Раймонд Фэйст - Предательство в Крондоре

У Оуина не было других предложений, и он согласился. Они плелись по каменистой почве, усеянной обломками камней.

— Если здесь когда-то что-то и росло, — заметил Горат, — то давным-давно погибло. У тебя есть какие-нибудь соображения, почему твоя магия здесь не работает?

— Нет, — удрученно покачал головой Оуин. — Я опробовал все заклинания, какие помню. Казалось бы, все сделал, как положено, но здесь… просто нет магии, — он вздохнул. — Как будто здесь нет маны.

— Маны? — удивился Горат.

— Это одно из названий магической энергии, — объяснил Оуин. — По крайней мере, так это называл Патрус. Не знаю, используют ли его другие чародеи. Понимаешь, это энергия, которая связана со всем сущим, и в то же время ею можно управлять, чтобы творить магию. Многие люди не понимают, откуда берется магия. Внутри меня нет силы. Все, что я знаю, — это набор слов, действий, образов, вещей, которые помогают мне черпать силу, или ману, из окружающего мира. Так вот здесь маны как будто бы нет. Я уже начал жалеть, что не владею магией Малого Пути.

— А это что такое? — спросил Горат, который хотел, чтобы спутник его говорил, а не брел понуро рядом в тишине.

— Ну… другой путь в магии. Патрус — последователь Малого Пути, и это он предложил мне отправиться в Звездную Пристань, когда понял, что учит меня не «той» магии. Пока Паг не побывал в мире цурани, никто не знал, что в магии есть два разных пути. По крайней мере, никто в Мидкемии. Так вот, Малый Путь — это лишь часть магии. Трудно подобрать более точное определение. Чародей Малого Пути проникает в самую суть земли, что лежит у него под ногами, или воды, которая есть везде, или даже неба и ветра. То, что может гореть, питает чародеев, чья сущность связана с огнем. Думаю, чародей Малого Пути смог бы добыть немного магии даже в этом месте, но я здесь бессилен.

— С Пагом могло произойти то же самое?

— Не знаю. Ходят слухи, что он больше, чем чародей Малого Пути или Великого Пути, — Оуин посмотрел вокруг. — Но возможно, его сила уменьшилась так, что другие его одолели. Я уверен лишь в одном.

— В чем?

— Без Пага мы не сможем вернуться в Мидкемию.

После этого они несколько часов шли молча.

В середине следующего дня они увидели купол. Из-за жары они плелись, едва передвигая ноги. Вокруг не было даже намека на воду. Фляги опустели, и Оуин уже начал ощущать признаки обезвоживания. Молча они двинулись к куполу, а подойдя ближе, увидели, что это сооружение из каких-то шкур, натянутых на каркас из палок.

— Похоже на юрту, — сказал Горат.

— Что такое «юрта»?

— Кочевники из Громовых степей живут в таких. Они могут построить их и разобрать за несколько минут.

Он вытащил меч и пошел вокруг строения, пока не обнаружил вход, закрытый кожаной занавеской. Кончиком меча он отвел ее в сторону и, когда ничего не произошло, заглянул внутрь.

— Иди сюда, — позвал он Оуина.

Оуин вошел за ним следом и осмотрелся. Внутри было пусто, не считая выцветшей тряпки, на которой сидел Горат и которая раньше, наверное, была ковриком. Эльф держал в руках пергамент, на котором было что-то написано углем. Оуин взял записку и прочитал:

Томас,

Кейтала, несомненно, связалась с тобой, и ты уже знаешь, что Гамина и я исчезли. Ее похитили и переместили сюда чародеи, которые служат Макале. Я расскажу тебе подробнее, когда мы встретимся, но у меня осталось лишь два листа пергамента, и я должен быть краток.

Не рассчитывай здесь на магию. Она не работает. У меня есть несколько предположений о причинах, но об этом мы тоже поговорим при встрече. Вероятно, магия отсутствует здесь из-за того, что эту планету однажды посетили валкеру, но твои природные способности, наверное, уже позволили тебе понять это. Здесь живет жестокая раса, и мне с трудом удалось ускользнуть от четверых из них. Похоже, они родственны пантатианцам, поскольку очень похожи на них внешне. Предполагаю, что их оставил здесь Алма-Лодака во время рейдов валкеру по небу. Берегись их, потому что они, похоже, служат нашим врагам.

Гамину я пока не нашел, хотя прочесал все вокруг. Утром отправлюсь на северную оконечность острова. С ближайшего холма ты увидишь вдали какие-то руины. Возможно, я найду там ответ. Ищи меня там.

— Значит, мы должны идти туда, — констатировал Горат.

— Жаль, что он не написал ничего о воде, — вздохнул Оуин.

— Если этот остров обитаем, где-то должна быть вода.

Оуин кивнул, но решил не говорить о своих сомнениях: ведь они могут просто не найти ее.

— По крайней мере, мы теперь знаем, что это остров, — сказал Горат. — Это хорошо.

— Почему?

— Потому что мы не будем ходить здесь бесконечно, — объяснил темный эльф.

Оуин решил, что, на его вкус, шутка мрачновата, но ничего не сказал. Они вскарабкались на гору и, оказавшись на вершине, увидели развалины, о которых писал Паг. Более того, за ними виднелось нечто, похожее на обширное водное пространство.

— Если мы доберемся до берега, — Оуин облизнул сухие губы, — думаю, я найду способ получить несоленую воду.

— Возможно, этот остров находится посреди большого озера, — с надеждой предположил Горат.

— Было бы здорово.

Они спустились вниз по склону, и когда добрались до подножия, Горат закричал:

— Вода!

Он прыгнул в водоем.

— Она пресная. Давай свою флягу.

Оуин передал ему флягу, и Горат заполнил ее лишь наполовину, чтобы Оуин мог побыстрее напиться. Оуин припал к горлышку.

— Не спеши, — предупредил Горат. — Если будешь пить слишком быстро, может стать плохо.

Оуин с трудом оторвался от фляги. Вода была теплой, с солоноватым привкусом, но это была самая вкусная вода, какую он когда-либо пил. Горат тоже напился и вновь наполнил обе фляги.

— Я помечу это место, — сказал он. — Тогда, если мы не найдем другой источник, то сможем вернуться сюда.

Оуин кивнул.

— Мы уже недалеко от развалин, — сказал он.

— Лучше бы добраться до них до заката, — заметил Горат.

Они еще раз напились и отправились в путь.

По пути они обнаружили еще одно сооружение наподобие юрты, почти похороненное под песками, в нескольких сотнях ярдов от их цели. Им казалось, что они видят руины, но на близком расстоянии оказалось, что это семь больших колонн, высеченных из камня. Горат снова с помощью меча откинул входную занавеску, и Оуин заглянул внутрь. Там лежала еще одна записка:

Томас,

Мне не удалось обнаружить никаких следов Гамины среди развалин, но я кое-что узнал об этом мире. Магия была здесь преобразована. То, что некоторые чародеи называют «мана», было сведено к кристаллической форме. Подобное превращение не могло произойти естественным путем, поэтому я могу предположить, что здесь потрудились какие-то боги — даже валкеру такое было бы не под силу. Возможно, именно это вдохновило Друкен-Корина создать Камень Жизни, но это мы обсудим с тобой на досуге.