Сара Бреннан - Договор с демоном

— У меня есть… — прошептала Мэй и забылась в его долгом, жарком поцелуе, пьянея от того, что Ник рядом, заслоняет собой все вокруг. Она готова была биться головой о крышу, чтобы хоть немного прийти в себя, но спохватилась на том, что сама целует Ника и не может оторваться.

— У меня… о боже!.. у меня есть план.

Ее план состоял в том, чтобы стащить с Ника мокрую футболку и пробежать рукой по ребрам, по ремню на поясе, за которым он прятал нож… но через минуту это случилось само собой. Ник присел сбоку, она выпрямилась на локтях, чтобы ему помочь — содрать эту липкую сырость и наконец прижаться к его гладкой коже.

— Похоже, это вошло у тебя в привычку, братец, — произнес голос Алана из потолочного люка. Мэй и Ник застыли. — В следующий раз выбери место поукромнее.

С этими словами Алан исчез на чердаке — она даже не успела разглядеть его лица, которое, судя по тону, вряд ли выглядело приветливо.

Мэй чертыхнулась сквозь зубы, а Ник метнулся в сторону и побежал к люку. Она прижалась лбом к сгибу запястья, снова выругалась про себя. Черт, черт, черт! Надо же было сотворить такую глупость — и после всего, что Алан ей сказал у скульптуры! Каково ему сейчас?

Мэй встала и на ватных ногах побрела к лестнице. Она уже спускалась, когда внизу, на спуске с чердака, раздался громовой топот Ника.

— Алан! — взревел он, а ответом была тишина, даже не крик.

Мэй, спотыкаясь, сбежала в холл и увидела Алана в кухне, где Ник его перехватил. Дверь была настежь распахнута, горел неоновый свет. Алан стоял у буфета — включал электрический чайник. На его бледном лице застыло нарочито небрежное выражение.

Ник держался за кухонный стол, вцепившись в край столешницы, как утопающий — мокрая одежда и волосы еще усиливали сходство.

— Алан, — произнес он. — Мне нужно с тобой поговорить.

Мэй стояла у подножия лестницы, ведущей к кухонной двери. Она сомневалась, что сможет чем-то помочь. Оставить все объяснения Нику было бы неправильно, но если Алан не захочет ее видеть, это тоже можно понять.

Судя по всему, он и брата не хотел видеть — стоял и смотрел перед собой в пустую кружку.

— Тебе нужно? — переспросил он, и его голос сорвался. — Однако это что-то новенькое. Что ты хотел сказать?

Ник уставился на него, блестя черными глазами сквозь мокрый частокол волос. Каждый мускул его тела напрягся. Мэй вдруг поняла, насколько он ненавидит Алана в эту секунду. У нее пересохло во рту от предвидения того, что Ник собирался сказать.

Тот произнес глухим, ледяным тоном:

— Предай меня.

Алан вскинул голову.

— Что?

— Предай меня, — повторил Ник тем же страшным, безжизненным голосом демона. Его пальцы так стиснули столешницу, что та, казалось, готова была треснуть. — Выдай колдунам, отбери магию, делай что хочешь — мне плевать. Только не уходи.

Мэй онемела всем телом. Выходит, она все поняла неправильно. Ведь знала же, что Ник испытывал страх — именно так, как она описала: «Вроде знаешь, что делать, но боишься пошевелиться, потому что уверен: стоит двинуться, и случится самое плохое».

Просто не понимала, чего именно он страшился.

Судя по лицу Алана, он тоже этого не понял.

— Ты что, Ник? — тихо спросил он с удивлением. — Никогда!

Он проковылял к брату, протянул руку. Ника всего передернуло, как испуганного зверя, но он не бросился прочь. Рука Алана легла ему сзади на шею, и Ник послушно наклонил голову, подставляя затылок.

— Никогда, никогда, никогда, — шептал Алан своим дивным голосом, словно пел колыбельную, утешая и баюкая, — Ник, я тебя не брошу.

Мэй была бы рядом с ними лишней, поэтому она тихонько закрыла дверь кухни и отправилась домой. Снаружи все еще стоял мрак, но грозовые тучи чуть ли не ласково обвивали друг друга. Гроза притихла, в небе разлилась неопределенность.

Дождь перестал.

Глава двадцатая

РАСПЛАТА С ДЕМОНОМ

В день Ярмарки Мэй проснулась от телефонного звонка на ухо. Звонила Син по поводу прикрытия для своих людей. Мэй села в постели, схватила ноутбук и вывела на экран несколько карт рыночной площади Хантингдона.

— Послушай, Син, — сказала она в трубку. — Сама посуди: площадь находится посреди города. Со всех сторон дома! Ну, с одной, правда, церковь, но ты понимаешь. Колдуны совершенно точно заключат Ярмарку в круг. Поверь, я видела их в деле на мосту «Миллениум». Там будет прорва убежищ. Нам надо будет ими воспользоваться.

— А если они решат высунуться?

— Тогда подставятся сами, — уверила Мэй. — Все будет хорошо.

— Нет, не все! — тихо отрезала Син. — Люди могут погибнуть. Ты еще не одна из нас. Я считаю, покончить с колдунами стоит. Вопрос в том, сможешь ли ты с этим жить — с тем, что кто-то умер из-за тебя?

Мэй потерла глаза краем ладони. Утренняя дымка за окном сгустилась в хрупкий готический шпиль церкви Святого Леонарда, стремящийся в ясное небо.

— Не знаю, — тихо ответила Мэй и зажмурилась. — Там видно будет.

Син на мгновение замолчала, а потом сменила тему.

— Демон с планом согласился?

— Да, — машинально ответила Мэй, не смея выдать сомнений. Малейшая неуверенность — и Син сразу поймет, что дело нечисто, отзовет свой отряд.

Она задумалась. Ник точно не согласился участвовать в затее, хотя прямого отказа не дал — у него случился нервный срыв. После этого он был довольно покладист, но скорее всего, потому, что любит, когда с него стаскивают одежду.

С другой стороны, он просил Алана о предательстве, но сам этого не хотел. Мэй вспомнила, как Алан посмотрел тогда на брата. Возможно, он вообще откажется от предательства.

Не исключено даже, что Ник рассказал Алану об армии и плане войны с колдунами, и теперь они оба перешли на ее сторону.

«Надо бы все-таки это проверить, прежде чем ставить чужую жизнь на кон», — сказала она себе.

— Говоришь, с одной стороны рынок огорожен? — спросила Син. — Как думаешь, мои лучники за забором укроются?

— Лучники? — переспросила Мэй. Может, это второй, тайный этап плана? Вроде шаг первый — победить зло, шаг второй — разыграть постановку «Робина Гуда»?

— Пули не всегда их берут, — терпеливо напомнила Син. — А лук и стрелы бьют точнее кинжалов. Можно играючи перестрелять половину круга.

— А ты тоже стреляешь из лука? — изумилась и оживилась Мэй.

— Ага. Правда, ножи люблю больше. Мне сейчас не до игр.

— Надо бы и мне как-нибудь поучиться.

— Если победим, — сказала Син, — обращайся в любое время. Ты приходишь к семи, так?

— Самое позднее. Тогда и увидимся.

До Кембриджшира четыре часа езды, а стрелки уже показывали за одиннадцать. Хочешь не хочешь, надо было звонить Нику. Мэй закончила говорить с Син и нажала «н», чтобы выбрать его номер в списке контактов. Оказалось, Ник отключил телефон. Как и Алан.