Сергеевич Клеванский - Земля, которой нет

- Бонг!

И в мир словно вернулись звуки. Я услышал гомон толпы, тяжелые хрипы выживших, я мертвенное бульканье умирающих, чья кровь толчками била из рассеченных артерий. Оглядевшись, среди груды тел, среди покрасневшего метала, среди ручьев крови и вязкого песка, прилипшего к гладиатором, я увидел лишь десятерых. Десятерых, кто стоял на ногах, кто сверкал ранами и порезами, но все же гордо смотрел в сторону севера, прямо на золотую ложу.

Я, вырвав из ноги каменную иглу, придерживая пострадавший бок, встал рядом с живыми, оставляя мертвых за спиной. Ноги буквально утопали в размягченном от крови песке, а ветер лишь задувал в глаза пот и все тот же песок.

- Первый раунд закончен! - оповестил всех старик. - Десять стойких, проходят дальше, где их будут ждать новые испытания на пути к воинству Термуна! За сим, я объявляю первый день Состязания закрытым! Во славу Термуна!

- Во славу Термуна! - грохнуло толпа.

- Во славу Термуна, - сквозь боль, но с достоинством, процедили стоявшие гладиаторы, с которых ручьями катился не пот, а кровь. Своя и чужая, но больше - чужая.

- Что за демовщина? - сплюнул я, раз за разом пытаясь воззвать к волшебству.

Но оно молчало, будто и не было его никогда. Что ж, вывод только один - либо я стал обычным смертным, либо здесь не было магии. Так или иначе, мой первый день в Долине Летающих островов подошел к концу.

Глава 2. Задний двор

Прошло вот уже семь дней, с тех пор как закончилась битва на арене. Семь дней, в течении которых все что я видел - край города и море облаков сквозь зарешеченное окно коморки, в которых поселили всех выживших. Семь дней полных умственных и физических метаний. Семь дней, когда ты уже не понимаешь, дотянулся ли ты до обманувшей тебя мечты, или умер и попал в чистилище. Но начнем по порядку.

Когда зрители покинули трибуны, но песок вышли сотни копий Левого и Правого и они, вместе со старшим маласом, повели нас на задний двор этого комплекса. Двор этот был объемен по площади, но словно замурован в неприступные, высокие стены, коробкой смыкающиеся по периметру. Первое, что я тогда приметил - плац и десятки разнообразных боевых снарядов. От механических манекенов до стоек, от подобия шведских стенок и до настоящего арсенала у западной стены. Все это наводило только на одну мысль - это была тренировочная зона. Клянусь всеми богами, в этот раз я хотел ошибиться в своих догадках, но, увы - не судьба. Я был прав.

В тот вечер нас расселили по коморкам, таким маленьким, что больше походили на кладовки. В них стояли простецкие кровати с жесткими матрасами и... все. За исключение стула и тяжелых решеток на окне, это все что можно было найти в коморке. После пары минут, отведённых на обживания минимума жил.площади, нас всей толпой в десять человек, отвели в столовую. Так я назвал длинный стол с убогими скамьями, на котором стояли миски в счет и кружки в счет. В качестве еды предлагалась дико питательная, но жутко невкусная серая жилейная жижа. Всего после десяти ложек этой гадости, я понял, что во-первых объелся, а во-вторых - меня либо вырвет, либо я потеряю сознания. Хорошо хоть в кружке была обычная вода.

Как вы понимаете, у меня не было возможности поговорить со своими собратьями по несчастью. Хотя бы просто потому, что они этот поворот судьбы, судя по их светящимся мордам, принимали за великую честь и счастье. В общем - странные тут дела творятся. В целом, на этом первый день действительно заканчивался и нам было дозволено отправиться почивать.

На следующее утро всех подняли с рассветом. Радует, что на летающих островах рассвет наступает несколько позже, чем на земле, именно поэтому я успел неплох выспаться и даже чувствовал себя готовым к новым свершениям. Увы, я был слишком наивен и самоуверен. Собственно, я всегда самоуверен, но это уже лирика.

Утром на стуле я обнаружил сложенный комплект вещей, что заставило меня в кое-то веки сожалеть о том, что больше нет магии. Кстати об этом с я старался не думать, так как на носу были более насущные проблемы.

Облачившись в самые простые холщовые штаны и шитую рубаху, я вышел в коридор. Там уже стояли остальные выжившие, одетые точно так же. Каждый держал в своих руках и личное оружие, поэтому я незамедлительно метнулся в "номер" где прихватил сабли. Через десять минут мне все стояли на плацу.

К нам вышел тот самый ветхий, но суровый старик - старший малас. Он толкнул какую-то речь посвященную воинству Термуна, но я так и не понял к чему это и с чем это едят. В общем, буквально через полчаса у меня уже не было сил на самоиронию и даже самый плешивый юморок.

Первым делом нам пришлось раздеться, оставшись в подштанниках. Тут я натуральным образом выпал в осадок. На телах выживших не было ни единого шрама или повязки, а ведь я точно помнил, что бой на арене не дался им так просто, как мне. Собственно, меня окончательно добил тот факт что и моя шкурка сияла цельностью какого-нибудь дворцового вельможи. Ни одного "украшения мужчины" более не сверкало на мне. Ни наследия Мальгрома на боку, ни уродства Харпудова гребня на спине, ни десятка иных отвратительных в своей белизне черт. Все это было неожиданно и странно, но мне вновь не дали подумать.

Старший малас своей тростью указал нам на вбитые в землю бревна. Эти деревяшки, если так можно было выразиться, были всего в половину моего роста, что заставило меня улыбнуться. Как вы поняли - я вновь был слишком самоуверен. Бревна были вкопаны в землю ровно в половину своих истинных габаритов. Нам пришлось их выдирать, обняв словно мать родную. Когда же я пытался под шумок выкопать его, то получил ощутимый удар тростью по спине. Обливаясь потом, ощущая как глаза вылезают из орбит, за полтора часа работы я все же выдрал из земли это бревно, что, кстати, было не самым лучшим результатом.

После такого упражнения шел трехминутный отдых, в течении которого обычные, невзрачные служанки в цветастых нарядах подавали нам эту мутную, рвотную жижу. Отдохнув, мы вновь приступили к упражнениям. Теперь, взвалив эти бревна на плечи, мы должны были бегать по плацу. Весом они едва-едва не доходили до сотни кило, так что после дюжины кругов, я просто плелся, на автомате перебирая ноги. Люди падали. К таким, по указке, подбегали служанки, поднося жижу. Люди вставали. Я не рисковал падать. Не знаю почему, но я просто плелся эти двадцать кругов, а потом рухнул, обливаясь потом и кровью со стертых под мясо плеч.

Вновь жижа, опять три минуты отдыха. После чего растяжки. Вы видели тот знаменитый фильм с Ван-Дамом, в котором его буквально тетивой тянут подвешенным за ветки? У нас было нечто подобное. И это был кошмар, так как такой боли я не испытывал еще ни разу в своей жизни. В какой-то момент я просто потерял сознание, но очнулся от мерзостного вкуса этой "еды".