Галина Ли - Призрачные дороги

— Прошу! — распахнул Андру свежеструганную дверь, больше похожую на широкие ворота.

Я шагнул внутрь небольшого грота, окунувшись в тепло и сощурившись от огня светильника.

— Одно из моих любимых мест в Азале. Отсюда открывается красивый вид на закате, — с нескрываемым удовольствием огляделся правитель нежити. — Люблю посидеть здесь время от времени.

— Не жалко, такую красоту испортили? — кивнул я на вход. С первого взгляда было ясно, что дверь установили только сегодня. Она превратила таинственный грот в заурядную темную лачугу.

— Пустое, — улыбнулся Андру, — вернуть все как было несложно.

Предусмотрительность вампира приятно порадовала: я рассчитывал обойтись маленькой пещерой, выкопанной в сугробе, или снеговой "избушкой", а получил теплые хоромы. Пол, застланный в несколько слоев пушистыми козьими шкурами, мягко пружинил под ногами. В углу я заметил довольно высокую стопку из одеял. Рядом с ней — корзину с вином и снедью, а у стены — большую жаровню на гнутых ножках. Судя по жару, который она распространяла, в дело пошли угли огневого дерева.

В таком месте не то что ночь провести, перезимовать спокойно можно. Если только не явятся нежданные визитеры.

Словно отвечая на мои мысли, Андру сказал:

— Не беспокойтесь, нежити сюда дороги нет: скалы уходят в озеро, а по нему не подобраться. Кстати, не трогайте воду. Мне пришлось заново отращивать пальцы, когда я коснулся ее. Вы, насколько знаю, этому трюку пока не научились.

Я с опаской покосился на вход:

— Кислота?

Вампир покачал головою.

— Нет. Не кислота. Плоть не сожгло. Даже больно не было сначала. Пальцы попросту исчезли. Я провел несколько экспериментов: озеро поглощает все, что в него попадает.

— А как же скалы и камни? — теперь уже я кивал на выход.

— Они здесь всегда были. Я построил замок на развалинах древнего города, после того, как пережил солнечный ветер в его подземелье, — ответил Андру, погладил шероховатые стены, еще раз окинул удовлетворенным взглядом грот и попрощался: — Удачной вам ночи, Дюс. Веревочную лестницу я, пожалуй, заберу. Распоряжусь, чтобы ее снова спустили ближе к полудню. Как думаете, до этого времени уже все закончится?

Я кивнул. Во сне солнечный ветер промчался подобно буре.

— Тогда позвольте откланяться, — улыбнулся вампир. — Будьте осторожны: не подходите к воде.

— И вам того же, — пожелал я в свою очередь и как вежливый хозяин отправился провожать гостя.

На площадке Андру на мгновение остановился. Тучи разогнал поднявшийся ветер, и небо замерцало множеством холодных "глаз". Словно все божества и все демоны мира решили проследить за тем, что произойдет. Даже крепчавший с каждым мгновением мороз казался всего лишь отражением их отстраненного, ледяного внимания.

Гладкая серебряная вода, вопреки всем законам природы, звезд не отражала, словно озеро находилось совсем под другим небом. Я не удержался от соблазна: наклонился и не нашел своего отражения. Вампир был прав, это не вода, а что-то другое.

Мне ужасно захотелось прикоснуться, попробовать на ощупь, что это такое. Но к счастью я не алхимик, так что желание остаться невредимым победило опасное любопытство.

Порыв ветра донес до меня заунывный вой, сумасшедший хохот и громкий плач: под стены Азалы собралась вся окрестная нежить. Неразумные твари чуяли приближение беды не хуже разумных монстров и пытались укрыться в окрестностях города.

Я посмотрел на небо: минует ночь и с первым солнечным лучом фактически исполнится моя заветная мечта — почти вся нежить исчезнет. Мечта исполнится, и что? Я этому совершенно не рад. Ведь зубы не-мертвых не только охраняют мою шкуру и жизни тех, кто мне дорог, а служат серьезным противовесом, единственной силой, сдерживающей более опасных врагов. И более отвратительных, если их сравнивать с нежитью, та хоть не прикрывает хищную сущность сказками о всеобщем добре и благе.

Мда… вот так выверт судьбы: охотник на нежить теперь от нее зависит. Ну да Ирия у нас известный шутник, вот только чувство юмора Светлейшего одного цвета с его подземным братцем. Сразу видно — одна кровь.

Еда этим вечером в глотку не лезла, как и вино, поэтому я растянулся поближе к теплу жаровни и уставился в потолок. Отблески маленького светильника рождали причудливые тени, словно невидимые взгляду крылья оставили на камне замысловатый узор.

Хм…

Я потянулся за белым шаром, немного его передвинул и не удержался от повторного хмыканья. На потолке совершенно четко проступил силуэт крылатой женщины с распущенными волосами.

Тьфу! Скоро эти сирин мне и при дневном свете начнут мерещиться. Выругавшись, я убрал светильник в корзину, а сам решил поспать. Но решить — это одно, а воплотить — совсем другое. Фея Греза обошла меня стороной, припрятав волшебный мед для благочестивых людей. Не помогли ни уютная мягкость перин, ни тепло жаровни, ни счет овец — голова осталась такой же ясной, как утром.

Не знаю, сколько времени я так пролежал, пока не заметил, что в грот через щели затягивает не только холод, но и туман. Он быстро заполнил мою временную берлогу, и вскоре стало сложно рассмотреть даже собственную руку.

Ну откуда взяться туману в мороз?! Ладно, если бы в озере били горячие источники… а то там даже обычной воды и той нет!

Желая как следует рассмотреть, что за дрянь просочилась в убежище, я полез за светильником. Однако корзина, до которой надо было сделать буквально три шага, внезапно пропала. Я на нее не наткнулся ни через три шага, ни через четыре, ни через десять. Стен и двери тоже не оказалось, зато стало светлее, а туман немного рассеялся. Передо мной вместо скал неожиданно вырос невысокий куст, о ветки которого я тут же укололся. На кусте были листья, белые "зонтики" цветов и…сизые ягоды. А еще — нераскрывшиеся почки. Так не бывает! Но вот он — перед глазами. Хорошо хоть, растение оказалось знакомое: обычная черная бузина, с которой, говорят, и не такое мерещится.

Где-то рядом негромкое захныкали, я насторожился и потянулся к мечу: если вы слышите чей-то плач, это еще не значит, что "плакальщик" нуждается в утешении. Вполне вероятно, что его расстроила невозможность добраться до вашего горла.

Я повернул голову, туман расступился, словно только этого и ждал, и перед моими глазами предстала невысокая девчонка лет шестнадцати, не больше. Темноволосая, кудрявая и кареглазая.

Нежитью от девушки не пахло, я уже собрался спросить "чего ревешь?", как она меня увидела. Большие глаза стали огромными, слезы моментально высохли, и в следующее мгновение девчонка рухнула на колени со словами: