Джулия Смит - Мудрец острова Саре

На лице Ранальфа появился оскал, и огненные полосы заскакали с новым напором, словно жир по сковородке.

— Испугался? Если я одолею тебя, то стану Мудрецом. Тогда я не только смогу вытащить Николаса из этого поганого места, но и командовать любым колдуном на острове, к примеру, заставить их не высовывать нос с Саре и никогда не ступать на землю Кайта.

У Николаса расширились глаза. Какой бесценный выигрыш! Однако Брандегарт был адептом, как Атайя, а наемник даже не достиг уровня мастера. Вызов отнимет у него время… и жизнь.

Принц подошел к другу, отстраняясь от опасного огня.

— Не делай глупостей, Ранальф. Ему нужен я.

В следующее мгновение уже вернулась запыхавшаяся Дриана и протянула Мудрецу черную коробку, которая помещалась на ладони. Он не стал ее вскрывать, а просто зажал в кулаке, касаясь пальцем резной поверхности.

— Николас правильно уловил суть, мой друг, — произнес Брандегарт. — Возьми себя в руки. Я не принимаю вызов и советую тебе не злить меня.

Ранальф пропустил мимо ушей совет чародея.

— Тогда откинем чертовы формальности, — прогремел он. — Покуда я дышу, ты не коснешься принца.

Наемник крепче сжал кочергу и притянул ее к себе, приготовившись нанести смертельный удар.

Глаза Мудреца ожесточились. Ранальф сделал шаг вперед, Брандегарт закрыл глаза, чтобы собраться с мыслями, а затем медленно поднял веки. Зрачки стали молочно-глазурными, зеленая радужка затуманилась словно поддельный изумруд.

Он спокойно поднял крышку коробки и достал светящийся багровый камень. Кристалл.

У Николаса отвисла челюсть.

Корбаловый кристалл.

Ранальф зашатался от неожиданной боли, волшебное пламя зашипело и погасло, засасываясь обратно в пальцы. Он попятился, выбросил бесполезную кочергу и опустился на колени, схватившись за голову. Непокорность во взгляде быстро сменилась ужасом.

— Проклятие! — кричал он, судорожно хватая воздух, словно даже дыхание стало мучением. — Это невероятно!

— Ты все еще хочешь сражаться со мной, старый друг? — спросил Мудрец, мрачно смеясь.

Он приблизился к Ранальфу, но его движения были неуклюжими и окостенелыми, словно он выпил слишком много вина и вынужден был сосредоточиваться на каждом шагу, чтобы не споткнуться.

— Талантливый трюк, верно? — старательно произнес он, поднял кристалл кверху, восхищаясь игрой света, чего Николас никак не ожидал от колдуна. — Ты до сих пор веришь, что можешь победить меня, Ранальф? Если я справляюсь с этим, то уж точно справлюсь с тобой.

Принц с благоговением смотрел на корбал. Ни разу не упоминалось, что Мудрец обладает такой силой — способностями, о существовании которых не подозревала ни Атайя, ни Совет мастеров!

Вдруг осознав, что он единственный, кто может помочь Ранальфу, Николас вышел из оцепенения и метнулся за кристаллом. Однако реакция Брандегарта оказалась не такой уж заторможенной. Он отдернул мускулистую руку назад, сбив принца с ног и задев серебряным браслетом его скулу. Кристалл остался в кулаке.

Николас вытер со щеки капли крови и пополз к Ранальфу. Чародей не стал его останавливать, зная, что лорд-маршал не в силах унять боль друга. Странно, что Брандегарт ударил его физически, а не с помощью магии, чего не стал бы делать колдун-мастер. Он решил запомнить этот факт на будущее.

Если у него есть будущее.

Брандегарт склонился над ними, гордо держа камень, словно плод своего творения.

— Удивлены, мой принц? Конечно, вы удивлены. А ведь это так просто… зависит от дисциплины. От дисциплины ума, который совершенствуют долгое время. Вы никогда не слышали о колдунах в Круачи, которые ходят по раскаленному песку и не чувствуют боли? В отличие от песка корбал не вызывает боли — он просто заставляет колдуна поверить в то, что она существует. Осмыслив обман, он освобождается от нее.

Маг посмотрел на колдуна у своих ног, и губы искривились в улыбке.

— Наш друг, похоже, недостаточно умен.

— Но вы сейчас не можете творить заклинания, — обличил его Николас, и хотя ответа не последовало, многозначительное молчание доказывало, что он не ошибся.

— Я лишь между делом изучал технику борьбы с корбалом, — нечленораздельно произнес Брандегарт. — Многие колдуны не теряют своей способности, но ненадолго, головная боль вынуждает их сдаться. На Саре нет угрозы от кристаллов. Однако Дамерон знал, что если его народу предстоит вернуться в Кайт, то Мудрец должен развить умение противиться воздействию камня, чтобы защищать остальных. Несколько моих самых талантливых учеников тоже учатся этому: Курик достиг наилучших результатов, хотя он не справляется с большими корбалами вроде этого. Разум — великое оружие, мой принц, и познавшие его тайны — самые могущественные люди.

Брандегарт одарил Николаса внушающей страх улыбкой.

— Если кристалл — единственная защита от колдовства в Кайте, — тихо сказал он, — то у нее нет шанса победить меня.

Мудрец благоговейно поцеловал камень, словно священный амулет, который гарантировал ему победу в предстоящей битве. Он положил его в коробку и несколько раз моргнул.

Напряженные мускулы Ранальфа расслабились, как только корбал убрали со света. Мудрец опустился рядом и протянул к наемнику руки, пока тот не пришел в себя.

— Отойдите и не вмешивайтесь, — предупредил он Николаса, однако принц не двинулся с места.

Чародей бросил в него сердитый взгляд и что-то прошептал. Через мгновение лорд-маршал оказался на спине. Не успел он отдышаться, как вокруг появилась сверкающая воздушная паутина — бестелесная ткань, которая пульсировала в такт его сердцебиению. Через нее было плохо видно, словно сквозь стекло под дождем. Когда Николас попытался коснуться ее, словно железный кулак ударил его в грудь, посыпались синие искры, опалив кончики пальцев.

Обезвредив Николаса, Мудрец взял голову Ранальфа ладонями и заговорил. Наемник тотчас дернулся, будто его ударили, а потом расслабился. Брандегарт приложил к его глазам по пальцу.

— I nunc tu qui mandata mea persequeris.

Он щелкнул пальцами. Ранальф вздрогнул и изумленно осмотрелся, как если бы только что нарушили его сон. Он поднялся на ноги, забыв о недавней боли.

— Ранальф? — закричал принц. — Ранальф, ты в порядке?

Наемник с неестественным спокойствием кивнул:

— Да, все хорошо.

Чародей велел Дриане позвать стражников.

— Заберите его, — приказал он, указав на колдуна. — Я потом решу, что с ним делать. Он не окажет сопротивления, — равнодушно добавил Мудрец. — Ему это даже в голову не придет.