Александр Гейман - Рулетка колдуна

— Магистр Аррето с тобой? Как там Огонек?

— Молодцом!

— Держитесь, я сейчас подойду с Эспиро вместе!

После этих слов Большого Дэма ретивость нападавших сильно поубавилась — биться с Дэмдэмом Кра явно не входило в их намерения. Люди в масках стали отступать между палатками — и вдруг Дуанти заметил, как из-за угла одной из них выставился арбалет и нацелился в грудь его отца. Мешкать было нельзя — и в лучших традициях школы Черника Дуанти перебросил клинок в левую руку, а правой выхватил из ножен кинжал и метнул в арбалетчика. Раздался вскрик — бросок был точен, а следующим движением Дуанти уже выбил меч из руки своего противника — это был как раз предводитель, тот, что грозился их всех прикончить.

— Придержи-ка его, Дуанти! — скомандовал отец. — Надо будет посмотреть, что это за птица.

Меж тем к ним подоспела подмога — гвардейцы маршала Эугидо и Большой Дэм. Он держал в одной руке злосчастного Эспиро, мотая им из стороны в сторону, и ревел, как стадо быков. Едва богатырь показался в свете костра, зажженного на земляной площадке перед палатками, как напавшие дружно пустились наутек. Но гвардейцы кинулись следом и захватили нескольких. Маршал Эугидо меж тем подошел к латнику, захваченному Дуанти, и сорвал с него маску.

— Та-ак, не знаю, — протянул он. — Ну-ка, говори, кто ты такой!

— Капитан Медонца! — присвистнул Дуанти, увидев знакомое лицо. — Снова приятная встреча! Ты что, уже не грабишь путников в пограничье Западного Кардоса?

Медонца бросил одновременно испуганный и злобный взгляд на своего победителя и огрызнулся:

— Жаль, что тогда не удалось тебя пришить, щенок!

— Кому ты это говоришь, скотина! — прогремел маршал и отвесил Медонце тумака, достойного руки Дэмдэма Кра. — Это тебе за измену и подлость! А это за непочтение к благородному рыцарю, сыну нашего магистра! Да что ты все падаешь, мятежник! Стоять прямо перед маршалом Кардоса!

Большой Дэм тем временем приблизился к магистру Аррето и прогудел:

— Верховный Друид, — Дэм тряхнул Эспиро, — в целости и сохранности и ни с кем не перемолвился ни полсловом!

Но после того, как Эспиро побыл в роли не то опахала, не то дубинки, вид его был не из лучших.

— Ну, Дэмдэм, — укоряюще протянул Вианор, — этак ты вытряхнешь из него всю душу. Надо все-таки поделикатней — пока что дон Эспиро нам нужен живым.

— Не бойся, Вианор, крысы так просто не подыхают, — отвел упрек Большой Дэм. — А как тут наш Огонек?

— Он спас мне жизнь, — отвечал магистр Аррето. — И вообще бился выше всяких похвал. Не стыжусь при всех хвалить его, хотя Дуанти мой сын.

— Неудивительно, дон Аррето, — заметил Вианор, — знал бы ты, какие у него были учителя — и Трор, и наш барон Кра, и некто Черник, акробат милостью Божьей — да всех не перечесть.

— А кто посвящал тебя в рыцари, Дуанти? — спросил магистр Аррето.

— Но… меня ещё не посвящали в рыцари.

Маршал Эугидо посмотрел на магистра Аррето и попросил:

— Дон Аррето, окажи мне честь — позволь мне стать посвятителем твоего сына.

— Я сам собирался просить тебя, маршал Эугидо.

И как Грэм на поле битвы в Людене, Дуанти опустился на одно колено, а маршал Эугидо произвел его в рыцари согласно установленному обряду.

— Одно нехорошо, Дуанти, — заметил магистр Аррето, — что твой первый бой был против людей своей страны.

— Да, — серьезно отвечал Дуанти. — Я сам огорчен этим. Я теперь понимаю Трора, как ему не хотелось биться против своих братьев. А ведь мы с Дэмдэмом условились, когда шли сюда из Ардии, не обращать своего оружия против кардоронцев — и вот!..

— Ну, ну! — успокоительно похлопал Дуанти по спине маршал Эугидо. — Твоей вины тут нет — ты защищал закон Кардоса, справедливость и своего отца.

— И ко всему, дон Эугидо, этот бой против своих — не последний, — добавил Вианор. — Этот налет — не просто наглая вылазка, это уже открытый мятеж, и его придется подавлять мечом.

— Верно, господа, верно, — поддержал магистр Аррето. — Давайте немедля приступим к делу. Барон Кра — возьми десяток гвардейцев, посади Эспиро под стражу и немедленно возвращайся. Эугидо — разошли вестовых к командирам всех отрядов, кто откажется явиться ко мне — изменник. Вианор — ты не будешь так любезен известить короля Веселина обо всем произошедшем прямо сейчас? Капитан Ориос — тебе сопровождать дона Санти. Теперь ты, барон Эсторион — расставь посты…

Магистр и прочие командиры занялись неотложными делами, и о Дуанти как-то забыли. В общей суматохе молодой воин и не сразу заметил, что кто-то трогает его за руку.

— Прошу прощения, сеньор, — произнес один из гвардейцев. — Ведь это вы — дон Дуанти Перуджион, сын нашего магистра?

— Верно, а что такое?

— Вас просит подойти этот… ну, тот, что прибыл с доном Санти… с Вианором.

— С Вианором? — Дуанти удивился, но последовал за солдатом — он не видел, как Вианор въезжал в их стан, и решил было, что тот говорит о Стагге.

Гвардеец подвел его к какой-то палатке, расположенной поодаль. У входа в неё стоял караульный, а другой был внутри.

— Это дон Дуанти, сын магистра, — объяснил гвардеец своим товарищам. — А вот и этот… из Ардии.

— А, Уорф! — воскликнул Дуанти. — Не знал, что ты здесь.

— Благородный дон Вианор решил оставить меня при себе, — осклабясь, проговорил Уорф. — Он нуждается в моей помощи, хи-хи…

Уорф был прикован за руку к одному из столбов палатки.

— Зачем ты звал меня?

— Нужно поговорить… без свидетелей, — Уорф глазами показал на караульного. — Очень, очень важно. Для всей вашей семьи!

— Оставьте нас вдвоем, — распорядился Дуанти.

— Но дон Санти… он велел, если что, обращаться прямо к нему, — замялись солдаты.

— Вианор сейчас в отлучке, — отвечал Дуанти. — Он отбыл с вестями к Веселину.

— Ну, тогда… Вы ведь ученик дона Санти, верно?

— Верно. Мне нужно поговорить с Уорфом.

— Как прикажете, сеньор рыцарь, — повиновались наконец солдаты.

Дуанти и Уорф остались одни в палатке.

— Так в чем дело, Уорф?

— Должок, благородный сеньор, — осклабясь, проговорил Уорф. — Должок.

В его взгляде было подобострастие и наглость одновременно. Дуанти догадался — и побледнел.

— Ты хочешь… Чего ты хочешь, Уорф?

— Хе-хе, добрый рыцарь и мудрый маг все уже понял, — мерзко захихикал Уорф. — Когда-то слабый Уорф вызволил знатного гранда. Теперь настала очередь гранду вызволить слабого Уорфа.

Дуанти смотрел на Уорфа в замешательстве и бессильной ярости — все было верно, он давал тому слово.