Виктор Костин - Мир зеленого солнца

Хот и невелика потеря, а плохо. Вот так и втолковывал сыну, а больше советовался с Толлой. Когда дошли до денег, то здесь было лучше. Хоть и не получил денег за рыбу и дерево, но брат и отец обещали передать по теплу. Так что здесь все хорошо. Еще не понятно, что говорил этот демон по поводу золотиса, что он возьмет весь и без налога. Это где же он нашел возможность его сбывать. Неужели в Горном, ну демон он уже везде был. И кому там он его сбывает. Там же только имперцы. Так стой, какие имперцы, там шаманы Астрала, точно, вон, кому он сбывает, но за связь с шаманами смерть. Ага, кому смерть, демону, даже не смешно. Так, что я своим сказал так. Золотис моем, и весь, ну чтобы не очень заметно, часть все же поменяем, а так весь мне, и как дожди кончатся. Я сразу, прямо, сразу иду к брату, и ему об этом говорю и его надо к этому демону по поводу золотиса. А то, что это и тафом поделись и кайре дай и лучников дай. А мне что, только корми этих, так все хорош, все Толла я молчу, пошли спать, до утра, устал я что-то.

Телинко дюж-дюж империя Стор

Проклятье как может быть все хорошо. Ах, Ахмар, Ахмар твои прекрасные глаза сияют в ночи как…. Кашану дух песков чтобы тебя пожрал, проклятый визирь, и всех твоих соглядатаев. Нет, ну так попасться на свидании с моей Ахмар. Теперь мне предстоит на переход идти, в эту «Единым» проклятую страну. Где есть эти глупые кайре, вроде так их зовут и чванливые благародные как они себя зовут. Да, Кашану забери вас, как мне не повезло. Ведь все было хорошо и Ахмар, да что теперь говорить. Со своей сотней, какое гадкое слово, если бы не требование императора никогда бы так не называл (слово сотня в империи созвучно с названием вонючего паука, поэтому сотня еще говорят, а сотник никогда, осталось старое дюж-дюжин)

На верблюдах отправились до границы с королевством Крамен, где часть пересядет на лошадей, а в основном пешком из-за их природы и этих диких шарков. На лошади невозможно ни удрать, ни проехать в некоторых местах. Десять переходов назад он там уже был, и ему очень не понравилось. Никчемная страна, только золото делает ее привлекательной, но только если его кто-то будет добывать. Например, эти кайре, и при помощи благародных отдавать нам, даром ха-ха. Какие глупые благородные, а мне с ними надо торговать и улыбаться, да я, ах, Ахмар, Ахмар.

Три дня ехали до границы. В воздухе уже чувствуется влага, а что будет, когда перейдем границу. Сегодня утром я покинул благословенную империю, еще почти день и ночь будем ехать на верблюдах, а в Метлосе придется пересесть на лошадей. Почему так, нам ничего не говорят, но я не понимаю, ведь верблюд отлично переносит местную влажность и эти шарки ему не так страшны, а то эти низкие лошади, но приказ есть приказ дальше Метлоса, ни одного животного из империи.

При прибытии в Метлос к нашей дюж-дюжине присоединилось двадцать этих торгашей купцов, и еще десяток колесниц их здесь телегами зовут, и запряжены они, такими как лошади, но не лошади, а олы зовут. Они очень медлительные, но сильные и едят все подряд. Мы одному скормили убитого шарка, они и его съели. Все воины так смеялись, но вокруг были местные благародные и они сказали, это нельзя. Шарки это зло, а вы его к себе привлекаете, это к несчастью. Я им только посмеялся в ответ. И так большего несчастья, чем то, что я должен сопроводить караван из Метлоса в Горное. Только оттуда вернутся в империю, нельзя и придумать. То, что мы на верблюдах могли проехать за три дня, мы здесь едем на этих олах уже шесть дней, и до столицы Крамена Милоса и прибудем только к утру. Нападения шарков почти нет, ну, было одно и все, а то тут некоторые из купцов которые, так восприняли со страхом, что олы эти шарка съели. В Милосе отдохнули всего день и взяв из местного отделения Синода еще троих священнослужителей поехали дальше.

