Марина Добрынина - Весеннее обострение

Встаю, поднимаю. Ага, "Нижний мир, его обитатели и особенности управления". Забавные книжки у нас Терин почитывает в свободное время.

Светлый маг бросает на меня зверский взгляд и что-то рассерженно шипит.

— Ваше величество, — переводит Саффа, — тише, пожалуйста, ему нужно сосредоточиться. Пациент очень слаб.

А я что? Я и не шумлю почти. Так, незваных гостей отгоняю. Приближаюсь на цыпочках к Лину.

— Папа, — шепчет он, — прости, они меня узнали…

— Я не твой папа, — зачем-то поясняю я, и тут же интересуюсь, — а что случилось?

— Они меня вычислили…

И тут Мерлин-младший открывает глаза.

— Вальдор?

Светлый маг отходит в сторону.

— Все, — заявляет он, — я сделал все, что мог. Саффа, ты со мной?

— Я останусь, — робко проговаривает моя старшая придворная волшебница.

Лекарь пожимает плечами и испаряется.

— Ну да, — говорю, — это я. Вальдор.

— А где папа? — спрашивает Лин.

— Папа… Они с мамой пошли поговорить о том, что случилось.

— Абзац… — вздыхает Эрраде-младший и закрывает глаза.

— Лин, тебе лучше? — интересуется Саффа.

— Мне-то да, — слабым голосом отвечает Лин.

Ему-то да. А вот Терина, похоже, сейчас будут убивать. И я, в общем-то, понимаю — за что.

Глава 4

Я не знаю, где оказалась, но это точно не одно из помещений нашего дворца. Разве что какое-то тайное, о котором мне неизвестно. Если это так, то Терин мне сейчас об этом все расскажет, как миленький! Потому что Терин вот он — стоит передо мной как лист перед травой, традиционно за все пальцы привязанный… стоп! На этот раз не привязанный, а прикованный к стене, за каждый палец маленькими такими колечками. Это что ж я его перенесла в пыточную, специально оборудованную для жестовиков?

— Что, Теринчик, тебе это помещение знакомо? — ласково спросила я.

— Дульсинея, Ваши игры начинают надоедать. Я вынесу на рассмотрение Совета вопрос о…

Взгляд его упал на ошейник покорности, который я держала в руках.

Терин тяжело вздохнул.

— Дульсинея, Вы уверены, что знаете, как это работает?

— Ага, — жизнерадостно отозвалась я, — я, знаешь ли, тоже буквы друг от друга отличаю. Читала я твою дипломную работу. Только не знала, что она твоя. Ты, дорогой, подписаться не удосужился.

— Так принято. Мы свои работы не подписываем.

— О, спасибо, что просветил, — поблагодарила я и нацепила на него эту штуку.

Терин молча сжал зубы и одарил меня выразительным взглядом из серии "ну ты и сука".

— Ну что, любовь моя, на вопросы отвечать будем? — проворковала я, освобождая его руки. — Не сверкай глазами, без моего разрешения ты не можешь двигаться. И говорить не можешь. Только на вопросы мои отвечать будешь. Понятно? Отвечай.

— Да.

— Отойди от стены. На два шага. Руки опусти. Вопрос номер раз, где мы?

— Это пыточная в замке Совета чародеев.

— Специально для магов?

— Да.

— Так я и подозревала, что пыточная. И это очень в тему. Что ты можешь мне на это сказать?

— Дульсинея, не надо.

— Надо! А теперь перейдем к более серьезным вопросам.

Я, входя в раж, взмахнула тапком, и камзол Терина испарился. Муж мой остался только в рубашке. Пусть боится, скотина. Пусть понимает, где он, и что я могу с ним сделать. И за что.

Что-то мне не нравится, как он сверху вниз на меня смотрит.

— На колени, — прорычала я.

Терин кажется и сам не прочь бы зарычать, но приказ послушно выполнил. Вот так-то лучше будет.

— Куда и за каким хреном ты посылал Лина?

— В Нижний мир.

Вот засранец! Ответил, называется! Мне из него подробности по капле вытягивать что ли?

— Подробнее! — рявкнула я.

Он задумался.

Вот не знаю даже, как это так получилась. Наверно и правда, заигралась я с подарком вальдоровым. Только рука сама поднялась, короткий замах, привычный такой после месяца тренировок на тварях этих ушастых, и вот на щеке Терина краснеет полоса. Терин одернул голову, глаза у него потемнели, а потом в них всполохи зеленые появились. В другое время я бы полюбовалась этим зрелищем, но не сегодня. Сегодня меня волнует не эмоциональная реакция этого мага, а правда.

— Отвечай! За каким хреном ты его туда отправил?

Терин вздохнул и сухо произнес:

— Появились подозрения, что твари не так послушны, как кажется. Лин должен был узнать, что происходит в Нижнем мире.

— Ты чем думал, когда ребенка туда посылал? — зашипела я и снова ударила. На этот раз по плечам. — Что в твоей дурной голове творилось, когда ты принял это решение? Ну?!

Терин только скрипнул зубами, когда хлыст порвал тонкую ткань.

— Это было самое разумное решение — послать Лина на разведку. Сам я не мог. Артефакт меня не слушается.

Слова с трудом давались Терину. Конечно, говорить-то он вряд ли хочет, да только вот приходится отвечать. Хотя мои последние вопросы были риторическими. Ярость только нарастала.

— Ты знал, что это может быть опасно, скотина ты такая? Знал?

Пока говорила, еще несколько раз его хлыстом огрела. Терин вздрагивал и шипел, как разъяренный кот. Ничего, переживет, сволочь такая! Это надо же додуматься — отправить ребенка на верную гибель!

— Знал и поэтому сделал привязку, чтобы успеть вытащить его в случае опасности.

— Надо же, умница какая! Вытащил, скотина?

Опять удар. Вопрос не требовал ответа, но Терин сверкнул глазами и ответил. Не мог не ответить.

— Вытащил.

— Счастлив? Разведка удалась?

— Я не успел с ним поговорить. Не знаю.

— Падла! Сука! Урод! Маг недоделанный! Скучно ему! Завоеватель хренов! Земли свои он расширить захотел! Вот хрен тебе, а не Повелитель порталов! Хрен тебе, а не Лин! Мразь ты законченная!

Не знаю, сколько раз я его ударила. Не знаю, как сильно я его лупила. Терин не кричал, только шипел сквозь зубы. Мало ему! И пусть спасибо скажет, что бью через одежду. Хотя от этой одежды к тому моменту мало, что осталось.

— Почему ты со мной не посоветовался? — уже спокойнее спросила я и отошла от него подальше, чтобы не соблазниться и не приложить его еще разок другой, если ответ мне не понравится.

— Ты бы не позволила использовать Лина.

— Догадливый какой! А о том, что я бы могла сама сходить на разведку, раз тебе это так нужно, ты не подумал?

— Я бы тебя не отпустил. Там опасно.

— Лина значит посылать неопасно, а меня опасно! Да ты… ты… тьфу!

Я поняла, что если он сейчас не исчезнет из поля моего зрения, то я не знаю, что с ним сделаю. И я позорно сбежала. Хотела было швырнуть на пол хлыст, чтобы он не напоминал мне о том, что здесь только что творилось, но что-то меня остановило. Не стала, забрала с собой, и, бросив своего некроманта в этой пыточной, в ошейнике покорности, перенеслась в Эрраде. Действие ошейника скоро закончится и он сам его с себя снять сможет. И домой дорогу тоже сам найдет.