Татьяна Богатырева - Гильдия темных ткачей

На миг Ристане показалось, что пол покачнулся. Дуо? Это вот недоразумение — той же категории, что Бастерхази?! И три стихии. Проклятье.

— Сожалею, но Конвент не может дать благоприятного прогноза относительно будущей окраски дара, — с притворной скорбью продолжал Дукрист.

Сестра что-то отвечала, и отец говорил что-то значительное и подобающее случаю. Но Ристана уже услышала все, что хотела. Лерма не получит Валанты! И Дукристу ничего не светит. Пусть один кон он взял, зато Ристана выиграет партию. Рональд теперь не получит девчонку — значит, придется ему её убить. И снова единственным ключом к власти будет она, Ристана.

До окончания обеда Ристана была мила, покладиста и скромна. Настолько мила, что супруг забеспокоился и вызвался проводить её до покоев. Но поздно. Давно прошло то время, когда она была готова позабыть все на свете, лишь бы вернуть того Ниля. А сейчас — сейчас ей казалось, что тот Ниль приснился ей прекрасным солнечным утром, а на самом деле первый советник Адан не более чем хладнокровный зануда и лицемер, как и все прочие.

— Благодарю, но не стоит, дорогой. У меня дела, — отмела Ристана лживый намек на мир и отправилась в Рассветную башню, будить Бастерхази: хватит ему грезить о сумрачной принцессе, детях-магах и Валанте.

Шуалейда шера Суардис

Шуалейда еле дождалась конца семейного обеда и последующего разговора с отцом. Как оказалось, Дукрист невесть когда успел заручиться его согласием на всё, вплоть до газетных статей о скандальной любви императорского бастарда и сумрачной принцессы — резонов своих отец не объяснял, но призрак брака с принцем Лермой и последующей смены династии в Валанте слишком давно висел над Риль Суардисом, чтобы надо было что-то объяснять. Зато, когда Дайм подтвердил — уже в кабинете, где отец устроил им небольшой допрос — что берет Шуалейду в ученицы, она чуть не взлетела от радости. О таком подарке она и мечтать не смела.

За обедом, когда король заявил, что рад ее выбору, она испугалась: а вдруг Дайм скажет, что ничего подобного? Зачем ему еще и ученица? Но Дайм, казалось, обрадовался возможности официально объявить о своих обязательствах. И там же, в кабинете отца, они обменялись клятвами. О, если бы то были другие клятвы! Но об этом Шу запретила себе думать. Учитель и ученица — связь не менее крепкая, чем супружеская. И этого достаточно. Пока.

Она не помнила, как закончился разговор с отцом, как возвращалась к себе. Ею владело бурлящее, щекотное чувство, что жизнь снова переменилась — который раз за последние дни! Но в этот раз определенно к лучшему.

Все к лучшему! — хотелось петь и танцевать, будто она съела пыльцу циль. Хотелось убежать в Фельта Сейе и целоваться с Даймом. При воспоминании о прошлом вечере петь и танцевать хотелось еще сильнее. И совсем не хотелось думать о Линзе.

Но, увы, вместо таинственного леса и нежных рук любимого этим вечером её ждала лишь собственная комната и стопки книг. А завтра…

— Утром гномы доставят мраморный круг. На второй этаж, дальше они ни за какие деньги не пойдут, — расхаживая по комнатке, объяснял диспозицию Дайм. — Сразу после этого Его Величество вызовет Бастерхази, и мы продержим его, сколько понадобится.

Шу слушала, кивала, уточняла — и смотрела на него. На узкие кисти, длинные подвижные пальцы: Дайм сопровождал слова резкими жестами. На густые брови — складка на лбу выдавала его беспокойство не хуже металлического отблеска ауры. На губы, жесткие и нежные одновременно — так хотелось коснуться их, убедиться, что пьяный вкус поцелуя не пригрезился…

— Шу, что ты творишь, ради Светлой! — Оборвав речь на полуслове, Дайм повернулся к ней, взглянул прямо в глаза. — Подожди до завтра. Прошу тебя.

Он подошел почти вплотную, протянул руку, но остановил в волосе от её щеки.

Лишь отзвук вчерашней боли — но Шу хватило, чтобы опомниться и устыдиться.

— В башне тебе не понадобится защитное заклинание. — Дайм жарко улыбнулся, опуская руку. — И, раз уж теперь я твой учитель…

От недоговоренного обещания по телу Шу прошла горячая волна, закружилась голова и участилось дыхание. Завтра! Ради этого завтра она свернет горы!

Глава 21

Баньши

…буде же нарушит Мастер Ткач закон Хисса, не судить его другим Мастерам, а испросить совета у настоятеля Алью Хисс, ибо его голосом говорит сам Брат.

Закон Гильдии ТкачейКелм бие Кройце, Волчок

435 год, 5 день Каштана, Суард.

— Хватит, — раздался голос Мастера.

Он остановил тренировку ровно в тот миг, как Ласка в пятнадцатый раз за утро «убил» Волчка. Все шестеро учеников, как один, обернулись. Волчок глянул на небо: девять, на час раньше, чем обычно.

— Завтракайте и выметайтесь в город. Вы должны вести жизнь обыкновенных горожан. Гуляйте, веселитесь — но чтоб через полчаса вас тут не было. И не появляйтесь до заката.

— Да, Наставник, — отозвались все шестеро: руки сложены лодочкой перед грудью, поклон, взгляд в пол.

Когда Волчок поднял взгляд, на заднем крыльце уже никого не было.

— Ну, раз Наставник велел гулять, — многозначительно протянул Ласка и подмигнул Волчку. — Пошли к Лотти, боец, заслужил.

— Молодец, Волчок, — снисходительно кивнул Угорь. — Сегодня я угощаю. Пышечками.

Волчок еле подавил дрожь: в глазах что Угря, что Ласки читалось злое веселье. Решились. Шис их забери, они все же решились.

— Эй, Свисток, — позвал Ласка.

Сын Мастера обернулся с крыльца.

— Пошли с нами. Пропустим по кружечке!

— Не сегодня. — Свисток отвернулся и исчез в доме.

— А, не достойны, — насмешливо пробурчал Ласка. — Нам же больше достанется!

Про самых младших, собиравших по саду ножи, звездочки, деревянные мечи и прочие следы тренировки, Угорь с Лаской забыли. Как всегда. Впрочем, Игла и Простак предпочитали развлекаться поодиночке.

— К шису завтрак, — неправдоподобно радостно заявил Угорь. — Последние дни праздника, а мы время теряем. Бегом, Волчок, пышечки заждались!

Волчок кивнул и помчался переодеваться. По дороге заглянул на кухню: Фаина уже расставляла тарелки, а Орис, раздетый до пояса, вытирался полотенцем и рассказывал что-то о гитарах и менестрелях.

— На меня, Ласку и Угря не надо. Поедим в городе.

Фаина оделила его равнодушной улыбкой и кивнула.

«Тьфу, чтоб вас, — думал Волчок, поднимаясь на второй этаж, обливаясь из кувшина и натягивая праздничную рубаху с синим кантом. — Ненавижу. Всю вашу Гильдию ненавижу. Нашли себе мелкую карту на размен, забери вас Хисс!»

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});