Ночная Всадница - Дочь Волдеморта

Он просто воспользовался ею? Вошел в доверие? Ну и пусть, не так важно. Когда нужно, он, оказывается, умеет и не язвить, и помогать.

Они добрались до ступеней, Люциус поставил ее на землю и посмотрел в глаза.

— Ты как?

— Отвратно.

— Может… Провести до гостиной? Там еще все спят, никто не увидит.

— Не надо, — усмехнулась Гермиона. — Лучше… поцелуй меня.

— А ты приходишь в себя, Кадмина! — констатировал мужчина, наклоняясь к ней. — Только поцеловать?

Его губы были как глоток живительной влаги. Она с трудом оторвалась от них.

— Только поцеловать, — кивнула ведьма. — Времени нет. Спасибо.

— Жди письмо.

— Да… Конечно.

Она толкнула горб, и Люциус помог выбраться наружу. В закрывающемся тайном проходе блеснуло его освещенное заклятием лицо, и горб сомкнулся. Гермиона выдохнула, прислоняясь к стене.

Сумасшедшая ночь. И совершенно бессмысленная. Но она еще не кончилась, расслабляться рано.

По темным предрассветным коридорам и пустым площадкам Гермиона осторожно поднялась на восьмой этаж. Накинув капюшон на лицо, сказала Полной Даме пароль — и та вынуждена была повиноваться и пропустить ее. В гостиной девушка скинула плащ, разулась и на цыпочках пошла по лестнице.

В спальне было темно. Парвати спала. И Лаванда тоже спала вечным сном в шкатулке на туалетном столике в поместье Малфоев. Гермиона осторожно скинула мантию и залезла в кровать. Проснулась Алира.

— Ну что, моя госпожа?

— Позже расскажу, потом. Всё нормально. Но его не было дома. Он пришлет письмо. Извини, я хочу спать, я очень устала…

— Да, моя госпожа, приятных вам сновидений.

Сновидений не было вообще. Проснулась Гермиона поздно, сказывалось то, что легла на рассвете. Следы ночного путешествия давали о себе знать — ссадины и усталый вид, разорванный плащ, смятый в ногах на кровати.

Пользуясь отсутствием в спальне Парвати, Гермиона приняла душ и спокойно оделась. Немного магии — и она была такой, как всегда. Ничто не выдавало усталости. Девушка бросила взгляд на часы — половина первого, скоро обед.

Последний каникулярный день принес одни только сплошные волнения. В Большом зале, после недолгого объяснения с мальчиками по поводу своего длительного отдыха, Гермиона краем глаза отметила скверный вид профессора МакГонагалл — пожилая женщина казалась еще более постаревшей и очень усталой. Еще бы — проблемы сыпались одна за другой. Теперь вот Лаванда. Да, Минерва МакГонагалл — это не Дамблдор, долго ей так не протянуть.

Но усталость новоиспеченного директора отходила на второй план перед очередной неожиданно возникшей проблемой. Ни вчера вечером, ни сегодня до обеда Джинни так и не возвратилась.

— Чёрт! — Рон был бледен, как полотно. — Чёрт, чёрт, чёрт! Где она может быть?! — парень казался совершенно безумным.

— Не может ли она просто задерживаться?

— ГЕРМИОНА!!! Ты не понимаешь?! Лаванда пропала… Вдруг с Джинни что‑то произошло?!

— Не говори глупости! Зачем Джинни Темному Лорду или Пожирателям Смерти? — подняла брови девушка.

— А Лаванда зачем? — парировал он.

Повисла пауза.

«С Лавандой‑то всё ясно, — сердито думала Гермиона, — а вот где твоя сестра?..»

— Где находится этот лагерь? — Гарри ходил из стороны в сторону по гриффиндорской гостиной, было видно, что он взвинчен до предела. — Ты ничего толком не рассказал!

— Какой‑то зимний… Я не знаю! — вскипел Рон. — Не вникал. Мама разбиралась. Чёрт, надо написать маме.

