Вадим Филоненко - Завещание змееносца

– Теперь лавка моя? Да, господин? Ведь я заслужил?

– Заслужил, – сказал сам себе Лайн, сплюнул выбитый зуб и прислушался. – Все получают всегда только то, что заслуживают…

– Ты еще будешь тут вякать, мразь! – Чиновник пнул Лайна ногой в бок и скомандовал таможенникам: – В тюрьму мерзавца. В пыточный подвал. Там он быстро у меня запоет. Расскажет про всех своих сообщников. Будет просто умолять, чтобы я выслуша… а-а-а…

Он осекся, словно захлебнулся воздухом. Его глаза вылезли из орбит, а остановившийся взгляд уперся в темные силуэты всадников. Смоляные кони, тихонько пофыркивая, скакали по воздуху, будто по земле, а потом спускались вниз, звеня подковами по булыжной мостовой. Их чернокожие седоки казались воплощением самой Тьмы. Они держали в руках нечто гибкое и ослепительно-яркое, вроде живых сверкающих змей.

Большинство таможенников впали в ступор, некоторые, особенно смелые, попытались обнажить мечи. Один даже стал заряжать арбалет, но не успел – живой бич сверкнул, точно молния, и срубленная голова неудачливого стрелка покатилась под ноги Змееныша. Тот взвизгнул и попытался задать стрекоча, но Лайн остановил его парализующим заклинанием и быстро сказал на языке джигли:

– Этот мне нужен живым, а остальных можете убирать.

Бойня продолжалась считанные мгновения. Свистели блестящие кнуты, хрипели в агонии таможенники.

Пока джигли работали, Лайн затащил парализованного Змееныша в лавку, уложил на прилавок, раздел, вскрыл ему вены и подставил аккуратно выточенные деревянные желобки, собирая кровь в таз. Змееныш во время процедуры был жив, но не мог и пальцем пошевелить, парализованный заклятием, и лишь глаза его с ужасом и мольбой следили за действиями бывшего работодателя.

Один из джигли зашел в лавку и сказал, обращаясь к Лайну:

– Мюрр, со стражей мы закончили. Что делать дальше?

– Оставь кого-нибудь охранять улицу, а сам с остальными пробегись по списку. Эти люди мне нужны живыми, а если рядом с ними окажутся посторонние, убивайте. Свидетели нам не нужны… Кстати, Гор, спасибо, что так быстро откликнулся на мой зов. Надеюсь, я не сорвал твоих планов?

– Все в порядке. Ты же знаешь, я легок на подъем. – Гор взял то, что Повелитель Холода назвал списком. На самом деле этот предмет походил на небольшой мутноватый шар, вроде волшебного компаса, в котором таилось заклинание. Только указывал он не стороны света, а местонахождение конкретных людей. – Сколько здесь?

– Четверо.

– Чего так мало? – удивился Гор. – В прошлом мире было раза в три больше.

– Да я не успел подготовиться. Не собирался проводить ритуал сегодня. Думал, еще с годик здесь пожить, а уж потом… Но пришлось срочно все менять. Змееныш оказался жаднее, чем я думал.

– Понятно… Ладно, Мюрр, сейчас мы привезем тебе всех по списку.

Он вышел. Вскоре вернулся, посторонился, пропуская в лавку своих людей, которые внесли троих обездвиженных мужчин и одну женщину.

– Кладите на пол в ряд, – сказал Мюрр, и стал повторять с новыми жертвами то же, что и со Змеенышем.

– Все, ребята, теперь покараульте на улице. Посмотрите, чтобы нам никто не мешал, – распорядился Гор.

Его всадники вышли. Он некоторое время смотрел, как Мюрр вскрывает неподвижным людям вены и пристраивает деревянные желобки, а потом с интересом спросил:

– Мюрр, а если не секрет, зачем тебе нужна их кровь?

– Не секрет. Я расскажу. И даже покажу. Чуть позже. А пока… – Повелитель Холода закончил возиться с жертвами, подошел к столу и откупорил бутылку вина. Разлил по бокалам янтарную жидкость. – Давай за тебя, Гор. За твою удачу!

Они выпили.

– Видишь ли, – начал Мюрр. – Если кто-то из людей достаточно долго общается со мной, его кровь приобретает определенные свойства, которые… м-м-м… помогают мне в одном магическом ритуале. Если в двух словах, то я рисую этой кровью узоры, и они… э-э-э… материализуются.

– Ясно… что ничего не ясно… – хмыкнул Гор и налил еще вина. – Хорошее. Местное?

– Не совсем. Это в некотором роде мое творение. Я беру местное вино или водку и с помощью магии меняю вкус. Однажды один… хм… человек угостил меня напитком… Амброзией… И вот с тех пор я пытаюсь повторить тот вкус.

– И как? Получается?

– Нет. – Мюрр вздохнул. – Бывает очень похоже, но каждый раз чего-то не достает.

– Жаль… Если не возражаешь, вернемся к теме крови. – Гор поставил бокал на стол. – Мы с тобой тоже общались достаточно долго, значит, и моя кровь стала необычной? Она тоже годится для узоров?

– Да, конечно. А что? Ты предлагаешь мне свою кровь? Хочешь присоединиться к ним? – Мюрр ехидно кивнул в сторону лежащих на полу людей.

– Нет уж, спасибо, – фыркнул Гор. – Я, конечно, обязан тебе. Не только жизнью, но и честью, ведь ты оживил моего коня – еще там, в Башне. А потом, после поединка с Фейром, спас мне жизнь. За мной должок, Мюрр…

– Перестань, – перебил Повелитель Холода. – Ты отдал свой долг давным-давно, в тот самый день, когда отказался заманить меня в ловушку. Помнится, Богиня Ксантина предлагала тебе трон?

– Да на что он мне, – хмыкнул Гор. – Какой из меня император!

– А потом за тебя взялся мой отец. Но ты выстоял перед заклинаниями Высшего и так и не предал меня. Поверь, это мало кому удавалось. Акар и Ксантина умеют «уговаривать».

– Ну, со мной-то у них не вышло, – ухмыльнулся джигли. – И все же, чем моя кровь необычна?

– В каком году ты родился, Гор? – вопросом на вопрос ответил Мюрр.

– Если по летоисчислению Высших, то в четыре тысячи сто семьдесят пятом. А что?

– Тебе сейчас больше ста лет, а выглядишь ты от силы на тридцать. И организм твой соответствует тридцати годам.

– Ты хочешь сказать, что, общаясь с тобой, я буду жить вечно? – рассмеялся Гор.

– К сожалению, нет. Но раз в десять дольше остальных джигли – это точно. Если, конечно не нарвешься на меч или стрелу… Ну все, кажется, готово. Смотри, Гор, сейчас я покажу тебе, для чего мне нужна такая кровь.

Мюрр подошел к мертвому Змеенышу, подождал, пока пробегут по желобку последние капли, и перелил кровь из таза в бутыль темного стекла. Перелил не всю – оставил на донышке. Затем обмакнул палец в остатки и принялся рисовать на трупе замысловатый узор. Когда он закончил, тело Змееныша стало меняться. Вскоре на столе лежал мертвый мануфактурщик Лайн Аркер.

Гор присвистнул:

– Как натуральный!

– Он и есть натуральный. По крайней мере, будет таким несколько недель, пока не испарится нарисованный кровью узор. За это время его успеют похоронить.

– А это так важно? Чтоб похоронили именно тебя… его… тьфу, запутался!