Торарин Гуннарссон - Король-Дракон Мистары

— Мы не подведем вас, — уверила его Алесса.

Хотя ей очень не хотелось уходить и лишаться внимания Повелителя Драконов, Алесса была вынуждена какое-то время проводить одной и изучать свою книгу заклинаний. Теперь, когда она узнала, что Селлианда и Тельвин были коротко знакомы в прошлом, она решила, что у нее есть очень опасная соперница. Тельвин внимательно наблюдал за ней, пытаясь определить, вызвано ли ее поведение личным интересом к нему или за этим стоит что-то еще. Но, судя по всему, ее растерянность и убитый вид был следствием неожиданного появления жрицы.

Конечно Тельвин понятия не имел о намериниях Селлианды относительно себя самого. Она довольно смело говорила последний раз, когда они были вместе, но это было пять лет назад. Кроме того ему пришло в голову, что она приехала в Браер не потому, что она этого захотела; она очутилась здесь только потому, что Терра послала ее. Можно было не сомневаться, что Бессмертная послала ее не ради любви или дружбы, а для советов, способным помочь ему, и ради интерпретации желаний других Бессмертных. И она, естественно знает, что Карендэн рано или поздно вернется, и когда это произойдет, Селлианда почти наверняка уедет туда, где она больше нужна.

Так что Тельвин в очередной раз спросил себя, не должен ли он сохранять почтительное расстояние между собой и прекрасной эльфийской жрицей. Его обязанности как Повелителя Драконов могли продлиться еще годы, и могут закинуть его самые отдаленные части мира. Самое лучшее не привязываться сердцем к тому, кто не сможет последовать за ним в те мрачные места, в которых ему придется бывать.

Так что он очень удивился, когда Селлианда поспешила за ним, когд он подошел к бару, чтобы наполнить новый стакан. — Я, конечно, не хочу лезть в твои личные дела, но я обязана спросить, почему из всех людей именно эта любвеобильная волшебница живет в твоем доме?

— Это получилось случайно, — нарочито твердо сказал Тельвин, внезапно чувствуя себя виноватым. — Я попросил Бвена Калестраана дать мне волшебника, который сообщал бы мне все время о том, что происходит на севере. А теперь, когда так много высших волшебников умерли или сбежали, Алесса осталась самой высокопоставленной волшебницей в Браере. Она верно служит мне со времени атаки на меня.

— Да… и она служит тебе даже слишком ревностно, — загадочно заметила Селлианда, потом о чем-то задумалась и внезапно рассмеялась. — Лучше послушай меня. Я знаю, это звучит слишком ревниво, а я ведь очень давно не видела тебя. И, учитывая все обстоятельства, мы и сейчас не вместе.

— А если обстоятельства и дальше будут в таком же роде, у нас по-прежнему не будет времени друг для друга, — печально заметил Тельвин.

— Выйдем ненадолго наружу, — сказал она.

Они открыли парадную дверь дом и вышли во дворик. Летняя ночь окутала все вокруг темной пеленой; луны не было, небо было чистым и темным и только звезды ярко сияли над их головами. Вместе они пересекли двор и оказались в самом дальнем его углу, в котором росле несколько деревьев. Девушка-эльф уселась на скамью под большим деревом и жестом указала ему место рядом с собой. Он послушно сел, и она взяла его руку в свою.

— Я должна обвинять только саму себя, — тихо сказала она. — Я выбрала путь жрицы, и долгое долгое время я была убежден, что в моей жизни нет ничего важнее работы. А у тебя вообще не было выбора. Все обстоятельства твоей жизни привели к тому, что ты стал жрецом.

— Не считая нескольких случаев, когда я, не зная как, использовал очень сильную магию, я вообще не уверен, что я чей-то жрец, — признался Тельвин.

— Вот об этом ты можешь не волноваться, — сказал она ему. — Как Повелитель Драконов ты делаешь именно то, что требуют от тебя Бессмертные. Мало кто из жрецов может похвастаться, что за всю свою жизнь сделал и половину того, что ты уже сделал.

— Но мне ужасно неприятно быть все время одному, — признался Тельвин. — Я бы себя чувствовал лучше, если бы у моего покровителя были и другие жрецы.

— Они у него есть, — к удивлению Тельвина сказала Селлианда. — Но было бы неточно сказать, что они принадлежат к тому же самому ордену, что и ты. Повелитель Драконов сам по себе жреческий орден. Хотя драконы и говорят, что первый Повелитель Драконов был волшебником огромной силы, почти Бессмертным, он не был жрецом. Я не знаю, каким образом ты совершенно правильно призвал оружие Повелителя Драконов и командуешь его сложнейшими заклинаниями, но это означает, что твои обстоятельства еще более необычным чем ты о них думаешь.

— С моей точки зрения они и так достаточно странные.

Селлианда рассмеялась. — С этим не поспоришь. Но вот что я могу сказать тебе: Ты обладаешь совершенно необычными талантами. Судя по всему твоя связь с твоим покровителем основывается на том, что вы оба разделяете эти таланты, что они перетекают из него в тебя и, быть может, наоборот. Так что твой покровитель один из наиболее необычных Бессмертных. Обычные законы не применимы ни к тебе, ни к нему. Из-за этого вообще неправильно говорить, что ты жрец. Быть может в тебе и есть много от жреца, но ты — что-то намного большее.

— Н-да, думаю, что мне по-прежнему нельзя узнать, кто мой Бессмертный покровитель, — сказал Тельвин.

— Нет, нельзя… пока нельзя, — печально ответила Селлианда. — Это знание может повлиять на принятие тобой решений, которые ты должен принимать сам, и твои многочисленные враги могли бы использовать это против тебя,

Тельвин громко вздохнул. — Мне это уже говорили.

В разгар утра следующего дня Алесса примчалась во дворец, принеся новости от волшебников с севера. Драконы всех видов собрались в горах недалеко от границы, хотя пока и не залетали в Хайланд. Тельвин сразу увидел грозный смысл сообщения. Хуже могло быть только сообщение о немедленном вторжении. Время настоящих неприятностей пришло намного скорее, чем он ожидал.

Очевидно, что надо было принимать важнейшие решения, и он хотел немедленно посовещаться со своими советниками. Проблема была в том, что советников было слишком мало; Джерридан вообще доверял крайне небольшому числу людей, и большинство из них умерло в ночь атаки или находились на севере с войсками. Так что помимо капитана гарнизона города и мэра Браера, он мог позвать только своих друзей. Сольвейг утверждала, что вполне в состоянии выйти из дома, так что Тельвин назначил ее командующей королевской армии. Герстаан, который все-еще был на севере, стал командующим всей армии Хайланда.

Они собрались во дворце за длинным столом, стоявшим в комнате совета, так как их было слишком много для личной комнаты короля. Алесса Вилендаар представляла Волшебников Огня. Хотя Академия была в руках одного из старших волшебников, который вернулся из отставки из-за настоятельной нужды в людях, все-таки он был очень стар и хрупок телом. Так что он занимался тем, что ободрял деморализованных волшебников и заставлял их работать над проблемами, стоявшими перед Академией. Алесса в свою очередь занималась всеми делами вне Академии, включая службу советника короля.