В поисках солнца (СИ) - Мария Дмитриевна Берестова

— Ты представляешь! Сульфат меди у них, видите ли, яд! — с язвительными фамильными интонациями она продолжила: — Да всё на свете — яд, если неправильно применять!

Посторонившись, она пропустила его внутрь и закрыла дверь.

В лаборатории, вопреки заверениям Фарсэна, присутствовала лишь одна юная студентка. Появление Райтэна её явно смутило. Она слегка покраснела, но продолжила спор:

— Есть вещи, которые не могут быть ядом!

Хмыкнув, Кайтэнь сложила руки на груди, выгнула бровь и заинтересовалась:

— Например?

Вся её поза изображала собой вызов, но противница не смутилась и сразу нашлась с ответом:

— Вода! — торжествующие заявила она.

Райтэн чуть слышно хмыкнул: даже его знаний хватало, чтобы опровергнуть это утверждение.

Впрочем, реакция сестры его не разочаровала. Со смешком она ответила:

— Достаточно шести литров, Руби, и ты труп. Причём это будет довольно мучительная смерть!

На лице студентки застыло недоумение. Уже с меньшим азартом она переспросила:

— Но разве человек способен выпить шесть литров?

Прежде, чем Кайтэнь ответила, вмешался Райтэн:

— Не сам. Но как минимум в Джотанде такой вид пыток практиковался.

Студентка перевела на него удивлённый взгляд.

— Мой старший брат, Райтэн, — вмешалась Кайтэнь. — Руби, — коротко представила она.

Райтэн изобразил лицом гримаску, которую следовало расшифровать как «весьма приятно!», Руби же принялась с любопытством его рассматривать — была наслышана.

Кайтэнь вернулась к лабораторному столу и загромыхала там какой-то посудой. Оглядев царство её опытов, Райтэн заметил:

— Совсем не так зрелищно, как кажется с твоих слов.

На лице резко обернувшейся Кайтэнь читалась откровенная досада; она недовольно прищурилась, затем независимо хмыкнула, поймала взгляд Руби, едва заметно ей кивнула и отвернулась к своим баночкам. Пожав плечами, ответила:

— Главное эффективность, а не эффектность.

Райтэн сделал пару шагов к ней, чтобы получше разглядеть какие-то растворы.

— Подержи-ка, — незамедлительно озадачила его Кайтэнь, всунув в руку широкую кружку.

Тот не успел возмутиться по поводу того, в каком это месте он похож на подставку, как проходящая мимо Руби уверенным движением что-то в эту кружку подбросила.

Раствор незамедлительно вспенился насыщенным синим цветом.

— Тэ-энь, — напряжённо привлёк внимание сестры Райтэн, с опаской косясь на бурлящую в его руке кружку.

— Что-что? — невинно отозвалась та.

Выгнув бровь, Райтэн уточнил:

— Я хотя бы не взорвусь?

Девчонки дружно рассмеялись.

— Не взорвёшься! — заверила Тэнь, а после задумчиво добавила: — Только отравишься.

Райтэн опасливо поставил кружку на стол. Та продолжала бурлить.

— Но это если глотнуть! — поспешно успокоила Райтэна Руби.

— Зато зрелищно! — в ответ на кислое лицо брата пропела Тэнь.

После, отставив злополучную кружку, бурление в которой значительно утихло, она достала свои рабочие блокноты и принялась живо объяснять, что работает над новым антисептиком на основе меди.

— Как можно применять для этих целей средство против ржавчины! — продолжала попутно бурчать Руби.

— Если правильно подобрать пропорции, то он совершенно безопасен для наружного применения! — горячилась в ответ Кайтэнь.

Райтэн решил вмешаться в разговор, поскольку последнее возражение его заинтересовало:

— Против ржавчины? — переспросил он с живым любопытством. — А против коррозии сойдёт?

Обе девушки посмотрели на него как на идиота.

— Тебе, братец, пригодится разве что крыс травить, — наконец, снизошла до предложений Тэнь, после чего патетично отметила: — Мы тут думаем, как людей от болезней спасать, а не как корабли строить!

