Della D. - Зеркальное отражение

Гарри смотрел на него, выпучив от удивления глаза. Ему показалось, что пропасть между ним и его учителем стала в этот момент чуть меньше. Снейп не просто признал, что сам пожелал заботиться о Гарри. Он признал вслух, что плакал, признал собственную слабость. Если это было не доверие, то что?

— И сейчас, когда я предлагаю тебе чай, я действительно хочу, чтобы ты согласился, — продолжил Северус, так как Гарри молчал. – На чай, сок, какао или… кофе, сливочное пиво… Что ты там любишь? Мне нужно поговорить с тобой, а это проще сделать в непринужденной обстановке.

— Я с удовольствием выпью чаю, — выдавил наконец Гарри. На самом деле он боялся пошевелиться, боялся спугнуть, разрушить тихую красоту и тепло этого момента. Момента, когда на него смотрел не хорошо знакомый профессор зельеварения, а уже почти забытый Северус.

— Тогда следуйте за мной, мистер Поттер, — Северус развернулся и направился к двери.

— Сэр? – осторожно позвал мальчик, не двигаясь с места.

— Что еще? – чуть раздраженно спросил Снейп, останавливаясь и кидая на него взгляд через плечо.

— Называйте меня, пожалуйста, Гарри. Хотя бы когда мы наедине. Если вам не трудно…

К его удивлению Снейп… улыбнулся и снова поманил его за собой.

— Идем, Гарри. У нас не так много времени, чтоб расшаркиваться тут друг перед другом.

Остатки напряжения спали, и Гарри поторопился за своим профессором. Тот, едва оказавшись на кухне, загремел посудой, поставил на огонь чайник, зашуршал какими‑то упаковками. Гарри молча сидел за столом с самым глупым выражением на лице, какое только можно было представить. О чем ему с удовольствием сообщил Снейп, поставив перед ним чашку ароматного чая.

— Печенье, сэндвичи… лимонные дольки? – Он чуть изогнул бровь, отчего Гарри рассмеялся.

— Нет, спасибо, я уже завтракал.

— Как хочешь. – Северус сел напротив с такой же чашкой. Пару минут они молчали, делая осторожные глотки. Гарри не хотелось знать, о чем хочет поговорить профессор. Что‑то подсказывало ему, что это будет не самый приятный разговор. Северус тоже тянул время, так как совершенно точно знал: разговор будет неприятный. В конце концов профессор заставил себя снова заговорить: — Я должен поговорить с тобой о наших занятиях. – Снейп буквально кожей ощутил, как напрягся мальчик. – Как уже успел сообщить директор, Диана предложила способ частично взять под контроль твой Огонь. Способ этот связан с окклюменцией. – Северус вкратце изложил Гарри теорию Дианы, насколько сам смог ее понять.

Внимательно выслушав, Гарри задал резонный вопрос:

— Так как мне поможет окклюменция? Я что‑то не понял. Я и основ‑то ее не освоил, а как использовать ее для трансформации Огня вообще не имею понятия.

— Если честно, я тоже. – Снейп вздохнул и уткнулся взглядом в свою чашку. Приближалась самая неприятная часть разговора. – Что касается твоих неудач в прошлом году, тут я должен признать свою ошибку. Я все делал… неправильно. Я пытался спровоцировать тебя, надеясь, что твои стихийные возможности сами проявят себя, — зельевар чуть заметно поморщился: почему‑то врать Гарри было ему неприятно, но он не мог подвести Дамблдора. – Я напролом лез в твое сознание, в твои воспоминания, заставляя тебя еще больше ненавидеть меня, подозревать меня, а ведь успех в обучении окклюменции во многом зависит от того, насколько ученик и наставник доверяют друг другу. – Северус замолчал, а потом все‑таки посмотрел на Гарри. – Я уже пообещал тебе больше этого не делать. Но я должен попросить у тебя разрешения один раз нарушить это обещание.

— Зачем? – Гарри недоверчиво нахмурился.

— Дело в том, что я абсолютно не понимаю, как можно использовать технику окклюменции для подчинения Огня. Я знаю практически все о блокировке сознания, но я никогда не был одержим Огнем, слава Мерлину. Я даже не могу гарантировать, что это возможно.

— Но с чего тогда Диана взяла, что это может помочь? – не понял Гарри.

Северусу пришлось рассказать ему о том, что Диана и он сам видели в его сознании в ту ночь, когда Гарри впервые без посторонней помощи трансформировал Огонь в ментальный блок.

— Мне нужно знать, как ты это сделал, — тихо добавил профессор, не отрывая взгляд от лица Гарри. – Ты не сможешь мне рассказать. Мне нужно заглянуть в твои воспоминания, мне нужно понять, что произошло тогда. Ты позволишь мне?

Гарри помолчал, обдумывая услышанное, после чего, пожав плечами, сказал:

— Хорошо.

На несколько минут Снейп потерял дар речи. Так просто? «Можно я залезу в твою голову?» — «Залезай»? Он готовил кучу аргументов, собирался клясться чем угодно, лишь бы Гарри доверился ему, но тот на первую же просьбу сказал «хорошо»? И это после всего, что Снейп сделал ему? Так не бывает. Неужели мальчик действительно так слепо доверяет ему? Удивительный ребенок. Просто удивительный. Как он мог столько лет ошибаться на его счет?

— Профессор?

Снейп сглотнул подкативший к горлу комок, но позволил себе еще несколько минут молчания, наслаждаясь ощущением тепла, что разливалось сейчас в его груди. Ему доверяли. Черт побери, после всего, что было в его жизни, нашелся‑таки человек, который просто верил ему.

— Раз ты согласен, я хотел бы начать немедленно, — чуть хрипло произнес Северус. – Сроки поджимают. Занятия возобновятся уже через неделю. У меня не будет тогда на тебя достаточно времени. Через неделю ты должен быть готов.

Гарри кивнул, и они покинули уютную кухню. Снейп провел Гарри в гостиную и усадил его напротив камина прямо на пол, чтобы взгляд мальчика был направлен на едва горящий огонь. Сам Северус встал на колени за его спиной и коснулся кончиками пальцев висков.

— Расслабься, закрой глаза, — мягко произнес он. – Ничего не бойся, постарайся мне довериться. Я не пойду туда, куда мне не надо, я посмотрю только одно воспоминание. Если вдруг ты почувствуешь… как зарождается твой Огонь, просто открой глаза и выплесни его, как тебя учила Диана. Хорошо?

— Да, — тихо ответил Гарри.

Он честно пытался расслабиться, довериться… Он чувствовал, что сейчас это очень важно. И не только для их будущих занятий. Было важно продемонстрировать Снейпу свое доверие. Гарри едва ли мог облечь это ощущение в слова, но он совершенно точно чувствовал, что именно доверие является слабым местом слизеринского декана. Именно этот путь ведет к его сердцу, а не успехи в Зельях или какие бы то ни было подвиги.

Образы замелькали перед его глазами. Пальцы непроизвольно сжались в кулак. Снейп… Диана… Дамблдор… Волдеморт… Огонь… Квиррелл… Василиск… Кладбище… Огонь… Ровная, аккуратная стена огня. Боль, пронзившая шрам… Попытка спастись, закрыться, спрятаться…