Мария Чернокрылая - Эта безумная, безумная семья

Стоила тетушке Антай зайти, как история повторилась… В том смысле, что Дашка и Сафира повскакивали со своих мест и кинулись к тете с явным намерением ее заобнимать и оглушить. Рикка снова улыбнулась в ответ, но вставать со стула полу-демонице (на самом деле, крови демонов в ней меньше, чем в полукровке, но в семье ее как-то привыкли считать полу-демоном — для удобства) явно не хотелось. Диана и Налька, как еще не представленные, вежливо кивнули. Недопира еще и доброго дня пожелала, светло улыбнувшись. Да… давненько я такой улыбки у нее не видела. С тех самых пор, как дядя Алекс додумался ей предложение сделать. А Агата снова повторила свой книксен и вежливо поздравила дорогую тетушку с праздником. Удивительно серьезная девочка, а ведь ей сейчас всего восемь лет.

Не успела новая волна радости утихнуть, как зазвучала торжественная музыка (вернее, целый оркестр на кухне начал бить половниками по кастрюлям) и дверь, которой с таким трепетом любовалась Налька, открылась. Первым из кухни торжественно вышел… Леша. В руках он нес большую кастрюлю, которую надежно закрывала непроницаемая крышка, на мордашке — самое торжественное выражение, одет он в фартук с веселыми цветочками, на голове — поварской колпак. Стоило ему войти на кухню, как женская часть населения, находящаяся в столовой, затихла и поспешила усесться за стол. Первая кастрюля встала ровно передо мной. Но меня она не волновала. Все мое внимание было приковано к открытой двери на кухню, откуда продолжала звучать "музыка".

А оттуда появились остальные мужчины нашего славного семейства вместе с гостями праздника. Всего их было шестеро, не считая Леши. Но наше внимание было приковано к первой тройке, которую возглавлял дядя Алекс. Почему? А вот вы представьте моего дядю с очаровательной улыбкой, сковородкой чего-то относительно съедобного в руках и в фартуке, на котором была нарисована обнаженная русалка. Представили? А теперь представьте, что помимо фартука на дяди ничего не было. К счастью, тот доходил до колена, а то я бы не выдержала и прогнала Агату куда подальше, набравшись людских предрассудков в своей школе.

За ним следовали Галендэлай и Лион. Вид их отличался только расцветочкой фартуков и тем, что они несли в руках. Мы тихо млели…

Ну, а за ними шли те, кем похвастаться было либо нечем, либо не перед кем. К последним относился братец Моренто. Хотя, нет, вру. Шилайту было чем похвастаться. Вкусным салатом. Только о том, что он вкусный, мы узнали только после того, как наши мужчины скрылись обратно на кухне. И, знаете, правильно сделали… С такими мужчинами есть спокойно невозможно…

От сего Явления, пусть для большинства оно уже и было ожидаемым, мы все дружно отходили минуты две минимум. Единственной, кого это не затронула, была Агата, которую больше волновало, что нам на этот раз принесли и можно ли это есть. Я, Сафира и Налька сначала пребывали в отрешенно мечтательном состоянии, а затем синхронно задумчиво посмотрели на дверь. Не знаю, о чем думали девочки, но я решила вопрос вселенского масштаба: может, тьфу с ним, с этим завтраком?.. Тетя Антай, хоть и относилась к мужчинам предвзято, улыбалась как-то подозрительно довольно. Даша была под впечатлением — слегка покраснела и смущенно улыбалась, поглядывая то на нас, то на дверь. На лице Рикки было написано легкое разочарование — ее муж на уговоры не поддался. И только Диана сидела в полном шоке, удивленно округлив глаза. Пожалуй, она все-таки узнала дядю Алекса

День начинается просто замечательно!

Правда, стоило мне опустить глаза на стол, как энтузиазма поубавилось. Нет, и что этим нашим мужчинам мешает приготовить простую яичницу? Хоть безопасно было бы.

В момент, когда я признала салат Шилайта самым безопасным блюдом на столе и пыталась придумать план по захвату (Рикка вряд ли бы поделилась… в отместку, ага), дверь в малую столовую открылась и раньше, чем кто-либо за столом успел сообразить, прозвучал громкий голос с явным итальянским акцентом:

— Ой, мы что, опоздали?!

Знакомый голос. Хотя в последний раз я его слышала не менее года назад, в прошлый праздник. Обернувшись, с интересом посмотрела на вошедших тетю Эсмиральду с дочерью. Обе загорелые (на их фоне Диана и Агата сильно выделялись), темноволосые, настоящие итальянки. Паолинна, правда, еще совсем подростком выглядит, даже, кажется, младше Даши, хотя это не так. И, в отличие от матери, девочка была потише. Хотя глаза у нее сверкали очень заинтересованно. Скорее всего под "опоздали" имелось ввиду, что они опоздали на явление наших поваров. И посмотреть они явно хотели не на Моренто с Борталио, на них они, как на братьев и сыновей, уже насмотреться успели…

Забыв о еде (о ней не стыдно было забыть), Даша и Сафира вскочили и принялись с радостными возгласами обнимать сначала тетю, затем двоюродную сестру Диана и Налька вежливо кивнули. Дежавю какое-то! Только на этот раз Агата не делала книксена, просто помахала ладошкой, да тетя Антай тоже поднялась и подошла обнять обеих пришедших. А я, воспользовавшись ситуацией, таки вынудила Рикку поделиться без собственного согласия.

Вот, говорят, когда в одном обществе есть два "изгоя", они обязательно объединятся. Я к тете Эсмиральде такого не чувствовала. Знала, что она тоже "жертва" проклятия, но для меня она была точно такой же, как все остальные тетушки, а вся разница была в том, что с ней мы общались куда меньше, чем, например, с тетей Антай. Кстати, наверно, нужно рассказать, как так получилось — у Ицэмада Эсмиральда единственная дочь, а родилась она без дара.

Это одна из тех семейных историй, которые знают все, но стараются лишний раз о них не говорить. Однажды Ицэмад, старший брат бабушки Мадлен, познакомился с одной симпатичной девушкой-магичкой. Что разумеется, влюбился в нее. Случилось это в Венеции, где дядя занимался своей работой — поисками и расшифровкой старинных манускриптов. Называли эту девушку с выразительными глазами Нагой, потому что в родне у нее были представители этой расы. Как ни странно, но она вроде как ответила ему взаимностью, и вскоре у них родилась дочь. После чего Нага исчезла вместе с ребенком. Дядя долго и упорно пытался ее найти, но все было тщетно — она словно в воду канула.

Спустя год, когда он, наконец, успокоился и вернулся к прежней жизни, случилось неожиданное — ему принесли ребенка. А вместе с ним записку от Наги, в которой та писала, что такой "брак" ей не нужен. Как оказалось, эта девочка была пятым ребенком Наги, и сработало родовое проклятие нашей семьи.

И вот с тех пор дядя Ицэмад оставил поездки, работу и вообще отдалился от магического мира — он считал, что так для девочки будет лучше. Он даже на семейные праздники не приезжал. Но, видно, судьбу не выбирают, и создать ее невозможно, тем более чужую. Потому что Эсмиральда все равно стала частью магического мира — познакомилась с одним очаровательным итальянцем, который на проверку оказался не слабым магом. Как результат этого союза — трое детей: Борталио, Моренто, Паолинна.