Огнева Евгеньевна - Барон-дракон

Не по-осеннему густой дождь смыл следы. Топь упокоила тело наемника. Мох распрямился, трава встала стеной. Не было никакого Михася. Не тащил тут Андраг тело своего врага.

Утром он выбрался к бетонке. За ночь дождь принимался дважды. Вадим вымок до нитки, потом успел чуть обсохнуть. Даже помылся в канавке у дороги. Потом опять дождь. Ночь завершилась густым холодным туманом. Вадим пробирался по нему едва переставляя ноги. Но не останавливался. Движение происходило как бы помимо него, само по себе. С дороги не собьешься.

Шаг вправо, шаг влево - канавы с водой. Впереди непроглядность.

Пригодилась бутылка, которую он нагло сгреб со стола, уходя со стройки. Он ее высосал, как только за спиной послышалось гудение мотора. КРАЗ шел медленно, крался в тумане. На счастье

Вадим вышел на относительно свободный от тумана пятачок. КРАЗ затормозил. Ангарский кое-как влез во внутрь и плюхнулся на сидение.

— До города подвезешь? - промямлил заплетающимся языком.

— До двадцптьчетверки. Оттуда сам добирайся.

— Давай.

Глаза закрылись, он провалился в темноту.

Молодая тетка, торгующая с лотка дешевой обувкой, косилась на Вадима, подозревая в нехорошем. Лоток развернулся возле телефона автомата, отгородив, его от страждущих общения граждан. Пошатывающийся грязный патлатый мужик шагнул через картонные обувные коробки к аппарату, не спросив разрешения. Тетка гавкнула, обозвала пьянью. Он не обратил внимания. А когда она попыталась его толкнуть обернулся и глухо, страшно посмотрел. Да пусть звонит! Пусть подольше звонит. Сейчас придет Вагиф. Где только его носит? Вечно его нет, когда нужен. Вагиф ему…

— Марго, это - я.

— Ты где?!

— Звоню из универсама.

— Я сейчас приеду.

И бросила трубку. Вадим будто наяву увидел ее порывистые, нервные движения: сорвалась с места, схватила пальто, ключи от машины. Приедет. Собственно, он и не сомневался. Она, конечно, могла устроить спектакль, поводить его как рыбку. Не стала. Знакомое теплое чувство поднималось внутри. Приедет Марго, и все станет хорошо и спокойно. Только она умела создавать вокруг него изолирующий, мягкий внутри кокон. Сейчас самое время, отгородиться от происходящего и уйти в покой постели. Чем дальше от людей, тем лучше. Не видеть, не понимать, не вникать, и не дай

Высокое Небо, не проницать в их гнилые души.

— Пачему тут стоишь? Тавар уронил! Да. - Низкорослый брюнет в штанах пузырями и такой же пузырястой кожаной куртке нарисовался прям посередине мысли. Коровьи глаза светились некоторой злостью на человека, посягнувшего на его угол. Был бы индивид в нормальном прикиде,

Вагиф сто бы раз подумал держать форс перед Нинкой или нет. А тут - не поймешь, не то работяга, не то вообще бич. И пошел, на обидчика, изображая крутой восточный гнев.

В следующую секунду его буквально смело. На пол с прилавка брякнулась пара тяжелых как литейные башмаки кроссовок. Пустые коробки расскочились на пол магазина.

Марго в совершенно ослепительной, немыслимой шубке, в коротюсенькой юбочке - девочка, девочкой - кинулась Вадиму на шею.

— Где ты был!? Я с ума сходила, обыскала весь город. Где ты был!? - маленькие кулачки замолотили его по спине. Марго всхлипывала и смеялась. Ее макушка едва доставала Вадиму до подбородка. Он смотрел поверх. Теперь возмущалась продавщица, на что хозяин лотка никак не реагировал, - такая "шуба" может вообще твою торговлишку прикрыть, - цыкнул даже на свою подружку и без дальнейших выяснений пропустил парочку вовсояси.

