Инна Зинченко - Эдем в подарок

Непонятно откуда оно достало некое подобие дудки и заиграло унылую, протяжную мелодию, от которой смертельно захотелось спать. В голове зашумело, веки отяжелели. Все мышцы онемели, а мысли в голове перепутались и превратились в клубок змей. Невозможно сосредоточиться! Мелодия текла, извивалась, пронзала всё моё существо, опутывала с ног до головы шёлковыми шелестящими путами и не было ни сил, ни желания сопротивляться ей, но я не хотел сдаваться. Дёрнувшись ещё несколько раз, я безвольно застыл. Сколько мог я боролся со сном, но надолго меня не хватило. Глаза слиплись и больше я их открыть не смог. "Сейчас, вот немного отдохну и я ему, гаду, устрою!": — думал я, засыпая.

ГЛАВА 26

Встреча "старых друзей"

Я очнулся и не почувствовал своего тела. Попытался пошевелить рукой и с ужасом обнаружил, что не могу этого сделать. От отчаяния я крикнул, но из-под плотно сжатых губ вырвалось лишь глухое мычание. И только мозг лихорадочно работал, пытаясь найти хоть какое-то логичное объяснение тому, что же со мной произошло. Посмотреть бы, что там со мной происходит, но этой возможности, как оказалось, я был лишён — тело больше меня не слушалось. Почему-то подумалось, что я медленно превращаюсь в змею и вместо ног у меня отрастает змеиный хвост. Меня даже затошнило, когда я представил себе эту картинку.

— Очнулся? — Услышал я рядом насмешливый голос нага, но не смог повернуть голову, чтобы увидеть его. — Не переживай, паралич временный, скоро всё пройдёт. А ты, Олег, никогда не слышал о необычных свойствах взгляда нашего древнего народа?

Он знал моё имя и вёл себя так, как будто мы с ним давно знакомы, с чего бы? И всё же его слова меня немного успокоили. Меньше всего мне хотелось превратиться в овощ, уж лучше смерть! Тогда наг решил, что пора развеять мои сомнения, наклонился надо мной и я его узнал! Ещё бы, разве мог я забыть это бледное лицо и эти пронзительные фиолетовые глаза?! Не змей, не чудовище какое-то неведомое, Калук собственной персоной! Он-то как здесь оказался? Вот ведь невезуха!

— Я вижу, что ты меня узнал, — криво усмехнулся капитан пиратов. — А ведь я тоже тебя не забыл! Это ведь ты, маленький грязный ублюдок, убил моего брата Торкода. И, хотя я не могу сказать, что испытывал к своему родственнику братскую любовь, но прощать такое я не собираюсь, надеюсь, ты это понимаешь?

О, это я понимал прекрасно! Надеяться на благополучный исход в такой ситуации глупо. Эта тварь отыграется на мне по полной программе… Если, конечно, я ему это позволю, а я не собирался превращаться в мальчика для битья. Вот только на ноги встать, прийти в себя, а там мы ещё посмотрим кто кого!

— Но, я ещё допускаю, что убийство Торкода могло бы сойти тебе с рук, если бы не одно 'но', - продолжил Калук, — ты, червяк, назвал меня нагом!

Я? Да я вообще ещё ничего не сказал! И тут меня пронзила страшная догадка: то существо, которое на меня напало и Калук — одно и тоже! Чувствительность возвращалась, по телу пробежали мурашки.

— Так это был ты? — Слова всё ещё давались мне с трудом, но наг меня понял. Он одарил меня презрительным взглядом и самодовольно заявил:

— Да, букашка, это был я! Только я не наг, я — сотий! Запомни это. Наги — изгои, преступники и отщепенцы, это самая низшая каста. А сотии — высшая каста, аристократы нашего мира. А чего ты удивляешься? Видишь ли, кости в нижней части моего тела устроены телескопически, — Капитан усмехнулся, — мы можем их убирать, когда надо и растягивать, если в том возникнет необходимость. Такой особенностью обладают только кости ног и хвоста. Но я тебе вновь повторяю: я не наг!

