Джулия Смит - Мудрец острова Саре

Он оперся на известняковую стену коридора.

— Я говорила, что сложно будет склонить ее на нашу сторону, — сказала Дриана. Мудрец промолчал, она коснулась его руки и добавила: — Боюсь, не все женщины так легко поддаются твоим чарам, как я.

Островитянка выбрала не лучшую тактику. Она хотела просто пошутить, а Брандегарт посмотрел на нее с полным отвращением, будто именно этого и боялся. Не то чтобы Дриана могла его уличить в измене. С того момента как он занял свое положение восемь лет назад, ему никто ни в чем не смел отказать, включая женщин.

— Боже мой, эти рэйкцы сделали из нее философа, а не воина! — выкрикнул он, ударив кулаком по стене. — Она разглагольствует о благочестии, вместо того чтобы сражаться с врагом!

— Если ты так хотел получить ее согласие, то почему не послал для начала в Кайт Николаса с положительным отзывом? Тебе не стоило бы труда околдовать его, и у Атайи не было бы повода для недоверия. Или просто сказал бы, что ее брат у тебя в заложниках, она сразу пошла бы на любое предложение.

— Я подумал, что подобное вмешательство нарушит пророчество. Не могу понять: она дала отказ, значит, оно все равно не сбылось! И как она посмела отвергнуть меня? — кричал Брандегарт, откровенно растерянный таким поворотом событий. — Трибунал проверяет каждый закуток, лорнгельды болеют и прозябают в муках. Возможно, они искренне верят в ее учение, но желудок им не наполнишь. — Брандегарт потер витые серебряные браслеты, словно они были оковами, которые раздражали его. — Дамерон пророчил, что она получит помощь от неожиданных союзников. Кому еще это быть, как не мне?

— Однажды Атайя получила большую сумму денег, — осторожно поведала Дриана. — От кого-то на юге, с кем она раньше даже не встречалась, от человека по имени Адам. Может, об этом писал Дамерон. На ее сторону мог перейти кто-нибудь еще после того, как я уехала. Возможно, ты просто неправильно трактовал предсказание.

Мудрец впал в ярость.

— Никогда не высказывайся на подобные темы, — гневно бросил он. — Ты не принадлежишь к моему народу и не имеешь права критиковать мои суждения.

Дриана смущенно опустила голову.

— Прости, — пробормотала она дрожащими губами. — Ты, конечно, прав.

— Нет-нет, только не плачь, я этого не стерплю. — Со стоном раскаяния Брандегарт прижал ее к себе. — Не надо быть колдуном, чтобы понять, как глупо я себя веду, — признал он, по-отцовски поцеловав даму сердца в лоб. — Возможно, мое предложение было преждевременным. Или ее отказ и сопряженные с ним действия с моей стороны предрешены. Да, наверно, так и есть. Если я неправильно понял пророчество, тогда то, что я собираюсь сделать, ему не противоречит. В конечном счете мое предназначение — обеспечить восхождение лорнгельдов к власти.

Дриана взглянула на стражников в конце коридора.

— Значит ли это, что ты намерен осуществлять второй план?

— Ее высочество не оставила мне выбора, — ответил он, не скрывая сожаления. — Если Атайя не хочет признать меня, это должен сделать ее народ, из чего следует, что они будут вынуждены разочароваться в ней.

— И когда такое произойдет, — подвела итог Дриана, — им понадобится новый предводитель.

Наконец ей удалось вынудить его улыбнуться.

— Идем, Дриана, нас ждут гости.

Островитянка последовала за ним по коридору до простой дубовой двери, у которой стояли караульные в форме. Их присутствие было чистой формальностью: Брандегарт обезвредил пленников сдерживающим заклинанием. Дриана подозревала, что он сделал это, чтобы поиздеваться над Ранальфом.

Принц Николас в задумчивости сидел у ярко пылающего камина, а наемник сердито расхаживал взад-вперед, не находя себе места после долгих часов неволи. Мудрец подошел к ним.

— Боюсь, ваша сестра меня разочаровала.

Ранальф одобрительно фыркнул:

— Умница.

— Возможно, — признал чародей, — но она приняла глупое решение. В любом случае это уже не важно. Атайя заложила фундамент: распространила по всему Кайту весть о том, что лорнгельдам не обязательно умирать вследствие отпущения грехов. Однако что касается их обучения, тут должен появиться я и сказать им, что в их силе заложено больше, чем говорит Атайя Трелэйн.

— Они никогда не пойдут за вами, — заявил Николас. — Своими страданиями она заслужила преданность.

Брандегарт наклонился к нему ближе.

— Да, но надолго ли это? — поинтересовался он. — Только время способно доказать.

Николас вскочил на ноги.

— Если вы причините ей вред, я…

— Что вы? — вяло спросил Мудрец. — Убьете меня? Посмотрел бы я, как у вас это получится. Откровенно говоря, я не собираюсь делать ей больно. Не напрямую, — добавил он и строго взглянул принцу в глаза. — Однако за поступки других людей я не отвечаю.

Комната погрузилась в тишину, стало слышно, как потрескивает огонь в камине. Ранальф ахнул:

— Нет, черт возьми, ты не посмеешь! Ты не тронешь принца Кайта!

Брандегарт прищурил глаза:

— На свете крайне мало вещей, которых я не посмею свершить.

Затянувшееся молчание наемника убедило Николаса, как ничто иное, что Мудрец сказал правду. Затем в неожиданном приступе ярости глаза Ранальфа заметались по помещению в поисках оружия — любого оружия. Он схватил железную кочергу, губы лихорадочно зашевелились, из кончиков пальцев вырвались разряды зеленого пламени, охватили незамысловатую стальную палку, превратив ее в светящийся меч.

— Тогда тебе придется сначала убить меня, — сказал он и встал на пути чародея.

Брандегарт невозмутимо оглядел меч.

— Это будет проще, чем тебе кажется, — отметил он. — Успокойся, подобными театральными жестами меня не остановить. Я Мудрец острова Саре, и моя воля — закон.

— Тогда я поменяю закон! — крикнул Ранальф и взмахнул мечом рядом с хладнокровным лицом мага, оставив в воздухе зеленую дымку. — Я оспорю твой пост Мудреца. Я вызываю тебя на бой, Брандегарт из Крю, прямо сейчас, прямо здесь.

Николас вскочил на ноги.

— Не делай этого, Ранальф!

Дриана бросилась на шею чародея:

— Нет, Бранд, ты еще не поправился от последнего сражения!

Однако Мудрец лишь ухмыльнулся:

— Правда, Ранальф, какой эффектный шаг. Дриана, дорогая, принеси из моего кабинета черную коробку с камина.

Тонкие брови поднялись от удивления при столь быстрой смене темы, но страх тотчас развеялся. На лице женщины появилась едва заметная улыбка, и она вылетела из комнаты.

— Ты это на полном серьезе, так? — спросил Брандегарт, оценивая позу и сноровку наемника, словно подумывая нанять его на службу. — Похоже, что да. Однако, может, ты забыл, что я не обязан принимать вызов больше одного раза в год? В другое время я получил бы удовольствие от битвы с тобой, но сейчас у меня нет сил на подобные безрассудства.