Лариса Деминская - Песочные часы вселенной. Возвращение.

- Ваш рассказ меня просто потряс, Эмели. Но, отчего вы никому не сказали о своих подозрениях?

- Артур, для того, чтобы обвинять человека – нужны доказательства. А у меня есть  только тяжелые воспоминания и мысли. Мысли, которые не дают мне покоя, - сказала Эмели и снова села в кресло.

- Отчего же вы мне, только что, говорили о невозможности убийства Джеймса?

- Моего мужа из могилы не поднять. Я его очень сильно любила и люблю теперь. Мне хотелось бы верить, что он умер спокойно и тихо. Мне хотелось бы верить, что никто не желал ему смерти. Ведь, на самом деле, Морис может оказаться всего лишь доктором-неудачником, у которого мало пациентов и много долгов.

- И, все-таки, что-то во всем этом мне кажется подозрительным, Эмели. Здесь не все так просто. И я разберусь в этом деле.

- Да поможет вам Бог, Артур. Пусть он поможет нам всем.

Доктор Морис шел от своего последнего пациента. Вечерело, солнце клонилось к закату, приятный летний ветер шелестел в кронах деревьев. Доктор в весьма хорошем настроении, не спеша, шел по парку, повторяя в уме беседу со своим пациентом. Сложная болезнь отступила, и, казалось бы, безнадежно больной поправился. Выслушав слова благодарности всей семьи пациента, доктор, очень довольный собой, мечтал о вкусном ужине и очередной партии в карты. Приятные мысли его были неожиданно прерваны. Ему, вдруг, показалось, что кто-то идет за ним следом. Доктор оглянулся, но никого не увидел.

- Показалось, - подумал доктор, но сердце его нехорошо сжалось, и холодок пробежал по спине.

Морис остановился и оглянулся снова. Алея парка была пуста. Деревья освещались последними лучами солнца, и спрятаться кому-то было негде. Доктор ускорил шаг.

- Ерунда, черт меня побери. Задумался, замечтался. Нет тут никого, - вслух произнес он.

Пройдя еще немного, доктор совсем уже явственно услышал шаги за спиной. Резко обернувшись, он с часто бьющимся сердцем, снова увидел пустую дорожку парка. Страх охватил его сознание. Ему тут же вспомнились все те пациенты, которых он не смог, не сумел спасти, и которые лежали теперь на городском кладбище.

- Господи, - тихо прошептал доктор и быстро перекрестился.

Он стоял неподвижно, напряженно прислушиваясь к звукам парка. Шумел ветер, шелестели листья деревьев, печально пели птицы, но звуков присутствия людей доктор не слышал.

- Господи, - снова прошептал доктор и повернулся, чтобы продолжить свой путь домой. Но, повернувшись, он увидел перед собой чью-то белую фигуру. Она медленно шла на доктора. Доктор  Морис закричал и кинулся бежать в противоположную от дома сторону, но споткнулся о лежащую в траве ветку дерева и упал. Сил подняться у него не было. Листья зашелестели под ногами, и кто-то встал перед лежащим ничком доктором Морисом. Наступила тишина, она нестерпимо давила и глушила доктора, тот медленно открыл глаза, приподнял голову и увидел перед собой край женского белого платья.

«Господи, - уже третий раз про себя повторил доктор. – Это смерть. Теперь и за мной пришла. Всему наступает конец».

Но лежать и ждать того, что может произойти доктор не мог. Он тяжело приподнялся и сел на траву. Всмотревшись в молча стоящую перед ним фигуру, доктор Морис зарычал.

- Ты! Черт бы тебя побрал, дура проклятая! Напугала меня насмерть.

Доктор схватил ветку, об которую споткнулся, и хотел запустить ее в женщину, но не по-женски крепкая рука выхватила ее из его рук. Перехватив ветку поудобнее, рука медленно опустила ее  на плечо доктора.

- Но-но, лучше убери. Какого черта тебе надо от меня, зачем пришла?- грубо спросил доктор, поднялся и принялся стряхивать со своей одежды листья.

Отбросив ветку в сторону, женщина скрестила руки на груди.

- Ну, говори, что тебе от меня надо? – зло спросил доктор.

- Что мне может быть нужно от такого доктора как ты? – тихо ответила женщина. – Ты должен мне помочь.

- Опять?

- Хочешь отказаться?

- Да.

- Это твой долг, ты не можешь мне отказать.

- С чего ты взяла, что я не смогу тебе отказать? Мой долг – лечить людей. Все остальные долги – понятие относительное.

Женщина рассмеялась.

- Морис, ты не откажешь любимой женщине.

- Любимой женщине не откажу. Но ты давно перестала внушать мне чувство любви.

- А что же теперь ты чувствуешь ко мне? – спросила женщина и провела ладонью по лицу доктора.

Доктор вздрогнул.

- Ты - черт в юбке.

- За это ты и любишь меня.

- Нет! Нет! Перестань мучить меня, уходи. Ради того, чтобы ты отстала от меня я готов даже жениться.

- Неужели ты думаешь, что меня остановит твоя жена? Наивный, милый доктор.

- Я не так наивен, как тебе кажется.

- Мне ничего и никогда не кажется, я знаю все наверняка. Я знаю, что ты наивен и жаден до удовольствий. Знаю, что ты любишь меня. Знаю, что вместо обычных кошмаров тебе снятся твои пациенты. Знаю…

- Перестань, - закричал доктор. – Я когда-нибудь убью тебя.

- Нет, доктор Морис, ты не убьешь меня, и, если я заболею, ты будешь нежно и трепетно меня лечить. Ну, успокойся, не будь злюкой. Пойдем, погуляем, смотри какой чудесный сегодня вечер.

Женщина взяла доктора под руку и повела его по парку.

- А, почему бы тебе не пригласить меня к себе? Уверена, ты шел домой и думал о вкусном ужине. Пойдем, съедим его вместе. Что сегодня приготовила тебе твоя повариха?

Морис тяжело вздохнул и пошел со своей спутницей домой.

Вот уже полчаса Артур пытался открыть ящик стола в кабинете, но безрезультатно.

- Патрик, вы не знаете, где ключ от этого ящика стола? – зло спросил Артур Блор у дворецкого, который вошел к нему в кабинет.

Дворецкий задумчиво подошел к столу.

- Этот ящик, вообще, когда-нибудь открывался?

- Да, по-видимому, да, сэр, - ответил дворецкий, стараясь придать своему голосу твердость.

- И каким образом, позвольте узнать?

- Ключом, сэр.

- А я уже подумал, что кочергой, - серьезно сказал Артур.

- Что вы, сэр, как можно портить такой стол кочергой, - недоуменно сказал Патрик.

- Ну, если вы не хотите, чтобы я испортил этот стол, скажите мне, где ключ. Другие ящики стола открываются ключами, а к этому ящику ни один ключ не подходит. Что бы это значило?

- В свое время ваш дядя, Джеймс Блор тоже спрашивал меня об этом ящике, сэр. Он точно так же, как и вы, спросил меня о ключе. Но  я ничем не смог ему помочь, потому что ключи от ящиков стола находились  только у его отца - мистера Генриха Блора. Он любил этот кабинет, подолгу работал в нем и делал здесь потайные шкафы. Возможно, он заказал замок к этому ящику, а ключ хранил у себя.