Я бы мог объяснить ему, что, судя по его поведению, он именно наг — преступник и отморозок, каких мало, но ума хватило промолчать. Не в том я был положении, чтобы дразнить своего могущественного врага, но это временно. Когда-нибудь мы с ним поменяемся местами вот тогда я объясню этому гаду, кто он такой и что я о нём думаю. То, что ситуация рано или поздно изменится, в этом я нисколько не сомневался. Эта тварь ещё не знает, что Вирка не погиб. Мой вирус здесь, со мной и он способен на многое.

Я попытался сесть, голова закружилась и моё, всё ещё непослушное, тело неуклюже завалилось на жёсткую койку. Так, спешить не стоит, надо немного подождать.

— Ладно, отдыхай…пока, а потом ты мне расскажешь про свои фокусы. Как ты всё это провернул? Признаюсь, я не смог объяснить этого. Но ты мне всё расскажешь, — прошипел Калук и покинул мою тюрьму.

Осторожно, чтобы в очередной раз не потерять равновесие, я сел на край койки и задумчиво осмотрел свою камеру. Судя по тому, что теперь интерьер был не такой скудный, как в прошлый раз, а под потолком висело нечто, отдалённо напоминающее камеру слежения, меня повысили в статусе. Видимо, теперь я не просто пленник, а личный враг Капитана! Красиво жить не запретишь, хотя предполагается, что красиво жить я здесь буду не долго. Что ж, посмотрим, лично я умирать не тороплюсь!

Яркий свет раздражал и мешал думать. Я прислонился к стене и закрыл глаза, чтобы легче было сосредоточиться. Удрать отсюда труда не составит, Вирка ведь легко сможет проделать дыру в стене или даже полностью уничтожить этот корабль, но надо ли это делать? Зачем тогда я сюда пришёл? Получается какое-то бессмысленное предприятие. Выходит, что я рисковал жизнью исключительно из любопытства — непозволительная роскошь для меня. Да, теперь корабль противника уничтожить легко, защита, если она существует, а Вирка уверен, что существует, действует только снаружи, а вот внутри корабля — это вряд ли. Вопрос только в том, один ли такой корабль и сколько вообще этих бандитствующих нагов скопилось в районе Эдема? Йёса сказала, что они покорили её народ, а для этого кучки пиратов с корабля Калука, пожалуй, маловато будет. Если я уничтожу сейчас звездолёт нагов, решит ли это нашу проблему? Ну, почему, прежде чем идти на поиски нагов, я не расспросил Йёсу обо всём подробнее?! Век живи, век учись — дураком помрёшь! От злости на самого себя я даже кулаки сжал и тут же услышал в голове едва различимый шёпот вируса: 'Успокойся. Сейчас будем решать, что делать дальше. Убежать ты всегда успеешь, если… . Он мог бы и не договаривать, я и так понял о чём он. Конечно же, совершить побег с корабля — задача не сложная, пока он находится на поверхности Эдема, но стоит ему только подняться на орбиту, эта затея становится проблематичной, поэтому принимать решение надо здесь и сейчас. Эдем не жалует чужаков и скоро он попытается их выжить.

Словно в подтверждение моих мыслей какая-то неведомая сила так встряхнула звездолёт пиратов, что у меня внутри ёкнуло, а зубы клацнули, как после хорошего удара в челюсть. Сердце ёкнуло, как при падении. Потом раздался дикий срежет и треск. Казалось, что корабль попал в мясорубку. Наконец всё прекратилось, что-то загремело и всю эту махину сильно тряхнуло. Больно ударившись головой об холодную стену, я на мгновение потерял сознание. Происходило что-то странное и страшное. И это уже не атаки местного зверья, для них корабль слишком велик. Я встал с койки, подошёл к двери и прислушался. И тут, как назло, двери разъехались в стороны и в мою камеру вошла Ридга. Смерив меня презрительным взглядом, женщина криво усмехнулась и объявила: