Алена Даркина - Растущая луна: зверь во мне

— Тебе надо прислушиваться к его советам, Айна. Грамотная речь еще никому не повредила, — успокоила она девушку. — А вам, сударь, я позволяю делать не более трех замечаний за день. Вы учились наверняка около пяти лет, а хотите обучить мою горничную за два дня пути.

После того как она отчитала обоих, в карете воцарилось подобие перемирия, но обиделись оба. "Стоило, наверно, поддержать Айну, — подумала Илкер, — тогда бы было на одного счастливого человека больше…"

Выглянув в окно, Илкер обратилась к горничной:

— Мы почти приехали, скоро ты сможешь отдохнуть.

— Правда? — обрадовалась та и, отдернув занавеску, выглянула в окно. Либо у нее быстро менялось настроение, либо обида была показной.

Решетчатые ворота уже открыли. Улм, ловко управляя лошадьми, подъехал к замку и остановил карету прямо у входа, где их уже встречала тетя и Ашбел.

— Наконец-то! — радостно подскочила к Илкер Юмаана и, целуя щеки девушки, пожаловалась. — Здесь так тоскливо: никого не знаю, да еще и ты уехала.

— Ты могла бы съездить в Наему, с кем-нибудь познакомиться, — ответила Илкер, целуя тетушку. — Я ведь не буду здесь всегда жить. А где дядя?

— Сударь Шовек теперь пропадает целыми днями с управляющим, — недовольно пробурчала тетя. — По моему мнению, господин Харбона выглядит честным человеком, к чему уж так спешить с проверкой? Надеюсь, в ближайшие дни ты никуда не собираешься? — она уже присматривалась к новым лицам, выходившим из кареты.

Ашбел мялся рядом и ждал своей очереди, чтобы поздороваться с сестрой. Уловив паузу, он поддержал Юмаану:

— Хорошо, что ты вернулась, Илкер, — сообщил он. — Без тебя скучно и совершенно нечем заняться. Пусть принц возьмет меня в оруженосцы!

— Я поговорю с ним об этом, — чудом удержалась от улыбки девушка. — А пока тебе будет, чем заняться. Вот, познакомься. Это мастер Заза. Он будет твоим гувернером. Возможно, со следующего года ты пойдешь учиться в церковную школу, он тебя подготовит.

— Граф Лаксме, — кивнул мальчик.

— Ты опять? — прищурилась Илкер.

— Но вы, мастер Заза, называйте меня Ашбел, — торопливо добавил брат.

Раддай тоже склонил голову:

— Рад познакомиться, граф. Если вы будете хорошо учиться, я тоже позволю вам называть себя по имени.

Илкер всмотрелась в Зазу: "Иронизирует?" Но тот, казалось, сохранял полную серьезность. Она повернулась к тете:

— Он также и мой секретарь, поэтому занятия с Ашбелом начнутся не сразу. А это, — она представила скромно потупившуюся девушку, — моя новая горничная Айна.

— Горничная мне очень нужна! — обрадовалась Юмаана.

— Тетя, ты не поняла, — остановила ее пыл Илкер. — Это моя горничная. А тебе мы подыщем девушку Наеме.

— Мне кажется, она могла бы помогать и мне, и тебе. Зачем тратить лишние деньги?

— Мы можем позволить себе двух горничных, — заметила Илкер. — Айну я наняла прислуживать мне. Мастер Раддай, — повернулась она к рыжему секретарю, — пожалуйста, напиши письмо графу Оруну, чтобы он отпустил мастера Кироса на несколько дней, а также мастеру Киросу с просьбой сопровождать нас в церковную библиотеку, — оглянулась в поисках знакомого лица и заметила дворецкого. — Яфий, дайте в распоряжение мастеру Зазе какого-нибудь расторопного слугу, чтобы он немедленно доставил ответ.

Илкер поужинала с тетей, насколько это возможно подробно рассказав о встрече короля Айдамиркана с королевой Эолин. Юмаана ахала и сожалела, что так рано уехала из столицы и пропустила это знаменательное событие. Илкер этому же обстоятельству радовалась. Чего доброго новоявленная родственница королевы захотела бы присутствовать на встрече. Дядя хорошо знает свое место и умеет быть благодарным уже за то, что получил, но вот о тете Илкер такой уверенности не имела.

Когда тетушка выспросила все, что ее интересует, она снова принялась жаловаться на скуку и постоянное отсутствие мужа. Брат делал знаки, что хочет поговорить с Илкер наедине, но мысли девушки были заняты завтрашним днем. С каким бы удовольствием она сейчас поужинала с Раддаем и Айной или хотя бы побеседовала с ними, попросив быть откровенными, но следовало помнить, что надо быть предельно осторожной, чтобы никто не догадался об особой миссии секретаря и гувернантки. Если она будет спешить уединиться с ними — это наверняка вызовет подозрение.

— А как ты нашла этих слуг? — вдруг очень к месту поинтересовалась Юмаана. — Я смотрю и кучер у тебя новый. Ты его тоже наняла? Уверена, что им можно доверять?

— Конечно, тетя! — успокоила ее Илкер. — У них прекрасные рекомендации. Иначе я бы ни за что не рискнула их взять.

Они еще немного поболтали о прежних хозяевах Айны и Улма, о порядках в монастыре и о том, во что это выльется. (Тетя сразу подумала, что Заза постарается наверстать упущенное, а Илкер покраснела от таких предположений). Наконец девушка с облегчением заметила Яфия, который, поклонившись, провозгласил:

— Ваше высочество, Ишма принес письмо от графа Оруна. Передать вам или пусть прочтет мастер Заза?

Илкер поняла, что это как бы первая проверка: кому передавать почту и насколько госпожа доверяет секретарю. Она доверяла Зазе, но прочесть хотелось сначала самой.

— Я прочту, — сообщила Илкер, с опозданием удивившись, что не получила ответа от мастера Кироса. Неужели граф не позволил ему помочь принцессе?

Она торопливо вскрыла конверт прямо в коридоре и, пропустив положенные изъявления вежливости, прочла: "К сожалению, вскоре после вашего отъезда, мастер Кирос тяжело заболел. Аптекарь, приглашенный к нему, засвидетельствовал тяжелую форму пневмонии. Из-за преклонного возраста мастер Кирос не смог справиться с болезнью и умер вчера вечером".

Илкер проглотила ком в горле и растерянно подняла глаза. Заза стоял тут же, в коридоре, она отдала ему письмо и, не оглядываясь, направилась в спальню.

19 сабтамбира, Цартан, салон мадам Жалма

Авиел выехал в Цартан вечером, решив, что лучше поспит немного на месте. Он никому не сообщил, куда и зачем едет. Пока он не встретится с тем, кто передал записку, рассказывать не о чем. Объяснять, зачем он собирается посетить салон мадам Жалма, тоже не хотелось.

Он пустил эйма вперед. Настоящей каракаре нелегко лететь по лесу, а уж в лесу, окружающем эйманов любой птице придется трудно. Этот лес слушался только эймов и эйманов: перед первыми раздвигал ветви, чтобы не поранить, перед вторыми открывал тропинки.

Подъезжая к мосту, он разглядел, что в Капкане горит костер. Он отправил эйма ближе. У костра спало три человека, один из них кого-то смутно напомнил. Четвертый, в старомодной шляпе с широкими полями, сидел у огня. Недалеко паслись стреноженные кони. Покачав головой, Авиел тронул бока лошади и отправился дальше.