Виктор Костин - Мир зеленого солнца

Да, у имперцев в тюрьме условия конечно не очень, но здесь было хуже. Послушник Инин тоже был здесь и прятал глаза, как я видел, он был слегка пьян или не слегка, может это его естественное состояние. Священник Апосотолин попытался сделать ему внушение, и заставить читать молитву «Единому», но в ответ нарвался на такую брань, что уже был и не рад, а когда ему сказали, что его заменят. Он задал один вопрос, когда и на кого. Больше священник Апосотолин его не трогал. А, когда мы здесь пробыли две недели, уже и священник Апосотолин, вечером позволял себе по маленькой. Здесь почти никого нет. Сам барон с подругой и детьми спит в соседнем нет, не замке, а что-то чуть лучше шалаша и с кайре вместе. Здесь такой запах и эти ползки. Они кругом, барон еще сказал, что сейчас ничего, а вот по теплу сюда приползут и ядовитые ползки, вот, это страх. Я уже и не рад, что сюда дошел, и с первыми погожими днями отсюда уходим и желательно побыстрее, Харе-Лельку. Священник Апосотолин уже и не ругается с послушником, а все дни напролет расспрашивает его о том, как здесь и что. Он неплохой рассказчик и его приятно послушать, тем более что больше и некого.

Барон с нами не разговаривает. Он сказал, я дал вам жилье, а мои мысли и слова оставьте мне. Вот так и прошел этот месяц, наконец, мы смогли отсюда уйти. Как же рады были лучники, а их осталось только семеро. Еще двоих, задушили ночью ползки.

Вот и переход кончился или кончается. Как здесь не понятно все. Я немножко покуролесил и переименовал под себя. Так что здесь уже весна, зима, лето и осень. Мне привычней, а местные привыкнут, кайре, тем все равно, а благородные так вроде и не против. Ввел рукопожатие, пустячок, а приятно. Пока еще войков мало, но ловчие ямы мы наделали, и за три дня уже два волка. Пробуем его стричь и шерсть перегонять в нить.

Честно, пока не очень, сам процесс я знаю, а конкретно, каждый момент, нет. Сотан это местный управляющий говорит, что в столице делают шерстяные изделия, но заняты только имперцы, или очень к ним приближенные. Так что все методом тыка, пока получили один клубок, но и, то хлеб. Сети здесь не делают, а вот такие решетки из веток применяются, рыбу окружают и там уже бьют.

Стали копать глину, здесь ее завались, а вот с песком проблема, нет его. В реке приходится мыт как золото. Когда первый раз сказал что мне надо, то даже благородные смотрели на меня как на кайре. Я всем объяснять для чего не стал, мойте, сказал и все. За день намыли две мерки. У Хаарома Каледас экспроприировал его пилу, пошел пилить лес на древесный уголь. Тоже смотрели, как, я после уже понял, и теперь за такой взгляд сразу по роже. Такое уважение ко мне появилось, а пришлось и этим благородным пару раз заехать, ну силу я рассчитывал, конечно, но когда как. Вот так и зарабатывается авторитет.

Даже выражение в народе пошло, мне разведка донесла, если лор Демон сказал делать, значит делай, а то все равно будешь делать, только еще и голова заболит. Сегодня великий день, построенная печь высохла, и мы ее загрузили нашими изделиями, как оно пойдет, я слегка мандражирую, хотя на кирпичном заводе был и технологию помню, но все же. Всю ночь пока горело, бегал смотреть, потом весь день остывало и только следующим утром раскрыли и что. Половина посуды потрескалась и развалилась, но половина вышла вполне приличной и прошла испытание нагревом.

Это событие застал и Езус Тодас, он пока печи не строил, да и не очень он понял, что к чему. Но когда он увидел что в одной печи можно получить до трех четырех дюжин мисок или две дюжины кувшинов, то впал в ступор. Здесь миска стоит почти золотой или чуть меньше, я так понимаю, или золото дешевое здесь, или кто-то кого-то крепко дурит. Когда я ему предложил по четыре миски за золотой, причем в обмен на уголь, то согласие было немедленно получено. Вот такие радостные новости. После этого я тут же заложил еще две печи, и думаю сделать меха для наддува и выплавки железа, но как всегда на все времени не хватает.

Как я раньше жил, а ведь здесь ни телевизора, ни магнитофона, где мои вечерние новости. Правда есть две рации, но я как-то не придумал им применения, да и честно, нет в ней особой нужды. Далеко она не действует, а рядом и на лошади, ничего успеют. Поговорил с Хааромом когда будет первый караван, выяснил следующее. Через три недели от последнего дождя, плюс минус два дня. Так прошла уже неделя и три дня, пока ждем.

Кончились дожди, я уже и не мог дождаться, когда. Всех кайре погнал в копуши, да и благородные туда пошли многие. Особо близким, я дал задание намыть песка и копать глину. Двое так мне стали говорить, мол, помнишь два перехода назад, как имперцы смеялись, мол, опять хочешь. Так, сказал всем заткнутся и поспорил на золотой со всеми самыми умными, а демону я верю. Он врать не будет, не зачем ему это. Как и говорил демон, сколько брать песка, надо подбирать, а я пожалел, думал глупость много вложить и просчитался, где больше там прекрасно все вышло, а где мало там все потрескалось, как и первый раз.

Хааре-Лелку все это ерунда, главное десять золотых, я в карман положил, а именно с десятью я поспорил. Во второй раз, а я заложил постройку еще трех печей и первую заложил изделиями снова. Вышло все просто отлично, только две миски и один кувшин лопнул, ну на это даже и внимания никто не обратил. Я уже половину людей на мытье песка поставил, а ну, это же выгоднее чем золото. А вот и мысль, это сколько же эта миска стоит в империи Стор, если у меня так получается, да они же нас обманывают и даром берут наше золото. Как бы то ни было, а миски мисками, но надо сказать брату и если успею отцу. Пошел собираться, и на утро поеду с лучниками к брату.

Как хорошо, что кончился этот переход, и дождя больше нет. Мой Демон Ахнтоон в овраге около леса понаделал каких-то труб из глины, и зовет это печь для выпечки тарелок и кувшинов. Нет, я, конечно, ему, верю, но ведь у Тодаса Соколиса ничего не вышло, я, же ему уже рассказывала. Всю ночь он бегал и как этих войков не боится, хотя, что их боятся. Вон, я на веревочке двоих вожу и ничего, даже бывает и стукну их, когда они не туда, куда надо лезут. Зато как меня кайре боятся, как, как благородные лора Демона, вот. Сегодня мой Демон Ахнтоон сделал миски и кувшины и такие гладкие и хорошие, как нам привозят купцы, и там брат был и приехал этот барон Езус Тодас. Он привез этот уголь, вот так называется, а по мне зола золой. Только зачем он, и так дорого, говорили за один золотой, а ему отдали за четыре миски, а миски же дорогие. Я так Демону Ахнтоону и сказала, что он ничего не понимает. Ой, мне так страшно было, когда так говорила, он другим как двинет по уху, они это и падают. Мне он только улыбнулся, и сказал, и где ты эти миски купила. Теперь мы будем с посудой, и кувшины у нас, и казаны большие и все, все будет.