Сергей Ким - Огнём и сталью

Вскоре все трое достигли конечной точки маршрута.

Оглядевшись по сторонам и убедившись, что никого поблизости нет, Квирелл достал из-за пазухи небольшую чёрно-золотую шкатулку и вручил её Гермионе, что-то тихонько пробормотав. Девочка молча открыла крышку, и из шкатулки полилась негромкая спокойная мелодия. Поттер сосредоточенно кивнул — да, всё верно, церберы легко засыпают от музыки…

Грейнджер одной рукой с натугой толкнула тяжёлую дверь, держа в другой шкатулку, а затем вошла внутрь. Спустя пару минут за ней последовал Квирелл, а ещё через десять минут к двери подкрался и Харальд. Осторожно заглянув внутрь он не увидел самого главного — крови и растерзанных тел. Вместо этого прямо посреди немаленькой комнаты развалилась огроменная трёхголовая зверюга, мирно посапывающая под мелодию, доносящуюся из стоящей около входа шкатулки. Правда, в исполнении цербера сопение казалось самым настоящим рыком… А ещё эта сволочь совершенно немилосердно воняла псиной.

Достав волшебную палочку, Поттер осторожно обошёл спящего монстра и направился к большой люку в полу около дальней стены.

Тяжёлая деревянная крышка с массивным металлическим кольцом была откинута в сторону, а из глубины провала доносилось какое-то непонятное шуршание.

Харальд знал, что снизу могли быть дьявольские силки — жалкое подобие дракены-Триффида. Но тоже малоприятное плотоядное растение, вообще-то… В очередной раз подивившись прозорливости отца-пророка, мальчик засветил на палочке магический огонёк и заглянул внутрь люка. Переведя свет палочки практически на полный максимум Поттер убедился, что догадка верна, и помещение внизу наполнено шевелящимися лианами розовато-фиолетового цвета. Причём оттуда, куда попадал свет «люмос-максимы» силки начинали довольно резво расползаться — всё-таки они были пещерными жителями и света не выносили. Почти как вампиры, хотя это их и не убивало…

Ухмыльнувшись, Харальд стянул с себя мантию-невидимку и спрятал её за пазухой, сжал покрепче одной рукой палочку, а во вторую взял зажигательный снаряд и, коротко выдохнув, шагнул в черноту провал.

Пролетев где-то пару метров, мальчик упал на что-то мягкое и шевелящееся, и едва не потерял равновесие. Столп света бил прямо над ним — в потолок, поэтому Поттер ощутил, как его руки и ноги пытаются опутать многочисленные живые верёвки. Коротко ругнувшись, Харальд крутанул палочкой над собой, очерчивая световой круг, и силки тут же отпрянули от него, но явно не оставляли попытки схватить столь привлекательную добычу…

Впрочем, явно не в силах какой-то травы, пусть и хищной, было захавать Поттера.

Одна за другой в темноту улетели две склянки с зажигательной смесью, разбрасывая вокруг себя брызги жидкого пламени, и теперь силки начали отползать от страшного пришельца почти что в самой настоящей панике. Всё-таки огня они боялись люто — как и любое живое существо, за исключением шизанутых пироманов-поджигателей.

А тем временем Харальд углядел выход и решительно двинулся к нему, продолжая полосовать пространство по обе стороны от себя потоком света. Чтобы никакой тяпнутой по стеблю настурции-переростку даже и в корень не пришло мысли напасть на Поттера.

За каменной аркой обнаружился длинный коридор, скупо освещённый магическими факелами, способными гореть многие недели и месяцы. Поворот, ещё один поворот, и Харальд вошёл в просторный круглый зал с высоким куполообразным потолком и льющимся из небольших окон высоко наверху потоками света. В противоположном конце помещения виднелась массивная деревянная дверь, обитая местами проржавевшим металлом.

Поттер, опасаясь возможных подвохов, осторожно подошёл к двери.

На стене над ней обнаружилась старая надпись «Будь ты неуспокоившийся дух, иль телом чьим-то завладевший, запомни — хода дальше для тебя не будет».

— Ловушка на злобных духов и им подобных… — пробормотал Харальд, рассматривая дверную ручку. — Занятненько…

Дверная ручка находилась прямо в глотке львиной головы, сделанной из тускло поблёскивающего металла. И у мальчика почему-то не возникло сомнений, что в случае чего данный элемент декора без проблем оттяпает ему руку…

Впрочем как раз ему бояться было нечего — ведь он же не дух и не одержим духом?

Поттер бестрепетно взялся за ручку и потянул на себя неожиданно легко открывшуюся дверь… А затем поспешно отдёрнул руку прочь, потому как стальной лев начал неторопливо, словно бы нехотя, сжимать челюсти.

— Что за…

Надпись на стене полыхнула алым, и дверь начала закрываться. Харальд лишь в самый последний момент успел проскочить внутрь.

— Уфф… — мальчик облегчённо вытер со лба выступивший пот. — Испортилась ваша охранная система… Все транзисторы уже проржавели — менять пора…

Впереди обнаружился ещё один коридор, скупо освещённый факелами. Поворот, ещё один, ещё… Вскоре Харальду пришло на ум, что будь тут вместо прямых ходов развилки и лабиринт — дело было бы худо. А так ещё ничего — терпимо…

Перед ещё одним поворотом Поттер начал постепенно сбавлять шаг, а затем и вовсе остановился, достал из-за пазухи мантию-невидимку и накинул её себе на плечи.

Где-то впереди раздавался громкий лязг и грохот.

— Теперь понятно, зачем тебе нужна была Герми, урод, — пробормотал Харальд, приваливаясь спиной к холодной каменной стене. — Здесь слишком многое было заточено на поимку именно злых духов и одержимых, а не просто людей… Ну, ничего — в таком случае я спокоен за Грейнджер, ведь она тебе очень нужна…

Минуты текли за минутами, Поттер уже устал стоять и опустился на корточки, а лязг и грохот всё не думали прекращаться.

— Это могут быть волшебные шахматы… — буркнул мальчик, проверяя насколько удобно выходят из кобур пистолет и кинжал. — А могут и не быть…

Лишь спустя примерно час шум впереди исчез, а затем, выждав ещё десяток минут для верности, вперёд двинулся и Харальд.

Завернув за угол и пройдя по коридору метров двадцать, Поттер вышел в большой просторный и хорошо освещённый зал… Пол которого был расчерчен подобно громадной чёрно-белой шахматной доске, а всё вокруг устилали куски тяжёлых воронёных и посеребрённых готических доспехов и разнообразное холодное оружие. Целыми были лишь полдюжины фигур — коленопреклонённый высокий рыцарь с пышным плюмажём в воронёных доспехах, склонивший голову и протягивающий на ладонях тяжёлый меч-бастард. Неподалёку от него стоял такой же рыцарь, но в светло-серебристых доспехах и держащий клинок в руках. Рядом находился ещё один воин в нереально-толстых латах и с огромным молотом, а чуть поодаль стояла тройка солдат с копьями, треугольными щитам, в шлемах-саладах и серебристых кольчугах.