Так все спокойно и ротации нет и никакой ереси не замечено. Если бы еще двигались побыстрее, то и совсем я уже согласен на такие путешествия, тем более что они очень прибыльны. Смешно сказать, за глиняную миску дают три золотина (1железо=3 золотых, золотой 1= 4 золотина, 1 золотин=3 серебряных, 1 серебряный=4 серебрушки). Да, у нас за эту миску и серебрушку не дадут, если она без рисунка. Так что многие в свой хабар вложат только миски и все, чтобы при переходе поменять на деньги и там уже взять еды или еще что. На границе тоже нас понимают, и просто с каждого по миске и все, верблюд не выдаст, шарк не съест. До столицы Милоса этого, никто ничего не продает, а вот в столице можно сдать скупщику по полтора золотина, или самому нести дальше, и продать уже в замках баронам или тем же лучникам или благородным по полной цене. Многие так и сделали, часть отдали скупщику, лишь бы хватило на первое время, а остальное повезут дальше, тем более что большую часть товара, там ткани и черепицу для дворца короля и трех баронов здесь уже оставили. Черепица в Крамен идет только по заказам баронов, на их одно здание в замке и все, это такое небольшое унижение, как по мне нашего императора. В империи Стор уже нет домов крытых не черепицей, а здесь, наоборот только их камышес и все.

Мотилко дюжин-дюжин (сотник по нашему)

То, что пошли через болота это конечно быстрее и шарков здесь поменьше. До вечера было только одно нападение и то вначале. К вечеру дюжина сопровождения ушла обратно, а мы пошли дальше. Почему это все говорят, и священник говорит, что он прижимистый этот барон Маратос, а нам даже дал еще дюжину, чтобы пройти опасный участок, не понял. Ночью пошел дождь, и мы серьезно стали тонуть. Нет. По такой местности еще можно было передвигаться, а вот дальше. Кое-как вплавь пересекли левый Лирч и тогда встал вопрос, а что дальше.

То, что до столицы мы не дойдем и так ясно, возвращаться, священник Апосотолин был против и после долгих споров решили идти к барону Понтосу или как он звал себя. Хозяин болот Кастос Понтос. У него было сотня хуторов и ни одной деревни, его замок это три лачуги и десяток шалашей на деревьях. Он живет со сборов трав и добычи ползков. С него и налогов не брали, да и как их взять, кто к нему пойдет и живым вернется. В свое время он был очень близок королю, но потом что-то случилось, и он ушел в единственное место, где его не достанут, никто. Даже священника ему не дали, только послушника из числа самых дерзких и бестолковых. Вот к нему и решили идти. Почти неделю шли под проливным дождем и болотам, трое утонули, а одному сломали руку ползки. Все равно дошли, долго кричали, пока вышел сам барон и по хитрой системе дорог через всякие незаметные ямы и рытвины при помощи двух бревен он нас провел в свой «замок».

Да, у имперцев в тюрьме условия конечно не очень, но здесь было хуже. Послушник Инин тоже был здесь и прятал глаза, как я видел, он был слегка пьян или не слегка, может это его естественное состояние. Священник Апосотолин попытался сделать ему внушение, и заставить читать молитву «Единому», но в ответ нарвался на такую брань, что уже был и не рад, а когда ему сказали, что его заменят. Он задал один вопрос, когда и на кого. Больше священник Апосотолин его не трогал. А, когда мы здесь пробыли две недели, уже и священник Апосотолин, вечером позволял себе по маленькой. Здесь почти никого нет. Сам барон с подругой и детьми спит в соседнем нет, не замке, а что-то чуть лучше шалаша и с кайре вместе. Здесь такой запах и эти ползки. Они кругом, барон еще сказал, что сейчас ничего, а вот по теплу сюда приползут и ядовитые ползки, вот, это страх. Я уже и не рад, что сюда дошел, и с первыми погожими днями отсюда уходим и желательно побыстрее, Харе-Лельку. Священник Апосотолин уже и не ругается с послушником, а все дни напролет расспрашивает его о том, как здесь и что. Он неплохой рассказчик и его приятно послушать, тем более что больше и некого.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});