Тэд Уильямс - Марш Теней

Неясный гул становился громче, и Чет наконец понял, что это вовсе не гром.

— Пропади все пропадом! — воскликнул он. — Прямо на нас скачут лошади!

— Это охота? — спросила жена. Она не могла ничего разглядеть: склоны холмов и низко растущие деревья закрывали обзор. — Ты говорил, сегодня будет охота.

— Кони скачут с другой стороны. Наши охотники никогда не подошли бы так близко к… — У него заколотилось сердце. — О боги, это звуки из-за Границы Теней!

Схватив жену за руку, Чет потащил ее в сторону, подальше от тумана. Их коротенькие ножки вязли в земле, запинались о корни, скользили по мокрой траве, спеша поскорее укрыться среди деревьев. Стук копыт стал невероятно громким, словно кони скакали прямо за спинами удиравших фандерлингов.

Чет и Опал добежали до деревьев и рухнули в заросли колючей травы. Крепко прижав к себе жену, Чет высунулся наружу: из тумана появились четыре всадника на белых лошадях. Теперь они ехали не спеша. Высокие и поджарые кони не походили на обычных лошадей: они моргали, словно не привыкли к свету, хотя солнечные лучи едва проникали сквозь ветви деревьев. Лица всадников скрывались под капюшонами — темно-серыми или даже черными, как показалось Чету, но при этом переливающимися, как масляная пленка на поверхности воды. Было заметно, что всадников тревожит слишком яркий свет в незнакомом месте. Туман клубился у ног лошадей, словно страна теней не желала их отпускать.

Один из всадников медленно повернул голову и долго смотрел в сторону деревьев, где прятались фандерлинги. Видны были только его глаза, блестевшие в глубине капюшона. Чету безумно захотелось вскочить и убежать, но он удержал себя на месте и так сильно прижал к себе Опал, что женщина вздрогнула от боли и попыталась ослабить его удушающие объятия.

Наконец фигуры в капюшонах отвернулись. Один всадник достал из-за седла не то тюк, не то узел и бросил его на землю. Пришельцы еще немного постояли, глядя в сторону далеких башен замка Южного Предела, а потом, не издав ни звука, развернули призрачно-белых коней и поскакали обратно — в колеблющуюся стену тумана.

Чет досчитал до двадцати и лишь после этого разомкнул руки.

— Ты меня едва не раздавил! — застонала Опал, с трудом поднимаясь на ноги. — Что это было? Я ничего не разглядела.

— Я… я не знаю. Они вышли из тумана, потом развернулись и уехали назад…

Все произошло так быстро, что казалось сном. Чет встал, его суставы болели после бега. Он уставился на сверток, что оставили всадники. Сверток шевелился.

— Что с тобой? — окликнула его Опал.

Конечно, Чет не собирался даже прикасаться к свертку. Ни один фандерлинг никогда не совершит подобной глупости: зачем ему вещь, от которой отказались призраки из страны теней? Подойдя поближе, он услышал, что из свертка доносятся едва слышные звуки.

— Там что-то есть! — крикнул Чет жене.

— Много чего на свете есть, — отозвалась та, подходя ближе. — А у тебя в башке пусто. Оставь этот мешок в покое и уходи. Ничего хорошего в нем быть не может.

— Оно… оно живое.

Чету пришла в голову мысль: а вдруг там гоблин или другое сказочное существо из страны теней? Гоблины исполняют желания, так говорится в старых сказках. Если Чет его освободит, гоблин должен исполнить его желание. Что ему нужно — новую шаль? Если Опал захочет, у нее будет целая кладовая новой одежды. А еще гоблин может навести Чета на золотую жилу. Тогда мастера из гильдии фандерлингов будут приходить к нему и, сняв шапки, просить помочь им. И даже зазнавшийся родной братец…

Мешок задергался и перевернулся. Внутри послышалось ворчание.

«Конечно, — подумал Чет, — они неспроста притащили его на эту сторону Границы Теней и выбросили, словно обглоданные кости. Вполне возможно, там нечто очень неприятное».

Из мешка раздался еще более странный звук.

— Ой, Чет, — сказала жена уже совсем другим голосом. — Там ребенок! Послушай. Он плачет!

Чет стоял неподвижно. Все знали, что и по эту сторону Границы Теней бродят эльфы и привидения, умеющие подражать голосам людей. Они заманивают путника с тропинки в глубь леса и губят его. С той стороны не приходит ничего хорошего — это истина.

— Ты что, не собираешься что-нибудь сделать? — продолжала Опал.

— А чего ты хочешь, женщина? — удивился Чет. — Ведь там может оказаться какой-нибудь демон.

— Да не демон там, а ребенок. Если ты, Чет из семьи Голубого Кварца, боишься достать ребенка из мешка, я сама это сделаю.

Чет слишком хорошо знал этот тон жены, поэтому прочитал про себя молитву всем богам земных недр и двинулся к мешку — осторожно, словно к свернувшейся кольцами гадюке. Он ступал с опаской, словно ждал, что гадюка сейчас обовьется вокруг его ног и укусит. Чет подошел к мешку и прикоснулся к серой веревке, которой был завязан мешок. На ощупь она напоминала мыльный камень: такая же скользкая и гладкая.

— Да поторопись же ты, старый!

Сердито глянув на жену, Чет стал не спеша разрезать узел. Под рукой у него не оказалось ничего острее старого ножа, затупившегося от резьбы по камню. Было прохладно и сыро, но к тому моменту, когда узел поддался, на лбу у Чета выступил пот. Из мешка не доносилось никаких звуков, и Чет понадеялся, что существо внутри задохнулось.

— Что там? — крикнула жена.

Только Чет хотел ответить, что еще не открыл чертов мешок, как оттуда что-то вылетело, словно камень, и ударило его по спине.

Чет хотел закричать, но существо из мешка обхватило липкими руками его шею и попыталось укусить через толстую куртку. Защищаясь, Чет даже не видел, кто на него напал. Но тут в борьбу вмешалось третье лицо: Опал оторвала от мужа щелкающего зубами монстра. Все трое свалились в одну кучу.

— Ты… ранен? — с тревогой спросила Опал.

— Где оно? — Чет озирался по сторонам.

Существо из мешка свернулось неподалеку и пристально смотрело голубыми глазами на своего освободителя. Это был худой мальчик лет пяти-шести, потный и взъерошенный, с очень бледной кожей и почти белыми волосами. Он выглядел так, будто провел в мешке не один год.

— Ребенок! Я же говорила! — сказала Опал. Она некоторое время рассматривала мальчика, потом добавила: — Он из больших людей, бедняжка.

Чет потер царапины на шее и щеках.

— Да уж, бедняжка! Это чудовище пыталось меня убить.

— Да ладно, успокойся. Просто ты его напугал. — Она протянула ребенку руку. — Иди сюда, я тебя не обижу. Как тебя зовут, дитя?

Ребенок ничего не ответил.

Опал порылась в широких карманах юбки и достала корочку черного хлеба.

— Ты голоден? — Она протянула мальчику хлеб.