Евгения Петроченко - Весна в стиле фэнтези

— Я ничего не смогуу… Какие… ик!.. тарифы? Зачем я согласииилась? А вдруг…

вдруг Вик меня съест… тьфу… укусит? Я тоже… тоже… вампиром стану? Я не хочууу!

— Дурочка, — Таня меня, как маленькую девочку, прижимает к себе и гладит по голове. — Ну что ты выдумываешь? Вампирство — не герпес, при поцелуях и укусах не передаётся. Ну, что за глупости?

— А как же крооовь? — я почти успокоилась и теперь внимательно слушала.

— Кровь… Кровь для вампиров — это как наркотики для людей. Вызывает привыкание и даже помутнение рассудка, поэтому запрещена. Правда, очень полезна при восстановлении здоровья после серьёзных травм, раны заживают в десятки раз быстрее, но тут уж используется донорская кровь, да и то только в крайних случаях. Живая кровь в десятки раз увеличивает силу вампира, но тут не всякая подойдет. Ты зря беспокоишься о своей безопасности: тебя никто не тронет ни как сестру Вика, ни как человека.

— И все равно я боюсь!

— Страх — это естественное явление. Никто тебе не обещает, что будет легко. Только у покойников проблем нет, а ты вроде ещё живая! Так что утирай слёзки и посмотри, что тебе принесла.

Только сейчас я заметила, что у нее в руках был пакет. Еще не совсем отойдя после истерики, периодически всхлипывая и шмыгая носом, я, тем не менее, внимательно за ней наблюдала. Таня вытащила из пакета (очень колоритного, кстати, — салатового с розовыми сердечками) баночку с чем-то белым, два флакончика как из-под крема, большой тюбик с синей обёрткой и надписью на английском языке и какую-ту непонятную пластмассовую штуковину в виде двух плоских шариков — всё явно магического происхождения. Когда я об этом сказала девушке, она рассмеялась и ответила, что я плохо знаю человеческие изобретения. В общем, оказалось, что пластмассовый неопознанный объект есть ни что иное, как контейнер для линз, а синий тюбик — для них же раствор. Баночка с белым содержимым оказалась тональником, а флакончики с кремом — краска для волос. Два последних средства всё же были волшебные, но их, как объяснила мне Таня, не должны были заметить, так как тысячи разных девушек в Главном пользуются такой косметикой. Черты лица по мере надобности мне будет изменять Константин Сергеевич через зеркало. А потом Таня решила окончательно добить меня и стала учить одевать линзы. Это же ужасно — дотрагиваться до собственного глаза! Я постоянно моргала, а она меня ругала. После того, как с горем пополам мне удалось-таки одеть эти линзы, я оказалась черноглазой, а затем бледнокожей (тональник постарался) и черноволосой. Причем и краску, и тональное средство можно смыть только специальным раствором, который оказался во втором тюбике из-под крема. После всех этих процедур я уже с трудом себя узнавала, но Тане и этого оказалось мало. Она связалась по зеркалу с КонСером, который на меня посмотрел, довольно хмыкнул и что-то пробормотал. Потом пожелал удачи и отключился. Когда изображение вернулось, то в зеркале отражалась абсолютно незнакомая симпатичная девушка. Я отскочила от него и стала к присматриваться к незнакомке. Вы не подумайте, что я тупица, я поняла, что вижу перед собой себя, но все же это было несколько неожиданно. Незнакомка оказалась не такой уж незнакомой, и, присмотревшись, я всё же обнаружила свои губы и разрез глаз, а вот нос несколько изменился. Я была похожа на себя, но в то же время неуловимо отличалась.

Таня дала мне подробную инструкцию по разговору с Виком, а потом сказала, что для связи по зеркалу с нужным мне человеком необходимо лишь назвать его имя. Я назвала его имя и фамилию, а Таня отошла в тот угол, который не отражался в зеркале.

