Рэйя - Первое мгновение вечности

— А, я и забыл, — скучающе протянул Гарри, — ты же хочешь завоевать мир.

— Именно! А для этого нужно очень много знать, — Том победно улыбался.

— Да, но как ты планируешь заниматься? — вздохнул Поттер, как бы он ни хотел это признавать, но в одном его друг был прав — если его пытались убить однажды, то попытаются снова.

— Я все продумал, — энергично заговорил Арчер, — летом мы будем заниматься по этому самоучителю, — он ткнул пальцем в тетрадь, которую Гарри продолжал держать в руках. — Ну и я составил небольшой список литературы. Конечно, пользоваться волшебными палочками на каникулах мы не сможем, но будем хотя бы просто разучивать заклинания, а когда вернемся в школу, найдем подходящую аудиторию, где будем практиковаться.

— Ты что, предлагаешь все лето учиться? — жалобно простонал Поттер.

— О, поверь мне, скучно не будет, — Арчер широко ухмыльнулся и достал из сумки учебник «Искусство Анимагии». — Мы очень много узнаем за лето, — он заговорчески улыбнулся, и Поттер не мог не улыбнуться в ответ.

Идея пришлась ему по душе.

— Осталось только сдать экзамены, — заключил он, Том пожал плечами:

— Ну, с этим мы как‑нибудь справимся.

Не успев начаться, закончился и апрель, а за ним пришел май. Этот месяц был особенно важным не только из‑за финальных экзаменов, но и потому что именно в мае проходили два последних матча по квиддичу, после чего определялся факультет победитель.

В связи с предстоящими событиями, Флинт окончательно озверел, гоняя свою команду без жалости и сострадания. Две предыдущие игры окончились победой Слизерина, но наравне с ними лидировал и Рейвенкло, что сделало тренировки просто невыносимыми. Маркус так дотошно следил за сном, питанием и здоровьем своих игроков, что буквально проходу никому не давал. Особенно доставалось Гарри, которому за этот учебный год довелось побывать в больничном крыле рекордное количество раз. Пользуясь своим особым положением старосты факультета, Флинт составил для него индивидуальное расписание, по которому тот должен был есть, пить, спать и дышать в строго установленные часы, а любое нарушение распорядка каралось занудной получасовой лекцией на тему того, что Поттер совершенно не в состоянии придерживаться правил и следить за собственным здоровьем. Любые аргументы вроде подготовки к экзаменам, отсутствия аппетита или бессонницы не принимались, и стоило Гарри показаться на глаза капитану, как тот тут же принимался придирчиво осматривать его не предмет любых признаков недомогания или усталости. В итоге Поттеру так надоел этот тотальный контроль, что он страшно разругался с Маркусом вплоть до угрозы немедленно покинуть команду, если тот от него не отстанет. Флинт, не привыкший к подобному нарушению субординации, тоже не остался в долгу, пригрозив первокурснику страшными муками ада, если тот сейчас же не подчинится. Впервые за долгое время в гостиной Слизерина ТАК кричали, что на шум прилетел даже индифферентный ко всему Кровавый Барон — факультетский призрак, но присутствующие при ссоре ученики даже не заметили его, впрочем, как и прибывшего следом за Бароном Снейпа. Оценив ситуацию, профессор мигом угомонил скандалистов парой лаконичных указаний:

— Флинт, ко мне в кабинет, живо! Поттер, жду вас сегодня на отработке в семь, и только попробуйте опоздать.

Конфликт тут же сошел на нет, но отношения капитана и ловца так и остались натянутыми, вплоть до самого матча, на котором Гарри от старосты достались лишь пара резких фраз и тонна колючих взглядов. Остальные игроки, привыкшие к поведению своего капитана, на ситуацию смотрели спокойно и даже с юмором, поэтому никто особо не беспокоился.

— Не злись, Поттер, — вратарь слизеринской команды Джулиан Блетчли со смешком хлопнул мальчика по плечу, — когда дело касается Кубка по квиддичу, Маркус слетает с катушек, постарайся просто не обращать на него внимания.

— Это немного проблематично, учитывая то, что Флинт решил стать моей тенью, — вяло огрызнулся Поттер.

— Просто ты у нас в этом году дважды чуть не умер, вот он и волнуется, — миролюбиво заметил Джулиан.

— То есть, если после матча я вдруг решу свернуть себе шею, то Флинт и не заметит? — с надеждой уточнил Мальчик–который–уже–и-не–надеялся–выжить.

— Думаю, да, — Блетчли хмыкнул, — но когда он узнает об этом перед новой игрой сезона, он воскресит тебя и сам придушит.

— Заманчивые перспективы, — Поттер взял свою метлу и вздохнул.

— Ты привыкнешь, — успокоил его вратарь.

— Этого я и боюсь, — вполголоса признался мальчик, Джулиан сделал вид, что не услышал.

— Идем, скоро наш выход, — он подтолкнул опечаленного своей судьбой первокурсника и вместе они присоединились к остальным игрокам, каждый из которых посчитал своим долгом как‑то подбодрить приунывшего ловца. Учитывая специфику слизеринского чувства юмора, на поле Гарри вылетел чертовски обозленным на всех и вся, как результат, играл он импульсивно и ожесточенно, чуть не сбив с метлы ловца команды соперников. В этом году кубок выиграла Слизеринская команда, и в связи с этим, Гарри был великодушно прощен капитаном, после чего его чуть не задушили в объятиях остальные слизеринцы. Празднование победы длилось почти до полуночи, пока в гостиную не нагрянул Снейп с очередной порцией ядовитых реплик и угроз.

Уже забравшись в постель, Поттер прокручивал в голове события минувших недель и думал о том, что он почти счастлив: «И Мерлин с ним, с Флинтом и его одержимостью, в конце концов, он просто фанат своего дела». Сделав это заключение, Гарри забылся крепким здоровым сном, не думая о том, что до конца учебного года осталось совсем чуть–чуть.

Глава 16. До встречи на Тисовой улице.

Северус Снейп как раз перешел от мысленного перечисления пятидесяти пунктов приготовления второго этапа зелья Игнис[5] к восьмидесяти пунктам завершающего этапа, когда Дамблдор, наконец, закончил педсовет. Зельевар подавил зевок, собрание деканов факультетов было самым скучным мероприятием года, и профессор никак не мог взять в толк, какой же от этого смысл. Как правило, деканы и директор собирались в учительской, где часами обсуждали итоги года, подсчитывали количество набранных факультетами баллов, сплетничали об учениках и хвастались своими отличниками. Ежегодный ритуал всегда заканчивался поздравлениями в адрес декана факультета–победителя, коим в этом году, наконец‑то, стал Гриффиндор, до этого всем назло пальму первенства держал Слизерин. Снейп в обмене любезностями не участвовал, но когда в учительской не осталось никого, кроме директора, МакГонагалл и самого Северуса, декан змеиного факультета, язвительно глянул на свою коллегу.