надо использовать. Слупить с "субардара аллаков" как можно больше за то, что итак его.

  Амори шёл, осматривая небогатую обстановку дворца. Тут нет никого богаче наместника - но по алкским меркам он не более чем разбогатевший лавочник. А уж по сколенским... Да и его воинство - семьсот раскормленных, ленивых, как осенние мухи, стражников, что как-то резко пропали с улиц Аллука, стоило алкам высадиться в порту - тоже не вдохновляло. Каков правитель, такова и дружина. "Вот у меня - другое дело! - с гордостью подумал король. - Молодец к молодцу, и не скажешь, что вчерашние крестьяне!" Оглянулся на давних, испытанных соратников.

  По правую руку, презрительно кривя обезображенное давним шрамом лицо, вышагивал старый рубака - коннетабль сухопутных войск Тибальд ван Лахагг. По левую вразвалочку, будто по палубе корабля посреди волнующегося моря - флотоводец Шевард ван Вест. Два года назад ему довелось ненадолго возглавить внешнюю разведку - как раз тогда начальника разведки Олберта ван Васси на охоте потрепал медведь. Ничего, справился, хоть и не без огрехов. Вот и сам Олберт. Сразу видно, аристократ из старых, что были ещё до Харванидов. Лицо тонкое, умное, аккуратные щёточки усов, даже волосы не спадают на спину пышной копной до плеч, а аккуратно расчёсаны на пробор. И борода по бокам завита косичками, по устаревшей ещё до Великой Ночи моде. Аристократ старого розлива, что тут сказать.

  Вот и "тронный зал". По сути, всего-навсего приёмная среднего чиновника в родном Алкрифе. Массивный, добротный стол, выцветшие от времени гобелены, бронзовые, без изысков, коптящие светильники, промозглый воздух, врывающийся в открытые окна. Зимы тут действительно тёплые - хотя раньше, конечно, были ещё теплее. Тогда и снег тут почти никогда не видели.

  - Прошу всех садиться, - бесхитростно пригласил гостей к столу аллак. - Прежде, чем начнём совещаться, прошу, откушайте наши угощения.

  Амори принял приглашение: издавна на всём Сэрхирге нет лучшего способа убедить хозяина в мирных намерениях, чем поесть и выпить под его кровом. Удивительно, сколько раз нарушали закон гостеприимства и гости, и хозяева, а ведь не переводятся доверчивые... Но вино и правда оказалось бесподобным: пожалуй, даже лучше алкского красного. Надо узнать, что за вино, и объявить на него государственную монополию.

  - Не будем откладывать, - начал король совещание, чисто символически отведав выставленных на столе, по большей части рыбных, яств. - Дела не ждут.

  Вождь аллаков поморщился - здесь не принято сразу начинать разговор о делах - но ничего не сказал. Слишком уж важный гость.

  - Итак, господа, для чего мы вообще тут, и о чём пойдёт речь, все знают. Вкратце - мы собираемся нанести удар мятежникам с запада - оттуда, откуда они не ждут. Сначала мы разгромим алхаггов. Ага, сир Альваро, - увидев, как вскинулся вождь аллаков, усмехнулся Амори. - Вы тоже настрадались от их грабежей. Ничего, мы их так проучим, что им ещё долго будет неповадно играть в войнушку. Обещаю: у каждого аллака будет по десять рабов-алхаггов. Затем - Старый Энгольд. Вы знаете, что там случилось в месяце Улитки. В Энгольде правят люди, запятнавшие себя кровью жрецов и Харванидов. Преступники, ещё более страшные, чем Эвинна, вот чернь им и рукоплещет. Наш долг перед Богами и людьми - покарать убийц священной особы так, чтобы их участь заставила содрогнуться самого Ирлифа...

  "Кард иного и не заслуживал, - подумал король. - Но каков Моррест! Я и то не ожидал, что он так хорошо сделает дело! Убил Карда, вместе с другими бандитами сел в столице Императоров. Лучшего повода для войны, чем осквернение трона Харванидов, и не сыскать! И Эльфер обещал помощь - но об этом не должна знать даже моя подушка!"

  - Но долго держать в тайне армию таких размеров, - продолжал Амори. "Сейчас вас огорошу!" - мелькнуло в голове. - Невозможно. Любой дезертир или попавший в плен раззява (не все в войске прирождённые воины) может погубить всё. Приказываю: не ждать весны, а ударить сейчас, чтобы к началу месяца Корабля подойти к Старому Энгольду. Понимаю ваше удивление: никто, кроме Оллога, не воевал зимой. Но вспомните, каких успехов добился северянин, действуя неожиданно и смело! Нам хватает и тёплой одежды, и зима - не Великая Ночь. Зимой ни одна река, озеро или болото не будут преградой... кроме, разве что, Алхаггии, но мостов там хватает, а больших рек нет. Возможно, нам вообще не придётся воевать: мы упадём им как снег на голову! А мороз ничем не хуже жары и дождей. Так что выступаем не позже, чем через три дня.

  "Ага, испугались! Как вы плевались, когда впервые использовали пушки и джезайлы, а теперь не представляете без них войну! И к зимним кампаниям привыкнете. Авенат доносит, на Борэйне даже в Долгую Ночь воюют, не просто зимой, и ничего!" Король обвёл растерянных соратников торжествующим взглядом - и продолжил:

  - Второе. Многие знают, что Старый Энгольд - отличная крепость. Но пусть вас это не пугает. У меня четырнадцать полков - а пятнадцатый сформируем из ваших, сир Альваро, подданных. Ещё полк дал герцог Нового Энгольда и два - балгры с белхаггами. Восемнадцать полков при полутора тысячах рыцарей. Но даже не это главное. У нас полное превосходство по части вооружения: двадцать пять пушек, из них восемь - дальнобойных и крупнокалиберных, на железном корабле. Спокойнее, Альваро-катэ, вы ещё увидите, как он ходит по морю. Более тысячи стрелков с джезайлами, из которых я создал отдельный полк. Увы, всех вооружить новым оружием мы пока не можем. Вот ещё лет, хотя бы, через пять... Жрецы говорят, знамения самые благоприятные. С нами в поход против отступников и мятежников пойдут сами Боги - и кто устоит против Их силы? Думаю, на всю Алхаггию и Нижний Сколен нам хватит и пяти полков.