Деннис МакКирнан - Галера чёрного мага

Разведчики вслед за Джиннарин вошли в проход. Коридор повернул немного налево, затем вновь направо, и они очутились в просторной комнате, в которой стоял резкий, неприятный запах. На полу были разбросаны огромные соломенные тюфяки.

— Тролли! — чуть дыша, выговорил Брекка. Лицо его помрачнело. — Это спальня троллей.

Джиннарин задрожала. Она никогда не видела троллей но слышала о них достаточно. Огромные — двенадцать—четырнадцать футов ростом, с неимоверной силой и беспредельной выносливостью. Похожи на гоблинов, но только намного более тупоумные. У них острые зубы, уши похожи на крылья летучей мыши, красные глаза и зеленоватая, твердая как камень кожа.

— Сосчитаем постели, — прошипел Докан, прерывая размышления Джиннарин.

Они быстро обошли комнату.

— Двадцать восемь, — сказал Докан. У Брекки и Джиннарин получилось столько же.

— Я не вижу других входов и выходов, — заметил Брекка.

— Только тот, по которому мы пришли, — согласился Докан.

— Пошли, — заторопилась Джиннарин. Они быстро вернулись в главный коридор.

— Спальня троллей на двадцать восемь мест, — сообщил Докан.

— О боги! — воскликнул Бокар. — Двадцать восемь? — Командир встревоженно посмотрел на Аравана. — Нам не справиться с таким неприятелем, капитан. Не легко победить даже одного тролля.

Араван дотронулся до амулета:

— Будем надеяться, что мы пришли в самое логово Дарлока и где—то здесь находится зло, которое мы должны отыскать и уничтожить.

Небольшой клубок тени добавил:

— Здесь же должен лежать и ключ к тайне Фаррикса. Бокар вновь нахмурился. Повернувшись к Докану, Брек—ке и Джиннарин, он тихо проговорил:

— Ну что же, пошли тогда вперед.

Они прошли еще сотню футов и оказались возле резко уходящей влево очередной развилки.

Эйлис снова произнесла заклинание и не обнаружила никаких признаков разумных существ. Далее по проходу они обнаружили еще две спальни. Одну занимали шестнадцать рюкков, другую — четверо хлоков. Джиннарин припоминала, что рассказывал Фаррикс про этих похожих на гоблинов чудовищ.

Рюкки — кривоногие, с ушами, похожими на крылья летучей мыши, с острыми зубами, от четырех до пяти футов ростом, с гладкой кожей и желтыми глазами. Хлоки — похожи на рюкков, но выше ростом, с прямыми конечностями. Как и тролли, эти создания пришли из Неддры. Неумелые рюкки и искусные хлоки также были созданиями Гифона.

Основной коридор продолжал понемногу уходить направо, шум прибоя со стороны океана постепенно ослабевал. Амулет Аравана становился все холоднее, указывая, что они приближаются к опасности.

Они прошли еще чуть более четырехсот футов и вновь оказались на развилке, причем какой из туннелей главный — сказать было трудно. Бледный синеватый свет сочился из левого.

— Дай мне твой камень, — сказала Эйлис Аравану и, закрыв глаза, прошептала: — Unde? — Эйлис медленно поворачивалась, пока не оказалась лицом к левому коридору. Открыв глаза, она вернула амулет Аравану. — Холод идет отсюда.

— А что с правым проходом? — тихо спросил Бокар. — Не хотелось бы соваться в лапы врагов, не зная, что за спиной.

Эйлис встала лицом к правому туннелю:

— Patefас vitam patibilem? — затем тряхнула головой. — Никаких разумных существ, командир.

Командир повернулся к Аравану, Брекке, Докану и Джиннарин и жестом указал на левый коридор:

— Ну что же, пойдем посмотрим, какое зло определил твой камень, капитан.

Они молча вошли в туннель, шум океана в темноте за их спинами был почти не слышен. Вскоре они очутились в большом помещении, заполненном корзинами, тюками, бочками.

— Припасы, — прошипел Брекка.

Пройдя еще сотню футов, они оказались перед комнатой, из которой струился синий свет. Брекка остановил их за несколько шагов:

— Будьте осторожны, это не дневной свет и не свет фонаря, но что—то совсем другое.

— Похоже на магический свет, который умеет зажигать Эльмар, — прошептала Джиннарин.

Тихий голос прозвучал за их спинами — это неслышно к ним присоединился Араван.

— Берегитесь. Мой камень превратился в лед. Думаю, здесь нас и поджидает опасность.

Араван взглянул на Эйлис и жестом указал на комнату, из которой продолжало исходить сияние.

— Patefac vitam patibilem?.. Осторожно, внутри разумная жизнь, — прошептала провидица спустя несколько мгновений.

— Понятно, — откликнулась Джиннарин, и клубок тени переместился ко входу.

С сильно бьющимся сердцем Джиннарин продвигалась вперед, когда же она достигла порога, у нее от удивления перехватило дыхание. Потолок и стены комнаты были выложены шестигранными кристаллами шириной около фута и примерно в ярд длиной. Пол также был прозрачным, и всю комнату наполняло синеватое призрачное сияние.

Рукс продвинулся немного вперед, и взгляду Джиннарин открылся рунический знак. Его очертания были врезаны в пол и производили ошеломляющее впечатление, как будто знак непристойно извивался, хотя он был и врезан в твердый кристалл.

Рукс сделал пару шагов, и Джиннарин разглядела еще множество рунических знаков. Письмена казались злобными в самой своей форме.

Джиннарин оглянулась через плечо. За ее спиной стояли Бокар, Докан и Брекка, остальные находились чуть поодаль. С бьющимся сердцем Джиннарин отвернулась и понудила Рукса двигаться дальше.

Комната оказалась огромной, круглой, около двухсот футов в поперечнике, и выстланной большими сверкающими кристаллами. Грубо отесанный пол представлял собой неглубокую впадину, и в центре комнаты на помосте или алтаре лежал…

— Фаррикс! — пронзительным голосом вскрикнула Джиннарин, отбросила от себя тень и ринулась к своему возлюбленному.

Глава 29

Хрустальная комната

ВЕСНА, 1Е9575

— Крак! — выругался Бокар, подойдя следом за Джиннарин к дверному проему.

Докан и Брекка следовали за ним по пятам с арбалетами наготове. Ворвавшись в хрустальную комнату, гномы быстро рассредоточились, бросая острые взгляды по сторонам в поисках неприятеля. Затем Докан бросился к центральному помосту, где находились пикса с Руксом. Руке уже вскочил на помост, представляющий собой большой кристаллический блок.

Джиннарин спрыгнула с лиса и опустилась на колени рядом с Фарриксом. Фаррикс лежал, не двигаясь, на спине, грудь его не шевелилась, признаков дыхания не было. Страх наполнил душу Джиннарин, она прижала ухо к груди Фар—рикса, пытаясь различить биение его сердца. Увы! Откинувшись на коленях назад, она подняла лицо к потолку и еле слышно запричитала, от горя ее лицо исказилось до неузнаваемости. Рукс тихонько подвывал ей и, не зная, чем помочь хозяйке, обнажал зубы и рычал, когда кто—либо подходил ближе.