Марго неистовствовала. Она соскучилась. Она сходила с ума: зацеловала его с ног до макушки, искусала, обвила, обволокла своим телом - не выпустит больше. Не выпустит! И он ей в который раз доказывал, что тоже скучал. Да и в самом деле скучал. Приподнимал ее легкую как пушинку и дразнил, только касаясь, только щекоча, лаская, пока она не начинала кричать. Потом выгибалась дугой - на, возьми. Ну, возьми же! И он брал.

Только к утру, когда оба устали, уже засыпая, Вадим пробормотал:

— Можно попросить тебя об одной малости?

— Все, что хочешь.

— Если станут спрашивать, когда я вернулся, скажи - утром двенадцатого.

— У тебя неприятности? - голос Марго был совсем не сонный. Вадим струдом разлепил веки.

Подруга смотрела тревожно. Испугалась за него, маленькая.

— Чепуха. Это, чтобы меня не дергали… чтобы нас не дергали.

— Ты мне потом все расскажешь?

— Да.

Глава 3

Пятница. Пусть скорее наступит пятница. Типа: пусть скорее грянет буря. Пусть скорее настанут вечер, покой, одиночество. Чиж, подлец, в динамике с утра подзуживает: "Сегодня точно напьюсь…" И я напьюсь. Мне положено.

Вадим давно уже полюбил пятничные вечера. Марго на протяжении всех пяти лет, что они были вместе, в этот день отправлялась на дачу. По пятницам Васюковы принимали гостей. Марго надлежало играть роль хозяйки. Она периодически намекала Вадиму, как ей это надоело, как она устала. Однажды, - в который уже раз, - разговор зашел об их совместном отъезде. Она тогда была в особенно плохом настроении. Муж устроил скандал по поводу ее поведения и втянул в него, приехавших на каникулы детей. До младшего, кажется не дошло, зато старшая все поняла и выразила матери свое неудовольствие. Марго плакала, расписывая подробности.

— Разводись, - предложил Вадим.

— Разведусь, - всхлипнула Марго.

— Уедем.

— Разведусь, - зло повторила Марго и укатила, обеспечивать пятничное суаре.

Редко теперь поднимавший голову дракон встрепенулся. С него опали чуть ли не все серебряные чешуйки. Вадим невесело усмехнулся. Дракон положил голову на лапы и прикрыл глаза. Задремал.

Сначала Андраг ждал: вот-вот грянет очередной сигнал. Не последнюю роль в ожидании играли его отношения с Маргаритой. Он к ней привязался, на столько, что в иные моменты не представлял себя вне ее жизни. Потом приходило трезвое понимание: нет. А быт тем временем затягивал, теплилась, возгоралась и затухала их карманная фирмочка. Жизнь обставлялась необходимыми вещами. Происходили даже отпуска, в которые он уезжал к родителям. Марго сама покупала ему билеты. Обязательно в оба конца. И он возвращаясь, опять принимался за работу, перемежая ее качественными загулами, которые доводили близкую женщину до белого каления, но конца их отношениям положить так и не смогли. Она, в конце концов, притерпелась и смотрела на его пьянку, как на необходимое зло. Вадим, таким образом, жил. Андраг все больше дремал. Но вполне комфортно.

Офис, он же Вадимово место жительства, сверху донизу и вдоль и поперек загромождала оргтехника. Такая сложилась в этом году конъюнктура. В начале года Ангарский предложил перепрофилирование деятельности, Маргарита быстро все просчитав, согласилась. В запарке нахватали кроме нужного, всякого барахла. Теперь бы избавиться. Вадим походя пнул коробку с монитором, которая углом вылезла в дверной проем. Мешала, сволочь. Руки заняты. В каждой по полторашке пива из круглосуточного магазинчика на углу. Хоть всю ночь бегай, добавляйся. А собственно так оно и будет. Выпьет, что принес, пойдет по ночному холодку за следующей порцией, а захочет и водки купит. Но водка, это на долго - дня на два, на три. Жди тогда скандала с непременными упреками. Однако он привык, она привыкла, даже немногие, знакомые, кто к ним был вхож, в основном подруги Марго, и те привыкли.