Элизабет Мун - Меч наемника

Капитаны и герцог обменялись условными знаками, затем Пелан приказал знаменосцам развернуть штандарты. В воздухе затрепетали три бархатных полотнища: бордово-белое с хребтом Тсайя и лисьей мордой в середине — герцога Пелана; белая лошадь Кларта на розовом фоне, пересеченная серебряным копьем; наконец, серебристо-черный квадрат Влади с кулаком в кольчужной перчатке и несколькими древними северными рунами.

Герцог, его оруженосцы, боевой эскорт, знаменосцы и не по рангу оказавшаяся с ними Пакс возглавили колонну. Пелан усмехнулся, увидев, что она чувствует себя не вполне уверенно в незнакомой обстановке, и сказал:

— Пока поедешь рядом со мной. Когда нас обнаружат, съезжай с дороги и пропускай вперед ребят Кларта. Если будет ясно, что все идет по плану и нам не понадобятся твои знания окружающих лесов, — усмехнулся он, — дожидайся когорту Доррин и вставай в строй.

Пакс кивнула, не в силах даже выдавить из пересохшего от волнения рта положенное: «Да, мой господин».

— Поехали, — скомандовал герцог, опуская на лицо забрало и выхватывая меч. Оруженосцы заняли позицию по обе стороны от его коня, боевой эскорт тоже звякнул оружием.

Перейдя на резвую рысь, колонна двинулась вперед по дороге. Вскоре где-то впереди послышался сигнал горна, затем в лесу раздался чей-то отчаянный крик.

— Вперед! — крикнул герцог и погнал своего коня галопом.

За спиной Пакс загрохотал боевой клич кавалерии Кларта. Ее лошадь тоже понеслась галопом. Пакс не сразу удалось успокоить опьяненное скачкой животное: некоторое время она скакала вслед за эскортом герцога и только потом смогла свернуть на обочину, освобождая дорогу разворачивающемуся в боевой порядок эскадрону.

Лес по обеим сторонам дороги расступился, впереди мелькнули знакомый луг, спускающийся к реке, стена гор на горизонте и сам форт. Пропуская эскадрон Кларта и мчащуюся за ним когорту стрелков с луками наготове, Пакс привстала в стременах, всматриваясь в знакомый пейзаж. Черно-желтые точки группами мелькали тут и там на лугу, большая их масса скопилась у самых стен форта. А на его башне — сердце Пакс радостно забилось — развевались два знамени: зеленое с золотом — Хальверика и под ним бордово-белоснежное — Пелана. Оглянувшись, Пакс увидела Седжека и Доррин, возглавлявших когорту, и, пришпорив лошадь, присоединилась к несущемуся вниз по дороге строю.

Вдоль дороги, по обочинам и чуть в стороне, тут и там стали попадаться тела убитых и раненых — пронзенные стрелами и копьями. Впереди послышались звуки завязавшегося боя — это эскадрон Кларта налетел на осаждавших форт солдат Синьявы. Стрелки, расступившись, освободили проход для пехоты.

Доррин скомандовала остановку. Солдаты спешились и, оставив лошадей и мулов подбежавшим из последней шеренги стрелков сослуживцам, встали в привычный атакующий строй, сомкнув щиты. Из-за юго-западного угла форта на всем скаку выехали кавалеристы в черно-желтых плащах. Копьеносцы Влади, еще не спешившиеся, заспешили им наперерез, прикрывая солдат Пелана. Почти одновременно с двух сторон на луг из леса выехали всадники Кларта. Часть обоих эскадронов тотчас же устремились на подмогу пехоте, в самую гущу боя.

— Вперед! — прокричал Седжек, и когорта бросилась в оставленный для нее стрелками проход. Пакс увидела, как впереди, совсем близко, противник наскоро выстраивает боевой строй, ощетинившийся пиками. Раздался свист хорошо знакомых Пакс арбалетных стрел.

Видимо воспользовавшись суматохой в рядах Синьявы, а главное, занятостью его арбалетчиков, на стенах форта с приветственным криком показались его защитники, и на головы желто-черных посыпался град камней. Затем для Пакс перестало существовать все, кроме ряда чужих лиц — потных и грязных, с горящими под шлемами глазами, — казавшихся ей абсолютно одинаковыми.

— Держать строй! — катился над когортой рев сержанта Воссика.

— Работать щитами! Подныривать под пики! — вторил ему голос Доррин.

Пакс почувствовала, что мгновенно, совершенно холодно и четко, продумывает свои приемы в предстоящем бою. Пикой хорошо колоть или, широко размахиваясь, наносить режущие удары, успешно останавливающие кавалерию, особенно легкую. Но для этого нужно встать широко друг от друга. А в тесном строю, в схватке с прикрытой щитами пехотой, пики оказывались не столь эффективны, если только удавалось проникнуть за первые ряды сверкающих наконечников.

Поднырнув под первую пику, Пакс щитом отбила метнувшийся к ней из второй шеренги наконечник и с резким выпадом рубанула мечом ближайшего противника, почти снеся ему голову. Не глядя по сторонам, она чувствовала, что ее товарищи не отстают, тесня и уничтожая противника. Солдаты Синьявы дрогнули, почувствовав, что эту прикрытую щитами и вооруженную не страшными на первый взгляд короткими мечами пехоту не удастся удержать на расстоянии, как опасающуюся пик кавалерию.

От форта донесся страшный грохот и воинственные крики: «Хальверик! Пелан!» — защитники вышли за ворота, вступив в бой с осаждающими. В ответ Пакс и ее когорта удвоили усилия, тесня солдат Синьявы… Неожиданно на левом фланге произошла какая-то заминка. Оказывается, часть отряда противника обошла когорту Доррин. Пакс сначала не обратила на это внимания, поглощенная боем, но затем почувствовала давление в шеренге, заставлявшее ее отступать вправо, тесня следующих. Стиснув зубы, Пакс продолжала работать мечом и щитом, решив сражаться до конца, мстить коварным, бесчестным негодяям Синьявы, пока хватит сил. Через несколько минут давление слева ослабло — это, перестроившись, ударили по желто-черным копьеносцы Влади. Когорта Доррин, восстановив строй, снова двинулась вперед. Солдаты противника стали часто оглядываться назад. Там, между ними, у самых ворот замелькали зеленые туники роты Хальверика.

— Давай! — крикнул Воссик. — Дави их, дави! Сейчас сломаем!

Пакс и ее товарищи даже удивились, обнаружив, что, издав ответный крик, смогли двигаться еще быстрее, еще отчаяннее орудовать мечами. Все чаще перед ними мелькали спины противников, бросавших пики и пытавшихся спастись бегством. Затем перед когортой оказались шеренги арбалетчиков, которые, не имея возможности перезарядить свое оружие, побросали арбалеты и схватились за кривые сабли. Но эти клинки в руках привыкших к конным боям солдат не шли ни в какое сравнение со сверкающей стеной мечей когорты Доррин. Те из солдат Синьявы, кому не удалось убежать, были убиты.

Маленькое каре, где вперемешку стояли солдаты в зеленых и багряных туниках, рассыпалось — осажденные бросились навстречу пришедшим им на выручку. Не успели они подбежать к строю, как над когортой раздался голос Воссика.