Ольга Табоякова - Все дороги этого мира

- Дед? Бодяжник хренов. Никого чувства стиля, одни мысли о жратве и о бабах.

- Да? - Сентенус не поверил подобной характеристики деда.

- Ну, на работе я его не вижу, а дома он такой. Жрет мое сало, - пожаловался кот.

Сентенус счел, что теперь можно узнать кто его собеседник.

- А! Я великий Ульрих, - представился кот Болтун.

- Ульрих? - Сентенус помнил донесения о доставучем соседе из вольных баронов.

- Ну, не смотри на меня так. Сейчас за меня сын правит. Он вообще сказал, что я позор рода.

- Ульрих...

- Болтун, лучше Болтун, - перебил Сентенуса кот.

- Болтун, а что ты просил у колдуна?

- Жена у меня молодая, член хотел удлинить на шесть сантиметров, - признался кот.

- Что? - Сентенус не мог представить, что из-за этого можно идти к колдуну.

- Молод еще, - резюмировал кот. - Я спать буду, почитай что-нибудь вслух, - попросил он.

- Ты совсем не в себе? - Сентенус обалдел от наглости кота и бывшего вольного барона.

- Нет, - кот в себе не сомневался. - Я же из лучших побуждений, а у тебя я вижу проблемы.

- Спятить можно. А дед знает про тебя?

- Знает, но ему насрать, лишь бы мое сало сожрать, - Болтун приоткрыл глаза, и повернул морду. - Почитаешь?

- Почитаю, - легко согласился будущий король.

Вычитать сто двадцать три страницы текста, в очередной раз Сентенусу не удалось. Он остановился на семидесятой. Кот поднял голову, зевнул и пристально уставился на свои лапы.

- Могу одно сказать, пока сам не встанешь у мышеловки, то мыши до нее не добегут.

- Что? - не понял совета Сентенус.

- Объясняю, самым лучшим было бы встретить этих людей у границы, как только они хапнут твое сокровище-спасение и отобрать его у них.

- Да?

- Точняк, - кот подивился тупости собеседника.

Рациональное зерно в предложении кота Болтуна и бывшего вольного барона Ульриха было. Мысли Сентенуса приняли новый оборот.

Мыслить о будущем пытались еще двое: отец Логорифмус и отец Григорий. Они размышляли над проблемой, как им сохранить труппу. Уход или пропажа двоих монахов уверила их в мысли, что что-то не так. Отец Логорифмус составлял перечень странностей, а отец Григорий пытался их объяснить. Затем они менялись местами. Прогноз, который сделали оба ученых, не радовал. Им казалось, что атмосфера ухудшается. Внезапно, отец Григорий поднял голову от бумаг, и расстроено замолчал. Отец Логорифмус забеспокоился за друга.

- Мы же истину искали и знания, - потянул он в задумчивости. - А ничего в этих Темных землях и нет.

- Возможно, - не согласился отец Логорифмус.

- Почему только возможно? - возмутился Григорий.

- Потому, что мы не все видели в этих Темных землях. Я склонен думать, что ничего мы не видели.

- Так нас специально отводит? - возмутился отец Григорий. Первая мысль была о том, что злые люди не дают им узнать правду.

- Не знаю, думаю, что дело в артистах. Все что-то скрывают, - поделился своими наблюдениями отец Логорифмус. Его теплая уверенность подкрепила подозрения отца Григория.

- Ты что-то знаешь?

- Например, мне очень интересно куда ходит донна Илиста по ночам. Также я бы не отказался узнать про Хэсса и про Страхолюда. Весьма примечательные личности. Есть еще один насущный вопрос про старца Линая. Что ему надо от нас? Потом меня смущает уход этих дурных монахов. А также возмущает поведение директора. Странные типы примкнули к рабочим сцены. Не согласен?

Отец Григорий кивнул, соглашаясь и поддерживая своего друга.

- И это только часть моих вопросов, - продолжил отец Логорифмус. - А в общем мне кажется, что Темные земли от нас скрылись, или может быть...

- Что может быть?

- Может быть это затишье перед бурей, - закончил свою мысль отец Логорифмус. - Ты чувствуешь?

Отец Григорий неопределенно пожал плечами.

- Но и это подождет, - заключил Логорифмус. - Главное, что нам делать, чтобы люди не разбежались. Сила этих людей в единстве. Вроде бы и все хорошо, но личные тайны или это общественные тайны сильно меня тревожат. А еще знаешь, я видел маленьких человечков бегающих между повозок. И не думай, я же не пью.

- Я тоже видел, - признался отец Григорий.

- Значит, мы их оба видели, - откликнулся Логорифмус.

- Идеи есть?

- Если бы были, то я бы их уже изложил. А у тебя?

- И я тоже, - отец Григорий вернулся к своим бумагам. - Подумаем?

- Подумаем, - через минуту отозвался Логорифмус.

Думать им долго не пришлось, повозка налетела на камень, и отлетело колесо. Оба ученых-богослова полетели вверх тормашками. Ход каравана замедлился и вовсе остановился. Люди выбирались из повозок, охрана бдительно проверяла, не случилось ли нападения.

- Что у вас происходит? Почему остановились? - раздалось над повозками зычное директора.

Ответ дал эмоциональный отец Григорий.

- Уффх...., - это было единственное цензурное, что прозвучало в ответе такого приближенного к вере человека.

Глава 19. Отношения к отношениям

-- В отношении моего отношения к нему, то мое отношение к отношениям положительное.

-- Это, значит, да? - нахмурил брови священник.

-- Да, - согласилась новобрачная (риск-консультант).

Сентенус привык к обществу кота Болтуна - бывшего вольного барона Ульриха - за те два дня, которые провел в его обществе. Болтун отпускал множество гадких высказываний по поводу и без повода. Сентенус счел чем-то мистическим свое знакомство с ним, но больше он присматривать за котом не мог. Пришло время двигаться, а не просиживать штаны в кабинете. Отсюда следовал единственный вывод, кота надо было вернуть папе. Сентенус было решился приказать доставить загулявшего маэстро Льяму к нему, но потом решил не унижать папу принудительным приходом. Творческая личность может обидеться. Болтун категорически отказывался покидать Сентенуса и отправляться искать маэстро Льяму с кем-либо другим. "Погуляю", - оптимистично решил Сентенус. Но данными разведки все же воспользовался, узнал, где сейчас отец.

Вывеска была без одной буквы, а остальные висели вкривь и вкось: "Клубное кафе "ПОХ..АЛА". Сентенус постоял минуту, соображая, какая именно буква пропущена, а затем толкнул дверь. Болтун тащился за ним на цепочке и гнусно хихикал. Разумом Сентенус понимал, что коты не умеют гнусно хихикать, но действительность опровергала знания разума.

Густой туман всосал Сентенуса с котом в поэтическую атмосферу клубного кафе.

- Что за ...? - послышалось от человека, на ноги которого случайно наступил молодой человек.

- Простите, - извинился Сентенус.

Кот радостно укусил уже отдавленную ногу, а человек вынырнул из тумана, чтобы дать Сентенусу в глаз. Надо думать, что фингал получится отменный. От неожиданности подобного обращения в творческом месте, молодой человек растерялся, но кот проявил свою гадкую сущность, он еще раз укусил ногу. Второй удар Сентенус блокировал и благополучно ухватил драчливого субъекта за воротник. Субъект, оказавшийся бородатым чмом, воспользовался тактикой кота Болтуна. Он склонил голову и попытался укусить Сентенуса в руку.