Ольга Табоякова - Все дороги этого мира

Вечер скрашивался сиянием странных белых цветочков. "Что-то надо делать, чтобы не замерзнуть", - решил Сентенус. Он разжег костер посреди дороги, хотя еще не было темно. Ему надо было дождаться своего шанса. И, как это часто бывает, к людям, которые уверены в себе, приходит удача.

Сентенус услышал знакомый голос. Так говорил один парень с черными глазами, с которым Сентенус познакомился в одной милой заварушке. Тогда он явился, чтобы прихватить гадкого торговца чужими сновидениями, но его уже успел прибить один из обманутых клиентов. Голоса Сентенус различал безошибочно и узнал однажды услышанный голос. Сентенусу был симпатичен чернявый парень, но тогда судьба не дала им встретиться еще раз. Зато здесь на краю мира, она задумала пошутить. С другой стороны, Сентенус приободрился, один союзник в предстоящем общении с театральной труппой у него будет. Сейчас Сентенусу следовало подождать еще несколько минут. И, как всегда, это были очень-очень длинные минуты.

Посмотрев на огромных зверей с крыльями в неимоверном количестве круживших на горизонте и на остальное, что открылось его взгляду, Сентенуса озарило, зачем собственно последние три дня он изучал архитектуру больших и малых форм. "Ублюдочный колдун", - промелькнуло в его голове. "На что пойдет колдун, желая удовлетворить свою прихоть, даже оракул не отгадает. Верная пословица". Сентенус улыбнулся, разговор надо было начать с улыбки.

- Видишь костер впереди? - Инрих толкнул Хэсса в бок. - Парень какой-то.

- Ну, сидит кто-то, нет встал. На нас смотрит. Зрелище то невероятное, да и костер прямо на дороге разжег. Ненормальный какой-то, - Хэсс всмотрелся вдаль.

- Вот я и говорю, это очередные наши неприятности, - высказал свое пророческое мнение Инрих.

Хэсс не стал возражать, что еще больших неприятностей, чем несколько тысяч летучих кодров, почти столько же маленьких человечков, пять сотен больших сов, розыски наследника старого барона, наследство от Одольфо, предстоящие разборки с медальоном, абсолютно придурочный ученичок на шее и пропущенный фестиваль, просто не может быть никогда.

Но он так подумал и был не прав.

Конец половины истории.