Игорь Арье - Грайлок 2: Безгрешных нет

Перед тем, как скрыться в темном нутре повозки, Грейнис оглянулся. Мокрая слипшаяся клочьями борода придавала старику жалкий и смешной вид, но Морт, глядя на мага, думал: "Вот человек, устроивший эту бурю. Лед меня забери, если я понимаю, как он это сделал, но дождь и холод - дело рук старикашки. Со мной ничего не случится, и я узнаю, в чем здесь загадка. Я узнаю, что затеяли Эдинор и золотые маги. Уверен, мне не понравится ответ, и еще - я уверен, что рано или поздно, Эдинору с золотыми тоже кое-что не понравится… кое-что, устроенное мной".

А дождь лил и лил, не стихая, среди капель воды появились крупинки льда, сперва мелкие, потом крупнее и крупнее. Что происходит к северу от холма, там, где кипела схватка, уже невозможно было разобрать за серой пеленой ливня. Вот уже здоровенные градины звонко зацокали по доспехам и щитам, заржали напуганные молниями и ледяным обстрелом кони.

Морт снова увидел Друйза. Тот скакал с опущенным забралом, но Морт узнал герб на щите. Зять Тайланского графа вел многочисленный отряд кавалерии. Две, а то и три сотни копий, за стеной дождя не разобрать толком. Морт видел лишь тех, что поближе, но в серой завесе угадывались силуэты - еще и еще. Поверх доспехов воины накинули кожаные накидки с капюшонами, подбитые мехом, те самые, что составляли немалую часть поклажи в королевском обозе. Кавалеристы Друйза, облепленные мокрыми плащами, целеустремленно обогнули холм и поскакали на север, резкие порывы ветра швыряли им в спины ворохи капель и пригоршни ледышек.

Можно было предположить, что эти свежие хорошо экипированные бойцы опрокинут ошеломленных джагаев, если те еще сражаются… и растопчут тех, кто спасается бегством, увязая в грязи, оскальзываясь в лужах и втягивая головы в плечи при всяком новом раскате грома. Они никогда прежде не слышали грома, бедняги…

Дождь немного утих, и отрылась заваленная телами равнина - сотни и сотни мертвецов распростерлись в грязи, среди бурых и серых потоков, несущихся с холма, на котором расположился Эдинор со свитой. Гроза удалялась на север - вслед за бегущими джагаями и преследующими их всадниками Друйза. Небо немного посветлело, утратило свинцовую тяжесть и стало равномерно серым, как будто в нем отразилась покрытая грязью долина. Сверху полетели влажные бесцветные хлопья снега…

- На П-поле Г-греха п-под Лайвеном было н-нечто в таком д-духе, - стуча зубами, пробормотал Морт. Эта мысль давно вертелась в голове, теперь он наконец осмелился произнести вслух.

Эдинор живо обернулся в седле - он расслышал тираду Морта:

- Нет, юноша! И да, и нет, так будет вернее! Грех неподчинения законному владыке Джагайи, вот что и здесь, и там. В остальном - ничего общего. Лорд Аганей, путь к вашей столице расчищен, мятежники разбиты! Золотой трон ждет вас!

Придворные уставились на Аганея, ему полагалось произнести что-то высокопарное, какую-нибудь напыщенную благодарность. Но верзила молчал.

- Испытываете ли вы радость, лорд? - осторожно осведомился Ланджерит.

- Я испытываю холод. Это греховное ощущение.

- Ничего, - заверил Эдинор, - скоро станет теплее.

На холм не без труда поднялся всадник, копыта его жеребца скользили и проваливались в размытом грунте. Сам воин тоже выглядел довольно жалко - замерзший, облепленный хлопьями снега в промокшей насквозь тунике с гербовым оленем поверх кольчуги. Один из оруженосцев Эдинора, которых услали с приказами.

- Ваше величество, - стараясь не дрожать и не стучать зубами, заговорил гонец, - ваше величество…

- Ну что, парень, говори смелей! - несколько нервно проговорил король, - что у тебя? Враг разгромлен? Люди узурпатора бегут?

- Д-да, в-ваше величество… - Морт только теперь разглядел, что оруженосец очень юн, совсем мальчишка. Должно быть, впервые побывал в большом сражении. - Граф Тайланский убит, ваше величество.

- Убит? - деланный энтузиазм Эдинора сразу улетучился. - Вот как…

- Господин Элиан, Рыцарь-дракон, убит. Граф Сегенский убит, господин Гиансор убит. Господин Луканд убит… в-ваше величество-в-во… в-ваше к-кор-ролевское в-величество По лицу вестника стекала вода - то ли талый снег, то ли слезы. Он больше не мог сдерживаться, и его сотрясла дрожь. Прежде Морт не видел, чтобы человек так сильно дрожал. Должно быть, парнишка продрог до костей и натерпелся страха.

- Довольно, - прервал перечень потерь Эдинор. - Победа далась непросто, это было очевидно с самого начала. Что с Ладиором? Он жив?

- Жив, в-ваше королевское… Он сражался в… в… в первых р-р-ряд-д-дах… он…

- Довольно. Мы победили, ведь так?

Морт подумал, что с холма разослали с дюжину молодцов с поручениями. Возвратился лишь этот.

Скрипнула дверь громоздкого дощатого фургона, в грязь спрыгнул ученик Грейниса с флягой. Зашлепал к группе вельмож.

- Ваше величество, - протягивая сосуд королю, заговорил подручный колдуна, - подогретое вино. Магистр предположил, что сейчас это лучше, чем пиво.

- А, давай! В самый раз! И пусть твой хозяин приготовит еще! За победу нам нужно выпить, к тому же моя свита продрогла… Лорд Аганей!..

- Ваше величество, позвольте удалиться, - буркнул лорд. - Хочу найти моих людей, и отыскать в поклаже что-нибудь потеплее. Эта погода насыщена грехом.

- Я думал предложить вам выпить за разгром узурпатора Хокси, - улыбнулся посиневшими от холода губами Эдинор, - но будь по-вашему, выпьем во дворце в старой Джагайе!

Король сделал приличный глоток и шумно выдохнул, мигом окутавшись паром. Свита и охрана глядела на него с завистью. Аганей дернул повод и поехал с холма мимо громоздкой колымаги Грейниса в тыл, Морт следовал за ним. Знамя с медведем сделалось слишком тяжелым - полотнище пропиталось влагой и было облеплено сырыми хлопьями медленно тающего снега. Морт опустил его и положил поперек седла. Их кони медленно ступали по раскисшей земле, из ноздрей животных вырывались струйки пара.

- Так ты понял, что здесь произошло? - нарушил молчание лорд.

- Чудо.

- По-моему, Эдинор этого ждал.

- Туйвин видел в королевском обозе теплую одежду. Конечно, Эдинор не просто ждал, это и было его планом, непогода, холод и снег.

- Ты вспомнил Поле Греха, верно?

- Я был там, на севере.

- И в краю Зимы?

Морт смолчал. Серые мягкие хлопья валились сверху, падали в грязь, расползались талой водой… Они миновали широкую полосу грязи, разбитой копытами коней в кашу - здесь прошла резервная кавалерия под началом Друйза. Дальше потянулись застрявшие в топком месиве обозные фургоны и ставшие ненужными бочки на колесах.

В глаза бросилось черное пятно среди серой равнины - ровный круг, в центре которого под снегом угадывались обломки фургона, разбитые в щепу и обугленные.