Евгения Федорова - Жертвы времени (СИ)

Ничего не изменилось, Мастер был прав. Его лицо расслабилось, на губах заиграла ободряющая улыбка, энергия, что казалась мне огнем, беззвучно проникла в рану, унимая боль и останавливая кровотечение. Я чувствовал, как стягиваются ткани, но это походило на натяжение кожи, если свести ее пальцами. Маг своими умениями закрыл разрез, оставив на поверхности запекшуюся корку.

— Забавно, да… Дальше все пойдет своим чередом, — сказал он, отстраняясь. — Несколько дней, и все заживет… Извини, но ты никуда не пойдешь…

Я удивленно посмотрел на него.

— Знаю, что тебя тяготит, но к коню я тебя не пущу.

— Ты просто не знаешь, — с замиранием сердца пробормотал я. — О, нет, не может быть… Что они пытаются этим доказать?

— Не знаю, — Мастер подбросил еще полено, желая прибавить света. — Не думал, что конь тебе так дорог.

— Я тоже этого не знал. Виной всему прикосновения. Когда я прикасаюсь к живым или предметам, они проникают в меня слишком глубоко. Всего лишь конь, Мастер…

— Те, кто убил его, знали, как много Алрен для тебя значит. Нам бы следовало задуматься над этим, они все время идут на шаг впереди.

— Я не пойму, кто может желать мне зла. Сперва убийца на лестнице, потом редкий яд и эта тварь. Скажи…

Я задумался о том, какое еще наказание ждет меня, после того, что я собираюсь произнести вслух, и несмотря на эту не ободряющую мысль, закончил:

— … это был фантом?

— О! — Мастер резко повернулся ко мне. — Я, кстати, давно хотел спросить: матушка не говорила тебе, что подслушивать нехорошо?

Он улыбался, открыто и без признаков гнева, немного ехидно, по-моему.

— Кто еще знает?

— Никто. Зачем кому-то знать? Но впредь так не делай, потому что некоторые знания тебе ни к чему. Теперь у тебя слишком много вопросов и никакого понимания.

— Так расскажи!

— Не дергайся, ты даже не знаешь, о чем говоришь. Ты представляешь себе, что такое время?

Видя мои сомнения, он покачал головой:

— Не ищи великой мудрости. Энергия, Демиан, всего лишь энергия, чье течение подхватывает и растворяет в себе все. Единственное, с чем стоит считаться. Оно течет здесь, вокруг нас, сдерживаемое другими нитями, о которых слишком долго говорить. Но есть место, где его поток подобен водопаду, шквалу, под которым никто не в состоянии устоять. Так считается, что там, за границей, о которой ты уже слышал и не раз, не существует жизни. Там течет и крепнет время.

Фантомы похожи на капли воды, они просачиваются с той стороны и, проникая в наш мир, получают свободу. Время здесь связано с нами, а эти сгустки энергии ничем не ограничены. Их прикосновения несут смерть. Представь себе, что твоя жизнь прошла за мгновение, и за это мгновение прошел еще миллион лет. Твое тело рассыплется прахом, невесомой пылью от одного прикосновения фантома.

— А твое?

Маг покачал головой.

— В нас много времени, Демиан, и мы знаем, как отстраниться, но фантомы, впитывая в себя время нашего мира, крепнут, обретают телесность и становятся жуткими тварями, которые могут уничтожить все на своем пути. Даже мага. Даже дракона.

— Дону удалось…

— Удалось, — не дав мне договорить, быстро сказал Мастер. — И на этом все, мы больше не будем возвращаться к этой теме. Теперь поговорим о том, что тебя так тревожит. Мне кажется, еще немного, и ты проговоришься. Не забывай, что это — запретная тема даже в разговорах между тобой и мной. Да, между нами есть связь. Сегодня ты прошел вдоль нее, и ничего не случилось. Она не дает никакой власти ни тебе, ни мне. Это не поводок, это мост. Буду честен: я этого не хотел и не думал, что мои действия вызовут нечто подобное. Никто не хочет быть связанным. Я надел ярмо не только на тебя, но и на себя. Сейчас я всегда знаю, когда ты рядом, так что подслушивать незамеченным тебе не удастся, это ты учти.

В приходящих видениях виноват ты сам, не я дал тебе это умение. Желая умереть или по какой-то другой причине ты разбил границы своего сознания. Я не могу тебе сказать, какая часть их разрушена, но именно это делает тебя открытым и, как следствие, уязвимым. Придет время, я надеюсь, ты сам отыщешь сломанный кусок. Может быть, тебе поможет дракон, что тоже возможно. Если захочешь, ты залатаешь эту брешь.

Я изумленно смотрел на Мастера, а он бесстрастно продолжал:

— Многие слова, сказанные тобой в мое обвинение, справедливы, но кое-что задело даже меня. Здесь много людей, которые относятся к тебе по меньшей степени нейтрально. Разве Калороне был с тобой груб? Разве кухарки на кухне не дают тебе пищу? Разве Оружейник не взялся обучать тебя? Ронд запретил тебе появляться в конюшне? Ты считаешь себя пленником, но поступаешь подобно свободному, и от того не можешь понять самого себя.

— Это страх, Мастер.

— Так перестань бояться! — эти слова маг сказал с особой жестокостью.

— Простой человек всегда боится неизвестности.

— Пора вырасти, Демиан, пора перестань быть капризным ребенком. У тебя есть оружие против страха — твой ум. Думай, сопоставляй, пусть ничего не будет для тебя неожиданным.

— А как же магия? Те, кто хотят меня убить, обладают силой…

— Это не магия, а чародейство, — поправил меня Мастер. — Ты не разделяешь эти понятия, потому что не знаешь истинных проявлений первой. То, чем владеешь ты — лишь краткие прикосновения к знанию, которое недоступно человеческому телу. Только дракон может дать тебе власть над стихиями, подобную той, которой владею я. Лишь дракон способен вручить тебе ключи от всех дверей и подарить достаточно времени, чтобы открыть их все. Людям доступно другое: знание звезд и гадание по ладони, сновидение или возрождение ритуалов. Они не менее сильны, чем магия, но в них меньше возможностей.

— Я думал, это Северный, — вяло сказал я.

— Не советую тебе так говорить и даже предполагать подобное. Советую также не забывать, что сейчас в Форте он преобладает. Ты не знаешь его, ты никогда не говорил с ним. Он сам послал меня за тобой.

— А если его планы пошли не так, как он хотел? Если то, что я буду зависеть от тебя и случайно окажусь на твоей стороне, не входило в его планы?

— Случайно, — Мастер тихо засмеялся, легкая горечь скользила в его смехе. — На моей стороне… Демиан, прости, но убить тебя — не такая уж сложная задача. Легко, — зловеще добавил он, — в любой момент времени просто остановить твое сердце. Но Северный никогда бы не тронул коня.

— Убийца на лестнице — просто проверка, — не сдавался я, потому что уже всему нашел объяснение. — Обращусь ли я к тебе, как поведете себя вы с Доном. С вином, согласись, мне повезло. Яд был превосходный, не разлей я кубок, и был бы гарантированно мертв. Яд пробыл у меня в комнате несколько дней, значит, убийца на лестнице мог быть ни чем иным, как попыткой заставить меня выпить яд.