Светлана Нергина - Дорога к Храму. Дилогия

– Нужно найти одну вещь.

– Какую?

– Такой… – я запнулась. – Такую подвеску с рубиновой каемкой.

Раона скептически подняла бровь:

– И каким образом ты собираешься во всем монастыре найти какую-то маленькую подвеску?

Я смущенно улыбнулась:

– Пока не знаю, но мои способы работы всегда приводили клиентов и учителей в предынфарктное состояние!

Раона тихонько рассмеялась и встала, протягивая мне руку:

– Ладно, пошли совершать подвиг во славу оборотня!

Я благодарно ей улыбнулась и воспользовалась предложенной рукой.

За полтора часа мы с Раоной успели самым, что ни на есть, тщательнейшим образом вымести пыль изо всех уголков третьего этажа. На наше счастье, у настоятельницы и всех остальных его обитательниц за весь день не было и минутки свободной, чтобы подняться в келью отдохнуть, так что наша активная подозрительная и даже преступная (проникновение со взломом!) деятельность ничьего нездорового внимания не привлекла.

– По-моему, здесь нам найти подвеску не грозит – едва ли оборотень имеет вредную привычку прогуливаться мимо келий старших сестер, – со вздохом подвела я итог, вылезая из очередной темной ниши и уныло убирая паутину с волос, превратившихся в жуткую растрепанную гриву, щедро припорошенную вековой пылью.

– Он мог его потерять, когда гнался за настоятельницей, – возразила Раона, разглядывая мужской носок, валяющийся возле кровати настоятельницы. Носок подозрительно большого размера…

– Мог, – кивнула я, выбираясь из-под кровати и чихая от набившейся в нос пыли. – Но, похоже, не потерял. Во всяком случае, мы обшарили уже весь этаж, а подвеску так и не нашли.

– Значит, придется пойти на второй, – пожала плечами послушница.

Раона мне добросовестно помогала, но толку от нее, если честно, было совсем немного – разве что моральная поддержка. У послушницы оказалась очень сильная близорукость, в связи с чем подвеску фактически искала одна я, а она стояла на стреме, открывала мне двери и находила совсем уж замаскировавшиеся ниши.

– Придется, – кивнула я.

И, прислушавшись к ощущениям, добавила:

– Но, увы, только после обеда.

– Уже обед?! – поразилась увлекшаяся поисками Раона.

Я мрачно кивнула опять:

– Причем уже давно обед, так что в трапезную нам лучше бежать – мне и утренней выволочки достаточно. Не хватало только еще одну от настоятельницы получить!

– Так вот чего ты такая злая с утра была! – рассмеялась Равна. – Не переживай, такую же выволочку получили три четверти всех послушниц – просто чем дальше по коридору келья, тем меньше остается духовно-ругательных сил у старшей сестры, и тем выволочка короче.

Я, чья келья стояла второй по счету, только вздохнула:

– Ну мне, как всегда, везет! Пошли, что ли, – а то Даонна не преминет вкатить нам еще одну душеспасительную лекцию! Я ими сыта уже по горло, если честно…

– Я тоже, – со смешком согласилась послушница, безуспешно пытаясь отряхнуть рясу, больше всего напоминающую мешок для сбора пыли, который не вытряхивали этак пару месяцев.

И, не раздумывая больше, мы наперегонки помчались к трапезной.

Там мы, разумеется, надолго не задержались, залетев в уже галдящую залу буквально за пару минут до прихода настоятельницы, тут же отправившей всех на дневную молитву. На молитву мы не пошли, мы пошли в харчевню, причем я всучила Раоне деньги и, спрятавшись за плетнем, сказала купить мне что-нибудь, не говоря хозяину харчевни, для кого это.

Послушница удивленно согласилась, взяла монеты и отправилась в харчевню. Откуда вышла минут через десять с двумя промасленными свертками в руках. Развернув свой, я с непередаваемым облегчением обнаружила в нем чебурек тряпичного вида. Вещь малоаппетитная, но если у тебя с утра во рту и маковой росинки не было…

– А поффему ты так боиффя фама зайфи в хайфевню? – с набитым ртом поинтересовалась Раона. И, прожевав, более членораздельно пояснила: – Ты же ведьма – тебя должны обслужить по первому разряду.

– Ага, уже доведьмовалась, – мрачно проворчала я, тряся жирными пальцами. Потом плюнула и высушила их естественным способом – вытиранием о рясу. – Причем так, что меня теперь там боятся, как самого йыра, и при подходе на три метра стремятся накормить до смерти. Чего ты смеешься? Ты смеешься, а я теперь не знаю, где мне есть! Не смешно! Прекрати!

Но Раона не прекратила. Она хохотала, как сумасшедшая, вытирая рукавом набегавшие слезы и не в силах остановиться. И только когда я сделала вид, что смертельно на нее обиделась и вообще собираюсь уходить, девушка кое-как прекратила истерику и пояснила:

– Извини, ик! Просто… ик!.. смешинка в рот залетела. У меня, ик!.. бывает!

– Вижу, – кивнула я, награждая послушницу успокаивающим заклинанием.

Она благодарно кивнула и, с сомнением покосившись на свои жирные руки и осознав, что на то, чтобы дойти до умывальника, ее не хватит, тоже использовала длиннющие рукава своей одежки по назначению. Все-таки иногда от них какой-то толк бывает!

– И что мы будем делать дальше? – бодро поинтересовалась послушница.

– Полагаю, продолжать внедрять в жизнь план обыскать весь монастырь, – со вздохом ответила я. – Ну должен же этот проклятый амулет хоть где-то быть!

– Должен, – согласилась она. И тоскливо добавила: – Еще узнать бы где!

– Увы, выследить его магически не удастся, иначе бы я давно уже это сделала, – разочаровала я Раону.

– А почему? – сразу заинтересовалась девушка.

– Да потому, – я подхватила ее под локоток и повлекла к замку, – что таким образом Гильдия хотела защитить оборотней от магов. Представь себя на месте мага-фанатика, решившего истребить всех оборотней вокруг поголовно.

Раона зябко поежилась и нахмурила брови.

– Так вот, – неспешно продолжила я. – Так просто выследить оборотня очень сложно. Практически невозможно, как ты могла убедиться на моем горьком опыте. А вот если бы амулетики учитывались магией – так это же раз плюнуть! И истребили бы всех оборотней на кворр.

Раона поморщилась:

– Зачем их вообще оборотням выдавали? Толку нет, одни проблемы!

Я пожала плечами:

– Маги тоже люди, Раона. И тоже иногда ошибаются. Просто их ошибки, как правило, очень дорого обходятся людям. Да и нелюдям тоже.