Я сидела на стуле перед зеркалом и чувствовала, как стучат зубы и дрожат коленки. Только бог знает, каких усилий мне стоило усидеть на месте. Пока мутнело зеркало, я уже успела проклясть этот день, Таню, КонСера, Вика, себя и весь белый свет впридачу. Наконец в зеркале отразился… Нет, не Вик, а целующаяся парочка, весьма удобно устроившаяся на диване. Со всех сторон гремела музыка, чуть левее были видны танцующие, но Вика я не наблюдала. Я посидела так пару минут, пока меня не заметила проходящая мимо девушка. Она подошла, спросила, к кому я, и ушла к танцующим. Вскоре подошел Вик в расстёгнутой наполовину рубашке и со стаканом в руке. Вот наш интереснейший разговор:

ОН (сгоняя парочку с дивана и устраиваясь на нем): Привет, а ты кто?

Я (запинаясь): Я Лера, но ты меня не знаешь.

ОН (нахмурившись): Тогда что тебе от меня надо? Надеюсь, ты не очередная подружка Кири?

Я (запинаясь ещё сильнее): Кого?… Я вообще-то твоя сестра… и мне нужна твоя помощь.

ОН (несколько огорченно): Жаль. Но сестра — это святое. Чем могу — помогу.

Я (немного осмелев): Дело в том, что я переезжаю в этот город, а из родственников ты тут один. Ты не мог бы помочь мне освоиться?

ОН: А чего именно сюда?

Я: Долгая история, потом расскажу. Так ты мне поможешь?

ОН: Конечно, сестренка. А жить ты у меня будешь?

Я: Нет, ты что. У меня тут подружка из лагеря живет, так что поживу у нее. Но, знаешь ли, она человек, и мне… ну… не совсем интересно с ней общаться.

ОН: Понимаю. Когда приезжаешь?

Я: Завтра. Ты не мог бы встретить меня? Я приеду на автобусе в четыре пятнадцать.

Тут какой-то парень плюхается рядом с Виком.

ЭТОТ КТО-ТО: Эй, Вик, а ты времени зря не теряешь! Я тут смотрю, тебе уже свидание назначают. А она ничего, соглашайся.

ОН (недовольно, сгоняя парня с дивана): Заткнись. Это вообще-то сестричка моя, завтра приезжает.

КТО-ТО: О-о… Познакомишь? (подмигивает мне)

ОН: Знакомьтесь: это Лера, а это Кирилл. А ты даже не пытайся.

КИРИЛЛ (обиженно): Она же твоя сестра, а не девушка!

ОН (возмущенно): Вот именно! И думать забудь.

Я (растерянно): Э-э… я лучше пойду… До завтра!

ОН: Пока! Увидимся, завтра всё расскажешь.

КИРИЛЛ (отбиваясь от Вика, стаскивающего его с дивана): Это нечестно! Я протестую!

Я сказала: «Назад» — и изображение вернулось.

Наконец я смогла перевести дух. Первый раз я видела Вика таким… Не знаю даже, как объяснить. Очень расслабленным. Абсолютно несерьёзным. Никогда не видела его с выпивкой. Да и друга его я ни разу не видела. Возникает вполне резонный вопрос: а что вообще я о нем знала и о чём я только думала, когда в него влюблялась?

Я никак не могла отойти от увиденного, а Таня тем временем меня похвалила, обещала завтра позвонить перед встречей с Виком и изменить лицо, дала указания по смыванию всей этой косметики, попрощалась и ушла.

Я осталась одна.

Удивительно, но перед завтрашним днем я особо не волновалась, ведь, в конце концов, это буду как бы не я и, дай то бог, Вик никогда об этом не узнает. Хотя это, пожалуй, всё же плохо. Я так и останусь для него пустым местом, только что получу возможность узнать его и его окружение. Ну почему я всегда порчу себе настроение? Побыть сестрой Вика-это же так классно. Я могу узнать, о чём он думает, какие девушки ему нравятся, какая еда его любимая, какие группы слушает и фильмы смотрит. А я расстраиваюсь! Раньше у меня и такой возможности не было.