Колин Мэлой - Подземелья Дикого леса

Не слушая его предостерегающего бормотания, она все скорее тянула старика за локоть через лес. Помеченные деревья теперь попадались постоянно; стоило ей подумать, не потеряла ли она след, как на глаза тут же попадалась новая метка. Через какое-то время они дошли до уже знакомого Элси возвышения, преодолели его, и Кароль, ахнув от изумления, обнаружил, что обеими ногами крепко стоит на твердой поверхности дороги.

Элси широко улыбнулась, пытаясь отдышаться.

— Видите? — сказала она. — Это не фокус!

Кароль против воли громко хохотнул и, сияя, ласково похлопал девочку по макушке.

— Ты, значит, не шутила? — Он глубоко вдохнул, словно впервые за целую вечность вышел на свежий воздух. — Далеко она идет? Можешь описать?

Призвав на помощь все свои художественные способности, Элси принялась на одном дыхании перечислять каждую деталь.

— Она длинная. И вся в снегу. Судя по виду, по ней ездили; вот, под ночным слоем снега остались следы колес. И… не знаю, что это… отпечатки копыт, наверное. Лошади. — Она внимательно оглянулась. — Она извивается. Как лента. Как дороги в деревне. Похоже на… Как-то летом папа с мамой арендовали домик. В «Сестрах».[12] К тому домику вела такая же дорога. Совсем такая же. А вон, на той стороне, каменная штука с рисунком. Там птичка и стрела, как мы и говорили.

— Ну и ну, — сказал он наконец. — И вправду не фокус. Не игра света. У тебя дар, Элси.

— Ну, учительница мне говорила, что я хорошо описываю.

Слушая весь этот подробный рассказ, Кароль улыбался.

— Нет, — поправил старик. — Твой дар в том, что ты можешь проходить через внешний пояс. Его законы тебя не останавливают. В тебе, Элси, течет лесная магия.

Вдоль изогнутой ленты дороги свистел ветер. Девочка потеряла дар речи. С обочины послышался шум; оглянувшись, она увидела, как из зарослей папоротника появилась ее сестра в запачканном грязью комбинезоне.

— Извините, я отстала, — сказала та. — Споткнулась. Хорошо, хоть не потеряла вас! Ну, что? Нашли дорогу, здорово.

— Это Рэйчел? — спросил Кароль. — Это твоя сестра!

— Да, — выдавила Элси.

— И она тоже! — воскликнул старик взволнованно. — Так я и знал! Как только я вас увидел… коснулся… я почувствовал. Сразу не смог понять, но теперь все ясно. Ясно как день. Магия леса в вас обеих. Это у вас в крови, не иначе! Но как… — Тут он помедлил и задумчиво сжал губы. — Как ты сумела… — Он скользнул рукой по рукаву пальто в том месте, где только что лежала ладошка Элси. — Ты… ты… — пробормотал он. — Ты меня провела. Провела с собой. Касаясь. Держа за руку. — На его лице снова появилась улыбка. — Вот оно! Вот как оно на самом деле!

Старик без помощи своих провожатых изобразил посреди дороги неуклюжий победный танец.

— Как просто! — воскликнул он, и его голос зазвенел в воздухе. — Совсем просто! — Кароль раскинул руки, ища опоры. — Элси, Рэйчел, — подозвал он. — Идите сюда! Идите ко мне!

Девочки послушно подошли; он схватил их за плечи и ласково сжал.

— Вы спасли нас! — сказал он. — Кто же знал? Но разве можно знать, что таится в самых дальних уголках твоего существа?

Элси широко улыбалась, по-прежнему не имея понятия, что сказать. В голове вертелось множество разных мыслей, и они никак не хотели выстраиваться в ряд. Что такое эта магия леса? И откуда она у них в крови? Ее мысленный взор тут же обратился к Кертису. Значит, в нем тоже есть лесная магия, обязательно. Эта идея взорвалась у девочки в мозгу миллионом разных возможностей.

— А где Марта? И Майкл? — спросила она, коротко оглядевшись. Хотелось разделить с ними радость.

— Я думала, Марта с вами. Она же тоже держала Кароля под руку.

Тот с заговорщическим видом приложил палец к носу.

— Я знаю; они остались во внешнем поясе. Понимаете? Все так просто. Проще некуда.

— Что просто? — спросила Рэйчел.

— В последние минуты меня вела только Элси; Марта отстала. Должно быть, это случилось до того, как мы вышли из внешнего пояса. Если моя догадка верна, а я готов побиться об заклад, что верна, они остались далеко позади, застряли в том же вечно повторяющемся однообразии, которое мы все нынче зовем домом. Идемте! Найдем их! — И старик зашаркал к обочине без всякого участия помощников, будто на мгновение забыл о своем увечье. Но тут же остановился и щелкнул пальцами. — Извиняйте, забылся. Я же не вижу дороги.

Сестры, ошеломленные этим потоком удивительной информации, подошли и взяли его под руки. Все трое вместе шагнули обратно в лес.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Следуй за зеленым кабелем

— Это все, мистер Антэнк, сэр?

Джоффри показалось, что голос этот донесся до него через какое-то огромное пустое пространство; будто слабый отголосок радио, включенного на минимальную громкость на чердаке дома, в котором сам ты сидишь за обеденным столом. Он определенно был реален, но так далек, что уловить было почти невозможно. Но вот он раздался снова.

— Я, наверное, закончу на сегодня, мистер Антэнк. Если вы не против.

На одно бесконечное мгновение Джоффри заставил себя отвлечься от того, что держал в руке, и осознать происходящее: он был в цеху. Вокруг раздавался механический шум множества станков. За окнами царила тьма. Антэнк понятия не имел, который был час и сколько он уже простоял вот так. Такое ощущение, будто в эту секунду вся информация у него в мозгу просто стерлась. Опустив взгляд, Джоффри обнаружил, что держит руки на животе, будто священник во время мессы. И вдруг он вспомнил все.

— Сэр? — снова раздался голос. Это, без сомнения, был мистер Гримбл.

— Да, Гримбл, — отозвался Джоффри.

— Увидимся завтра, сэр.

— Да, Гримбл.

— С утра пораньше.

— С утра пораньше, Гримбл. — Воспоминания накатили волной; взгляд опустился на сложенные руки.

Осторожно раскрыв ладони, он увидел нечто. Оно было маленькое и бронзовое. И почти совершенное. Самая точная и безукоризненная деталь, какую он когда-либо изготавливал за всю свою карьеру. Одного взгляда на нее было бы достаточно, чтобы заставить разрыдаться самого жестокосердного механика — настолько безупречны были ее нарезанные алмазом зубцы и гладкие параболические изгибы. Представить себе, как она используется по назначению, увидеть плавное перетекание этой детали и ее бронзовых собратьев друг в друга в танце беспрерывного движения было бы божественным откровением.

И все же она была лишь почти совершенна. Почти, но недостаточно.

Он обернулся и выбросил ее в мусорный бак неподалеку, где она, скорбно звякнув, присоединилась к куче таких же идеальных и таких же забракованных шестеренок.