— Куда уж нам, убогим! — приложив руку к сердцу, слегка поклонился Райтэн.

Руби растеряно попереводила взгляд с брата на сестру, потом робко заметила:

— Вообще-то… — и, совсем смешавшись под обращёнными к ней взглядами, добавила: — Если для кораблей — то, может, защита древесины от гниения?

Кайтэнь открыла было рот, чтобы что-то возразить, потом закрыла, затем торопливо прошествовала к шкафу у входа и принялась там копаться в книгах.

…когда в лабораторию явился профессор, все трое уже увлечённо обсуждали возможность пропитки досок водным раствором сульфата меди. В нерастворённом виде, как полагала Кайтэнь, дело и впрямь было бы чревато отравлениями.

Уловив суть идеи, профессор незамедлительно ушёл в расчёты, и на некоторое время они с Кайтэнь оказались потеряны для мира: во всяком случае, ни Райтэн, ни даже Руби не могли понять и половины произносимых слов.

К чему они пришли в этой дискуссии, так и осталось непонятным, но, на минуту отвлекшись, чтобы сходить за каким-то из своих лабораторных журналов, профессор вдруг заметил позабытую кружку. В ней, правда, уже ничего не бурлило, но синий осадок привлёк его внимание.

Нахмурившись, он обернулся к Кайтэнь и уже далеко не таким дружелюбным тоном поинтересовался:

— А это ещё что, лаборант Тогнар?

К недоумению Райтэна, Тэнь, которая всё время разговора вела себя весьма уверенно, неожиданно сдулась, побледнела и голосом весьма жалким назвала те элементы, которые легли в основу этого трюка.

Лицо профессора отобразило сперва удивление, потом недовольство, и, наконец, с разочарованной горечью с голосе он произнёс:

— Лаборатория не место для фокусов, и мне казалось, что уж вы-то это хорошо понимаете.

Лицо Тэнь пошло красными пятнами стыда; Руби тоже выглядела напуганной. Лаборатория, определённо, не была тем местом, где дозволялись какие-то игры и розыгрыши, и ни одна из девушек не хотела потерять доступ в это место из-за минутного приступа дурашливости.

— Простите, профессор Линар, — пробормотала Тэнь, глядя куда угодно, но не на профессора — так мучило её недовольство и разочарование на его лице.

Осознав, что сестра попала в серьёзную передрягу, Райтэн сделал шаг вперёд, кашлянул и заявил:

— Это я попросил показать мне… что-нибудь интересное.

В обращённом на Райтэна взгляде профессора мелькнули тёплые искорки, но потупившаяся Тэнь, определённо, этого не заметила.

— Давай-давай, выгораживай их! — прибавив суровости в голос, хмыкнул профессор. — Они тебя так и отравят!

— Да ладно, это же безобидный фокус! — не выдержала напряжения Руби, но, наткнувшись на предупреждающий взгляд химика, тут же поправилась: — Ну, то есть, простите, профессор, больше не будем!

Тот закатил глаза к потолку, затем мягко обратился к Тэнь:

— А если бы он это пролил?

— Но оно же и вправду не ядовито!.. — принялась оправдываться она, подняла глаза и поняла, что проговорилась. — Ой…

— Ой, — передразнил её профессор. — Мне думается, будь Айт более нервным, загваздили бы всё вокруг.

Тэнь выглядела совершенно несчастной.

— Ты освободился? — решил перевести тему Райтэн, поворачиваясь к другу. — Мне нужны твои мозги!

— Всегда к твоим услугам! — стукнул он себя двумя пальцами по лбу и направился на выход.

Райтэн вышел первым, поэтому не заметил, как в дверях Кайтэнь догнала профессора и, удержав его за руку, ещё раз сказала:

— Простите…

Он осторожно сжал её ладонь, чуть наклонился к ней и мягко попросил:

— Больше без таких фокусов, хорошо?

Она несмело улыбнулась