Макс Армай - Звезда и жернов

— Да, но… — Хайес запнулся, но затем продолжил. — Тем не менее, после того, как я сражусь с вами, я бы желал скрестить свой меч с Рином. Так, кажется, зовут юного оруженосца ади Питри?

— Однако! Почему же вам, воинственный ади Хайес, непременно хочется поединка с Рином? Разве одного поединка с Эрвом будет недостаточно? — недоумённо, по-роккански, воздел вверх руки Гшор.

— Рин — человек, так же, как и его господин, а потому, лишь человеческая кровь способна смыть нанесённое мне оскорбление! — не отступал Хайес.

— В первый раз слышу о подобном уложении! В интамских законах сословий об этом нет ни слова! — возразил Гшор.

— К чёрту интамские законы! — вновь вспылил Хайес. — Если хотите, то я готов биться с двумя одновременно!

Услышав такое, Эрв аж перегнулся через стену, чтобы получше рассмотреть такого смельчака.

— Ади Хайес, я правильно вас понял? — не поверил своим ушам, смешно шевельнув ими, Гшор. — Вы изъявили желание биться одновременно с воином-фарланином и молодым, но уже весьма искусным во владении мечом, оруженосцем?

— Да, Тёмный вас побери! Вы не ослышались! — и Хайес выхватил из ножен свой меч. — И я готов это сделать немедленно!

— Это замечательно, неистовый ади Хайес! Но только я не готов, взять на себя подобную ответственность. Это было бы бесчестно, по отношению к вам! Ведь что потом говорили бы люди о таких оруженосцах, если бы вдруг удача оказалась на их стороне? Они бы навеки покрыли свои имена позором! Я не могу допустить этого! — не согласился с рыцарем Гшор.

— Вы издеваетесь надо мной! — судя по всему, терпение Хайеса истощилось. — Тогда я буду биться с ними по очереди! Сперва — с фарланином, а затем — с Рином!

— Ну что ж, раз вы так на этом настаиваете… — задумчиво протянул Гшор.

— Да, я настаиваю! — решительно рубанул свободной рукой воздух Хайес.

— Что ж… Тогда предлагаю назначить поединок на завтрашний полдень, ади Хайес. — Гшор выглядел, как нельзя серьёзнее.

— Зачем же так надолго откладывать? — забеспокоился рыцарь. — Я готов сразиться с ними прямо сейчас!

— Нет, нет, наисмелейший мой ади Хайес! Необходимо соблюсти все правила. Возможно, что те, кто учавствуют в поединке, лишаться своей жизни, а потому, они должны быть готовы предстать перед своими богами. Фарланин, например, должен для этого вознести полночную молитву и исполнить утреннее служение. А Рин — исповедаться, если уж не священнику, который, кстати, живёт совсем рядом — за ручьём, там, гдестоит церковь, подле водяной мельницы, и вы, к слову говоря, вполне могли бы за ним послать, то хотя бы своим священным книгам, — не уступал Гшор.

— Скажите проще, эти ваши оруженосцы — отъявленные трусы! Ха-ха-ха! — захохотал вдруг, довольный своим выпадом Хайес.

— Давай, я сражусь с ним прямо сейчас! — натянуто улыбнулся Гшору фарланин.

— Нет, Эрв, погоди! — удержал того Гшор.

— Однако, фарланина я уже видел, а где же тогда самый молодой оруженосец? Отчего он скрывается, словно девица на выданье? — Хайес что-то заподозрил и стал с беспокойством шарить глазами по вершине стены. — Представьте его мне!

— Он слишком горяч, и я не поручусь, что он не спрыгнет к вам прямо со стены! Так что, для его же блага, приходиться держать его взаперти, — развёл руками рокканец.

— Десять слёз Игуна! Да вы, всё-таки, морочите мне голову! — взревел, словно раненый вепрь, ади Хайес и погрозил всем кулаком. — Я вижу вас насквозь! Отвечай, враль рокканский, где юный Рин?!

— Зачем вам, достопочтимый ади Хайес, молодой оруженосец ади Питри? — как ни в чём не бывало полюбопытствовал Гшор.

— Я дам вам за него золота, много золота! И ещё драгоценных камней, крупных, как грецкий орех и чистых, словно слеза господа нашего! Вот, целый кошель! — и Хайес, отвязав от седла увесистый мешочек, потряс им в воздухе.

— Это и было вашим взаимовыгодным предложением? — проницательно спросил рокканец.

— А разве это не так? — пожал плечами рыцарь, снова убирая меч в ножны, видимо поняв, что поединка он не дождётся. — За каким Тёмным вам сдался этот молокосос? Если бы вы согласились отдать его мне, то стали бы богаты! Сказочно богаты!

— Если бы вы ответили мне — зачем он вам, то я, быть может, подумал бы над вашим предложением! — прокричал в ответ Гшор.

— Его хочет видеть один очень влиятельный господин, чьё имя я не знаю, ибо общался лишь с посредниками. И всех этих людей нанял тоже я, так что они тоже ничего не знают!.. Ну так как вам моё предложение? — стоял на своём рыцарь.

— Что, и айвонца тоже вы наняли, ади Хайес? — не поверил тому Гшор.

— У айвонца — долг чести ко мне! — рявкнул Хайес, как бы желая раз и навсегда обрубить все дальнейшие пререкания. — Отвечайте, согласны вы или нет?

— Я не могу вам так сразу ответить, терпеливейший ади Хайес: я должен посоветоваться с товарищами, — слегка поклонился рокканец.

— И как долго вы намерены советоваться? — конь под Хайесом от нетерпения уже танцевал на одном месте, и тому приходилось прилагать усилия, чтобы совладать с ним, как, впрочем, и с самим собой.

— До завтрашнего утра! — ответил Гшор.

— Что?! — вновь взревел Хайес. — Я даю вам четверть часа, и ни минутой больше! — и уже не желая что-либо слушать, развернул коня и поскакал прочь от замка.

Едва Хайес приблизился к всадникам, к нему подъехал Оссу Та.

— По-моему, они морочат мне голову! — Хайес был страшно раздосадован. — Либо — кто-то нас опередил, и вся эта разношёрстная шайка разбойников сама захватила этого самого Рина по чьему-то поручению! Хотя… Я, кажется, узнал старого оруженосца… Да и сам Питри Фрогган, не давал повода так думать.

— Вернее будет предположить, что это Питри Фрогган выполнял чьё-то поручение, — сказал айвонец, утирая платком свою лысую голову, в едва заметную, чёрно-желтую, широкую полоску.

— Что за поручение? — насторожился Хайес.

— Это одному Кфалу ведомо! — отмахнулся от вопроса волшебник.

— Что ж… возможно он намеривался отправиться в какое-то дальнее путешествие… Очень дальнее! — задумчиво проворчал себе в бороду Хайес. — Надо проверить ещё кое-что, — айвонец с любопытством посмотрел на него, и рыцарь продолжил. — Вполне возможно, что этого Рина в замке просто нет… Я съезжу в деревню, и постараюсь выяснить, не знают ли они там чего о молодом оруженосце Питри Фроггана.

— Хей! Хей! — тут же прикрикнул Хайес на лошадь и поскакал в деревню.

— Агглуо офе дикт… оро, оро, оро ка оро![7] — тут же ткнул пальцем Оссу Та в четверых шоэнов, и те молчаливо последовали за Хайесом.