Дмитрий Распопов - Клинок выковывается

– Мальчишка и его телохранители, говоришь? – задумчиво протянул мужчина, стоявший ко мне спиной. – Что еще ты про него узнала?

– Алан, прошу, не бери на него заказ. – Агнесса прильнула к мужчине. Когда я увидел, как их головы склонились друг к другу, меня с ног до головы окатила волна дикой ярости. – Я так боюсь за тебя!

– Ты же легко можешь его отравить, сама говорила, что он ест у тебя, не проверяя кушанья, – задумчиво ответил мужчина, оторвавшись от поцелуя.

– Нет!!! Ты что, Алан!! – истерично вскрикнула она. – Я никогда не посмею, я боюсь! Вспомни трактир, с какой жестокостью и хладнокровием они перерезали там всех, прямо как скот на бойне!

– Ладно, я сам разберусь, – его голос был полон презрения, – ты всегда была трусихой. Мною он не интересовался?

– Он мне вообще ничего не рассказывает и ни о чем не спрашивает. – Агнесса опять прильнула к нему.

– Ладно, попытайся выведать, что он сегодня-завтра планирует делать, – голос мужчины стал категоричен, – и где хранит деньги. Заказ заказом, а деньги лишними никогда не бывают.

– Хорошо, любимый, я постараюсь. – Женщина попыталась его поцеловать, но мужчина уклонился.

– Мне пора, Агнесса, буду ждать от тебя вестей.

– Хорошо, я пришлю девушку, как обычно.

Незнакомец направился в глубь сада, туда, где выхода, по идее, не было.

«Нам есть о чем с тобой поговорить, родной, – мои губы растянулись в дьявольской ухмылке, – о многом надо поговорить». Я поднялся с земли и скользнул за ним. Дождавшись, когда негодяй подойдет к ограде, заросшей вьющимся плющом, и нагнется, чтобы открыть невидимую калитку, я в два шага подскочил к нему и ударом каменной плитки, выдранной из дорожки перед домом, отправил в нокаут. Мужик пустым мешком рухнул на землю. Я осмотрелся по сторонам, ничего подозрительного не увидел и не услышал, поэтому, подхватив бесчувственное тело под мышки, отволок его в дальний угол сада. Проверив пульс, я забежал в дом прислуги и утащил одну из скатертей.

Когда я вернулся, там откуда-то уже появился Загиял, переводивший недоуменный взгляд с меня на валявшуюся на земле бесчувственную тушку. Раздирая скатерть на полосы, я быстро пересказал шаману содержание подслушанного разговора. Брови шамана немного поднялись, и он принялся помогать мне связывать мужика.

– Рон где?

– Одежду повез в чистку, как обычно.

– Далеко?

– Не очень, скоро должен вернуться.

Мы обменивались скупыми фразами, затянули все узлы и под конец запихнули в рот неизвестному кляп. Вскоре тот стал похож на гусеницу, которая решила окуклиться.

– Рон вернулся, – шаман показал мне глазами в сторону дома. – Веди его сюда, я посторожу, кажется, он уже приходит в себя.

Я кивнул и побежал к дому. «Нужно побыстрее вывозить отсюда этого типа, – метались в голове мысли, – уже светает, и в саду нельзя будет так спокойно действовать».

С нубийцем я встретился на полпути. Не найдя шамана на месте, Рон сразу же отправился на поиски и столкнулся со мной на выходе из дома прислуги. Приложив палец к губам, я помчался обратно. Озадаченный Рон последовал за мной.

– Рон, нужна карета, и быстро, – закончил я краткое повествование, теперь уже для негра. – На карету мало кто обратит внимание, к тому же пленника можно пристроить на полу незаметно. Тем более что из сада есть потайной выход.

Я показал рукой на кусты ограды.

– Рано еще, но попробую, – тут же отозвался негр и скрылся в указанном направлении.

– Пришел в себя, – сообщил шаман, показав мне на мужика.

Тот, услышав эти слова, сразу повернул к нам голову. При виде меня и Загияла его глаза сначала расширились, а затем зажглись бешенством. Он дернулся всем телом, но не смог даже пошевелиться.

– Спокойнее, – тихо сказал я ему, – а то придется повторить прием «камень по голове».

Мужик сразу притих, только яростно сверкал на нас глазами.

Рон отсутствовал уже двадцать минут, и я стал порядком волноваться, поскольку улицы оживали, а когда я в очередной раз высунулся из-за забора, чтобы проверить, приехал ли он, то увидел, что из некоторых соседних домов начали потихоньку появляться люди, направляющиеся по своим утренним делам.

Наконец шаман ткнул пальцем в сторону той части ограды, где находилась потайная калитка. Там показался Рон и быстро замахал нам рукой. Подхватив тяжеленного мужика, мы с шаманом потащили его к лазу. Вплотную к нему, на тихой, заканчивавшейся тупиком – что обеспечивало отсутствие движения – улице стояла наемная карета.

Пристроив замотанного в путы пленника между сиденьями, Рон влез на козлы, а мы с шаманом уселись внутри, уперев ноги в лежащий на полу тюк. Карета тихо тронулась и неспешно поехала. Я не стал интересоваться направлением движения, так как Рон лучше меня знал, где можно было бы спокойно поговорить с пленником.

Теперь, когда волнение от стычки улеглось, я погрузился в раздумья, соображая, кого винить в случившемся – наивного себя или Агнессу. «Актриса она, конечно, замечательная», – текли мрачные, но какие-то вялые мысли, в полном контрасте с бушевавшим в груди ураганом чувств. Уже во второй раз меня бросали женщины, которые мне очень нравились, причем так, что и тогда, и сейчас на душе было так погано, хоть вой.

Гадко было чувствовать, что тобой воспользовались, хотя никаких, даже малейших поводов к этому ты не давал.

«Она говорила ему «любимый», значит, они давно знакомы», – продолжал тупо размышлять я, когда почувствовал, что карета съехала с каменной мостовой на немощеную дорогу. Выглянув в окно, я увидел, что мы покинули город и движемся к расположенной неподалеку деревне, за которой начинался лес.

«Ведь спала со мной, ласкала и что? Все потому, что ее любимый попросил добыть информацию!» – я старательно сдерживал себя, чтобы не пнуть лежащего пленника, злость просто клокотала во мне.

«Сатти хоть из страха спала, а эта тварь по расчету». – Настроение мое портилось с каждой секундой, а пленник, поймав мой взгляд, с вызовом уставился на меня.

Наконец карета остановилась, и я увидел, что мы съехали с дороги в лес, скрывшись в густом кустарнике. Дверца экипажа открылась, и нубиец быстро сказал:

– Тащите его на поляну, тут неподалеку, а я пока карету спрячу да лошадям корм задам.

Поляна действительно оказалась совсем рядом, метрах в ста, и, свалив пленника на траву, я присел на поваленное бревно, весьма кстати оказавшееся в самом ее центре.

Шаман подошел к мужику, вынул кляп, а затем присоединился ко мне. Мы сидели и в ожидании Рона играли с молча скалившимся на нас пленником в гляделки. Вскоре появился нубиец и уселся на бревно рядом со мной.

– Ну что ж, давай знакомиться… – Я сделал тяжелую паузу, – Алан.