Татьяна Морозова - Там, где зимуют раки

— Рифальд? — поинтересовался у него премьер-министр.

— Он самый. Братца, видимо, ищет.

Мы с Ди переглянулись. Похоже, что нам не рассказали что-то важное, касающееся происходящего на Арлиле. Но, не успела я и рта открыть, чтобы задать именно этот вопрос, как отец Лазурий подробно всё объяснил.

— Надо же… Теперь понятно откуда взялась эта зараза. И теперь он ищет родственника, чтобы сохранить свою никчёмную жизнь?

— Именно так, — кивнул премьер-министр. — Рифальд решил, что наш отец Лазурий и есть его младший брат.

«А мне вот что интересно, — отозвался Феликс, — откуда у магистра сохранились воспоминания о магии Мёртвых? Мы уничтожили всех, кто мог с ней соприкоснуться. Ради этого пришлось уничтожить целый остров».

— Меч говорит, что свидетелей в живых не осталось, что они уничтожили всех, кто мог быть инфицирован магией мёртвых. Непонятно, почему Рифальд смог вызвать её?

— Не забывай, что и отец Лазурий получил такую способность, после переливания крови от Трифальда, — подсказала Ди. — А это значит, что и младший брат Рифальда является носителем памяти об этой магии.

— Совершенно верно, — согласился с выводами Дитя Ночи премьер-министр. — Отсюда возникает вопрос: каким образом братья оказались инфицированы? Первый всплеск магии Мертвых случился задолго до их рождения, и, как уверяют Меч и мать Драконов, был полностью уничтожен.

Ситуация с братьями не имела логического объяснения. Как можно стать носителем заразы, которую ликвидировали сотни лет назад? Каким образом Рифальд и Трифальд о ней узнали? Кто ещё на Арлиле является подобным носителем? Отца Лазурия я не брала в расчёт. Он если и был сопричастен, то лишь косвенно. Опять сплошные головоломки. Что ж, придётся заняться поиском ответов на вопросы, но только лишь после того, как разберёмся со сложившейся ситуацией. Найдём братьев, а потом выясним, откуда ниточка вьётся.

А пока что мы решили подождать день-другой и посмотреть, как развернётся ситуация на Арлиле. Я не теряла надежды и верила, что мать Драконов выйдет на связь с Мечом в ближайшее время.

ГЛАВА 21

Впервые, за прошедшие восемь месяцев, я спала безмятежно, без сновидений, не вскакивая среди ночи. Так спят младенцы на руках у матери, уткнувшись носиком в тёплу грудь, не беспокоясь о том, что их ждёт впереди. Да, бесспорно, нам предстояла нелёгкая борьба за жизнь, но осознание того, что мне и Феликсу удалось вернуться домой, придавало силы и уверенность в завтрашнем дне.

Утро обещало жаркий день. Мы вновь собрались за круглым столом, чтобы позавтракать и спланировать день. Торопиться было некуда, особых планов и мероприятий мы не наметили, потому сидели, пили чай с бутербродами, и продолжали рассказывать друг другу о том, что произошло за то время, пока не виделись. Я, наконец-то, узнала, почему нас с Феликсом вышвырнуло из Коричневого Мира, и кто приложил к этому руку, а вернее сказать — лапу.

— Она потом так сожалела о случившемся, так себя ругала, — заступился за дракону отец Лазурий.

— Я не сержусь на Ши'А, я её понимаю. Мы успели примириться в последнюю минуту, даже пошли на слияние, но на середине процесса кто-то всё испортил. Выходит, что это были морские ведьмы со своей Изидой? Кажется, так вы её назвали?

— Всё верно, — кивнул старый маг. — Мать драконов рассказывала именно так, что прибегала к помощи морских ведьм, а они использовали силу некой Изиды.

— Как ты сказала? — подал голос Изя.

— Что я сказала? — его вопрос прозвучал немного непонятно.

— Ты секунду назад говорила о том, что кто-то или что-то выкинуло тебя из этого мира и переместило в тот, где ты жила до этого?

— Ну, да. Так и произошло.

— А потом упомянула имя Изиды.

— Не я, а отец Лазурий.

— Не суть кто. Грэм, Изида… Всё стало на свои места, головоломка сложилась, господа, — торжествовал Измарк.

Не знаю, кому как, лично я ничего не поняла из размышлений дварха. Мужчины переглядывались, пожимая плечами — видимо и им этот вывод ничего не пояснял.

— Я, кажется догадалась, — сказала Ди и обвела нас взглядом. — Грэм несколько лет работал над портативным преобразователем пространства, материи и временных векторов. Если взять первые буквы каждого слова, сложить их и перевести на местный язык, то будет читаться, как Изида. Поскольку прибор не был до конца отлажен, а Грэм любил экспериментировать, то в один прекрасный день, его попросту выкинуло со Станции на Арлил, а сам прибор оказался на Регнале, под толщей мирового океана.

Я припомнила нас разговор с Грэмом и волна возмущения накрыла меня:

— Ведь говорила ему — ищи прибор под водой. В тот раз они с Феликсом высмеяли меня, что будто я глупые идеи выдвигаю.

«Прости, оказался неправ, — неожиданно извинился Меч. — Кто же тогда знал?»

«Теперь-то что локти кусать? Ведь задумайся тогда вы с Грэмом на тему океанов двух планет системы Цейл, возможно, никто бы нас никуда не выкинул», — только и сказала я.

Дальше развивать тему «кто виноват?» мне не хотелось. В сложившейся ситуации надо думать «что делать?» и принимать правильное решение.

— Обязательно посетим Регнал и заберём приборчик, — сказал Изя то ли нам, то ли просто вслух.

— Конечно, — согласилась Дитя Ночи, — и приборчик, и твоего братца.

— А может не стоит? — в голосе Заххара послышались печальные нотки. — Я привязался к Грэму, не хотелось бы с ним расставаться.

Наклонив голову чуть набок и прикусив губку, девочка внимательно посмотрела на премьер-министра. По тому, как сосредоточённо и пристально она глядела на Заххара, мне показалось, что малышка ответит категоричным отказом. Но я ошиблась.

— Хорошо, так и быть, уступлю тебе Грэма на время за десять шоколадок, — совершенно серьёзно произнесла Ди.

— Как? — не понял её премьер-министр.

— Всё очень просто: ты даёшь мне десять плиток шоколада, а я разрешаю Грэму остаться с тобой до конца твоей жизни, — объяснила схему обмена Ди и засмеялась.

— Вот ведь коммерсант, — всплеснул руками отец Лазурий.

Подперев рукой подбородок, Заххар сдвинул брови, вытянув губы в трубочку. Всем своим видом он давал понять девочке, что её предложение обмена очень даже перспективное.

— Я согласен, — после «мучительных» раздумий, сказал премьер-министр.

Ди вскочила с места и, обежав вокруг стола, встала рядом с Заххаром.

— По рукам, партнёр, — протянув к нему ладошку, звонко произнесла девочка.

Крепкое рукопожатие ознаменовало, что сделка состоялась.

— Владыка Великий, — вздохнул Измарк, — знал бы Грэмушка, что ему цена — десять шоколадок.