— Подожди, миссис Уизли сойдет с ума, если узнает…

— ЧТО УЗНАЕТ?!! — взревел Рон. — Что могло случиться с моей сестрой?! Чёрт, чёрт…

— Они выведали, что я встречался с ней! — не выдержал Гарри. — Они узнали и нашли ее! Это я, я во всем виноват!!!

— Гарри, замолчи! — вскинулась Гермиона.

На лице Рона застыл ужас.

— Из‑за меня всё время страдают люди!

— Ты, правда, думаешь, что они могли?..

— Успокойтесь, вы оба! — рассвирепела Гермиона. — Еще даже не начались занятия: она может приехать в любую минуту! Гарри, я не думаю, что Темный Лорд мог…

— А я думаю! Это я виноват.

— Гарри! Еще рано винить себя в чем‑либо.

— Раскрой глаза, Гермиона! Сейчас половина четвертого, она должна была приехать вчера!

— Я… напишу маме, — севшим голосом сказал Рон. — Гарри… что нам теперь делать?

— Мы ее найдем, — уверенно ответил парень. — Мы пойдем прямо к Волдеморту и найдем ее! Она точно там!

— Глупость! — разозлилась Гермиона. — Вовсе не точно! И куда ты собираешься идти?! Ты что, знаешь, где он?!

— Найдем…

— Гарри, опомнись, еще даже не вышло время! А если, не дай Мерлин, всё так, как ты говоришь, — что можем мы против Темного Лорда, пока у него есть целые Хоркруксы?!

— Раньше они у него тоже были, и тем не менее я всё время побеждал его!

— Гарри, один раз ты уже обжегся с Сириусом, — ледяным тоном прервала девушка, поднимаясь. — Прости, что напоминаю, но у меня возникает ощущение deja vu! Ты так и не научился дуть на воду.

— Нам надо действовать! Пойдем в Тайную Комнату прямо сейчас!

— Зачем?! Это глупо!

— Мы же не можем просто так сидеть, когда…

— О, Джинни! Привет!

Последние слова сказал за их спинами Симус Финиган, и все трое резко развернулись на этот звук. У входа в гостиную стояла живая и здоровая Джинни Уизли в дорожном плаще, а навстречу ей с улыбкой шел Симус. Джинни жизнерадостно улыбнулась в ответ.

Трое друзей, не сговариваясь, сорвались с мест и через миг окружили сестру Рона. Гарри так и вовсе в порыве чувств обнял ее.

Но внезапно Джинни гневно освободилась, отступив от него.

— Что? — не понял парень. — Я так рад, что с тобой всё в порядке! Мы уже думали…

— «Что?»?! — перебила его Джинни. — Ты спрашиваешь: «что?»?! Всё это время ты заставлял меня страдать, ты бросил меня во имя своих нелепых предубеждений и сейчас считаешь, что вправе вешаться мне на шею и обиженно спрашивать: «что?»?! Я не хочу, чтобы ты даже подходил ко мне, слышишь?! Эти конфеты на Рождество были очень вкусными. Собаке Таре понравилось. Очень оригинально было, Гарри, и романтично. Это стало последней каплей, поверь! Теперь я совсем другая. Даже не приближайся ко мне, ясно?! Твои защита и доблесть мне не нужны!

И рыжеволосая ведьма, круто развернувшись, пошла по винтовой лестнице наверх.

Гарри стоял, как громом пораженный. Все в гостиной затихли, наблюдая за внезапно развернувшейся сценой, и теперь постепенно вновь начинали говорить полушепотом. Симус пожал плечами и пошел к креслу, в котором сидел до появления младшей Уизли. Гарри всё еще не шевелился.

— Чё эт с ней? — ошарашенно спросил Рон.

— Я не… Я просто… — начал Гарри и умолк. Гермионе даже показалось, что он готов заплакать. — Может, это и к лучшему! — внезапно сказал парень. — Ей легче будет.