Залы Штормового Предела - Лиза Смедман

Скоро его желанию суждено было исполниться — он отбил в сторону копьё и схватил его носителя за горло, бросил его в другого солдата, который следовал за ним, затем ткнул мечом снизу, чтобы пришпилить их друг к другу. Он забрал меч противника, когда пришпиленные солдаты вместе забились и закричали. Тамалон воспользовался мечом, чтобы рассечь горло второму мужчине, затем торопливо отступил туда, где Перивель и Тескра фехтовали с людьми, набросившимися на них с другой стороны. Когда прибыл Тамалон, с кончика клинка Перивеля сорвалась молния, и там, где она трещала, корчились и погибали люди.

- Я пытался добраться до Ражелдуса или Лоргона, но они держатся позади и не показываются мне на глаза, - выдохнул Перивель. - Как идут дела, брат?

- Не очень, - правдиво ответил ему Тамалон. - Там позади полно дыма — и дальше тоже. Должно быть, пока мы сражались с ними здесь, они разожгли костры у стен, чтобы спалить дом.

- Кажется, я не удивлён, - мрачно сказал ему Перивель. - Помнишь, что говорил отец про суровую цену за наши смерти? Займусь-ка я этим. Ты будешь тем, кто убежит — вместе с Тескрой.

- Убежать и оставить тебя погибать в одиночку? - спросила раскрасневшаяся Тескра. Она швырнула камень в лицо солдата Талендаров и продолжила, сунув кинжал ему под подбородок. Кровь мужчины забрызгала её, не успела женщина отступить, но она даже не дрогнула. Она использовала нож, как рукоять, чтобы протащить его обмякшее тело в сторону, преградив путь следующему противнику. - Чья это идея?

- Леди, вы оказываете нам честь, - сказал Перивель, крякнул и со всей мочи замахал сталью, фехтуя с крупным воином Соргилов, усы которого и огромный нос придавали мужчине сходство с моржорм, - однако мы должны исполнить последний приказ отца. Один из нас отведёт вас в безопасное место и останется в живых, чтобы продолжить род Ускевренов.

- Чтобы умереть в других битвах в грядущие года, - горько отозвалась приёмная мать. - А я буду наблюдать за этим без моего Альдимара.

Она сплюнула с лицом воина, затем вонзила свой меч в противника, высоко подпрыгнув, чтобы упереться плечом в стену, а сапогами — в его грудь. Враг упал с дикими криком боли, когда её удар столкнул его с клинка. Тескра заревела не хуже любого мужчины и прыгнула через усеянный обломками пол, чтобы вонзить окровавленный меч в шею солдата, с которым дрался Перивель.

Вокруг них сгущался дым, и откуда-то сверху и позади трёх сражавшихся Ускевренов звучал нарастающий треск. Это был голодный рёв пламени, пожирающего комнаты Штормового Предела... рёв разрушенной семьи.

- Тебе пора подумать о бегстве, - крикнул Перивель Тамалону, закашлявшись, когда к нему в рот попал дым. - Не думаю, что у них остались здесь маги или лучники, но в этом дыму я больше не могу стрелять.

Тамалон повернул голову, чтобы криком возразить. Хотя сражение пугало его и вызывало тошноту, было неправильно сейчас уйти и оставить Перивеля кровожадным клинкам двух десятков врагов.

Он так и не смог крикнуть. С внезапным грохотом балка над головой треснула и сломалась, рассыпая искры. Пылающие обломки рухнули вниз, вынуждая Тескру отскочить в сторону. Её колени ударили в горло испуганному Блестеру Соргилу, и тот ещё задыхался, когда они вдвоём упали наземь. Кинжал леди Ускеврен деловито поднялся и обрушился на его лицо и горло.

Тамалон и сам был вынужден бежать от обжигающего жара, отбросив плечом мужчину, который даже не разглядел его в дыму, и отбив в сторону клинок солдата Соргилов прежде, чем тот смог пронзить Тескру. К несчастью, его сталь обнажила её левый бок, заставив женщину всхлипнуть и скорчится от боли. Тамалон осыпал лицо мужчины ударами, пока тот не упал, позволив младшему Ускеврену проткнуть себя.

Штормовой Предел запылал полностью. Везде, где дым открывал здание взглядам, пылали костры. В пламени плясали искры, и где-то поблизости придавленный сломанной балкой воин кричал, сгорая до смерти.

- Мне пора подумать о бегстве, - зашипел вслух Тамалон, спотыкаясь о дымящиеся обломки, пытаясь отразить удары очередного мечника Соргилов.

Раздался внезапный рёв пламени, и за спиной стало вдвое ярче. Жар резко усилился. Тамалон закашлялся и беспомощно зашатался, прежде чем осмелился отступить от врага и взглянуть на вспышку.

К нему ползла задыхающаяся Тескра. Её длинные волосы были распущены и тлели. Позади неё он увидел стену пламени с двумя балками внутри, похожими на яркие столбы. Балки прогорели и осели. В воздухе, в самом сердце этого пламени парило нечто тёмное.

Большой и простой железный кубок, чёрный, но в остальном как будто не тронутый пламенем. Неужели... Глоток Ускеврена? Отец говорил о нём, упоминал что-то о том, что кубок загорится, если к нему прикоснётся кто-то чужой.

Тамалон приготовился встретить натиск вопящего Соргила, перехватив меч и кинжал мужчины собственной сталью. Почти мгновенно он был вынужден отступить, подскальзываясь и спотыкаясь среди обломков, когда их тела столкнулись и масса с инерцией Соргила отбросили Тамалона назад.

Неожиданное жжение, заглушившее боль от настоящих ожогов, заставило младшего Ускеврена охнуть от боли и убрать свои обнажённые бицепсы от рассёкшего их вражеского клинка. Свирепо скалясь, Соргил наступал на него, придвигая лезвие к Тамалону снова... ещё ближе...

За мужчиной подобно мстительному духу поднялась Тескра и прыгнула в воздух, чтобы высоко и сильно ударить кинжалом. Она рассекла противнику горло.

Соргил обернулся, забулькал — хлынула кровь, и неверяще уставился на неё темнеющими глазами. Он осел и умер. Тескра наградила его невесёлой улыбкой и взглянула на Тамалона.

Тот снова смотрел на мрачную, жуткую, парящую в воздухе чашу. Тескра проследила за его взглядом, изумлённо присвистнула и сказала:

- Я и забыла, что он так может. Альд... твой отец показал мне однажды, когда мы слишком много выпили.

На мгновение её лицо заполнила печаль. Она сглотнула, запрокинула голову, когда у неё задрожали губы, потом рявкнула:

- Ну хватит! Тебе пора подчиниться приказам отца и брата и уносить отсюда ноги.

- Вместе с вами, леди, - напомнил Тамалон.

Тескра нетерпеливо кивнула, вглядываясь сквозь клубы дыма, затем напряглась.

- Осторожно, - шепнула она. - Ты полуодет, а сюда идут люди в доспехах. Туда!

Тамалон проследил за её рукой, и дым покорно расступился на мгновение, чтобы показать полдюжины мужчин в полных сверкающих латах, осторожно продвигающихся вперёд с суровыми лицами. На длинных клинках, что сжимали они в латных перчатках, плясали лики пламени.

- Трое братьев-Талендаров, - мрачно сказал Тамалон.