Сергей Уксус - Путь к жизни

И стрелы. Из кустов, из-за камней. Десяток. Два. Три. А то и шар огненный или ещё какая гадость магическая. И преследовать бесполезно — не то что лошади, люди ноги ломают, как только перестают под них смотреть.

Вот тогда-то Священный Поход, считай, и закончился. Рыцари снова переругались, раскололись на несколько частей, поделили обоз и расползлись кто куда. Хотя, надо отдать им должное, назад не повернул никто.

Капитаны наёмников тоже договориться не смогли, но тут всё как раз понятно: если голов несколько, какой руки и ноги подчиняться должны? Нанимали-то их короли, а они далеко.

А северяне, похоже, только этого и ждали. Во всяком случае, на ту часть, с которой отправился Зехван, навалились на второй день после раскола. Плотно навалились. Ни днём покоя не давали, ни ночами, благо они здесь светлые, если и темнеет, то на час-два, не больше. И ведь, ублюдки, убивать-то особо не старались! Так что очень скоро все телеги в обозе оказались только ранеными и забиты. Уже тогда следовало возвращаться, но рыцари решили отправить раненых с конвоем и идти дальше. И стало совсем плохо.

Очень быстро выяснилось, что без проводника блуждать по здешним горам можно до скончания веков, а отправлять вперёд разведку — впустую терять людей. Нет, что-то, конечно, нашли — пару мелких поселений, явно только что брошенных. И совершенно пустых: ни людей, ни добычи, ни еды. Паршивой мелкой рыбёшки, и то не отыскалось. Зато удалось обнаружить тропу, приведшую в конце концов к варварскому городку.

Но лучше бы не находили.

Обрадованные рыцари предложили осаждённым сдаться и дали время на раздумье. До утра. А ночью на лагерь навалились с двух сторон — и из крепости, и с гор.

Как ему удалось выбраться, Зехван так и не понял. И не вспомнил. Пришёл в себя где-то на проклятой тропе в окружении ещё трёх десятков таких же счастливчиков. Весь в крови, с бешено колотящимся сердцем. В правой руке — грубо сделанная секира с иззубренным лезвием…

Впрочем, другие выглядели не лучше. Многие ранены. Некоторые — непонятно как смогли доковылять сюда и сейчас обессиленно валялись на камнях. Кто — выдувая при каждом выдохе пузыри розовой пены, кто — неверяще глядя на рассечённую до кости ногу, кто…

Что удивительно, среди спасшихся не оказалось ни одного рыцаря. Да и святых братьев, кроме самого Зехвана, тоже не было. Не выжили? Попрятались? Сдались? Или успели убежать ещё дальше? Жрец об этом даже не задумывался, его волновала другая мысль: следовало уходить. Как можно дальше и как можно скорее, пока варвары не отошли от бойни и не пустились в погоню.

К счастью, другие это тоже понимали, и через четверть часа один из наёмников — оказавшийся капитаном одно из наёмничьих отрядов, — поднял уцелевших чуть ли не пинками и погнал дальше. И дальше. И дальше. Те, кто не мог бежать, остались прикрыть, если получится, отход и принять смерть.

И вот теперь, когда от преследователей вроде бы оторвались, предстоит решить, что делать дальше. Во всяком случае, других поводов для обсуждения всем отрядом Зехван не видел…

В очередной раз пройдясь по своему административному кабинету, Великий Магистр дёрнул за шёлковый шнур, свисающий чуть позади и справа от рабочего кресла, и приказал заглянувшему в приоткрывшуюся дверь секретарю подать вина. Красного. Разбавленного. Четверть на три четверти воды. Не то чтобы мучила жажда, просто настроение было, как в той шутке: чего-то хотелось, а чего — Синсар не знал. Точнее, знал, но не имел возможности исполнить своё желание.

Причиной этого, прямо скажем, отвратительного состояния явились последние донесения агентов, листки с которыми лежали аккуратной стопочкой строго посередине рабочего стола. Донесения, из которых следовало, что ни варварский князь, ни старый некромант, подвизавшийся в роли жреца Милостивого, не намерены дожидаться рождения наследника нынешнего короля. Точнее, немного не так: они намерены покинуть столицу с осенним караваном в долины. Хотя какая, собственно, разница? В любом случае, свалить теперь на них болезнь короля не удастся! А на кого тогда?

Или ни на кого? Пусть королевские сыщики ломают головы, пытаясь поймать чёрную кошку в тёмной комнате. Как гласит народная мудрость, занятие сие очень увлекательное, особенно когда этой самой кошки там нет…

Синсар взял принесённый секретарём кубок с питьём, отхлебнул пару глотков, не почувствовав вкуса, и продолжил мерить кабинет шагами. Мысль ему понравилась, тем более что непосредственный исполнитель, брат Урлаг, явно окажется вне подозрений. В конце концов, он уже не один век присматривает за здоровьем королевской семьи и успел из простого дворянина дослужиться до графа. Правда, семьёй так и не обзавёлся, предпочитая обходиться любовницами, ни одна из которых не продержалась дольше пары месяцев, но ведь это не преступление. И отсутствие наследников — пусть даже бастардов — тоже. Наоборот, при неизбежной проверке — а таковая последует обязательно при отсутствии явных подозреваемых — эти два обстоятельства сыграют в пользу Урлага: чего ради человеку копить богатства и лезть вверх, если всё это передать некому? Да и очень может быть, что к тому времени…

Дойдя в своих мыслях до этого момента, Синсар остановился посреди кабинета. Время! А стоит ли его терять? Ведь молодая королева уже беременна. И король с некромантом виделся недавно. Хм, относительно недавно. И этот непонятный князь крутился, если верить Харсу, неподалёку. А не верить оснований нет: маркиз хоть и пустозвон, однако свои обязательства выполняет достаточно добросовестно. Значит…

Ничего не значит. Во-первых, пол будущего ребёнка ещё не известен, и если окажется не мальчик, а девочка… Если девочка, короля придётся срочно излечивать, иначе он просто не сможет исполнить свою мужскую обязанность. А тогда какой смысл вообще затевать всю эту возню? Разве что для повышения авторитета Ордена. Чтобы отыграть назад сделанные не так давно уступки. А смысл? Какой, спрашивается, смысл менять сведения о страшно редком заклинании на то, что, строго говоря, уже и не нужно? Подумаешь, десяток-другой урождённых тёмных сохранит свою силу! Учить их всё равно некому, а без обучения…

Н-да, перестарались. По большому счёту, поумерить охотничий пыл ещё сотню лет назад следовало. Но что теперь толку жалеть? О будущем думать надо, о будущем!

Например, о том, на кого спихнуть вину. Всё же подставлять такого полезного для Ордена брата не хотелось: мало ли, а вдруг докопаются? И если докопаются, а вдруг не поверят, что Урлаг действовал сам по себе, без согласования с другими братьями?

Что королевский целитель попытается взять всю вину на себя, Синсар не сомневался. Он сам поступил бы на его месте точно так же. И не только он — преданность Ордену была одним из основных условий приёма в его ряды. Вот только вряд ли королевские тайные службы не знали об этом. Значит…